Артём Март – Дуэльный Кодекс. Том 3: Шепчущий Во Снах (страница 48)

Я напрягся и переместил черную спору из бесцветного ореола в черный. Тут же почувствовал изменения. Увидел, как по проводнику бегут черный прожилки. Купол хрустнул. Я же, как бы в насмешку, хрустнул шеей, ставя суставы на место.

Он выбрался наружу. Ольгерд не был похож на себя. Теперь он был огромным краснокожим монстром. Высотой не меньше трех метров, гигант разметал толстые стенки купола голыми руками. А потом посмотрел на меня злобными зелеными глазами.

— Узри же Ярость Титана, — проговорил он очень низким, урчащим голосом.

Я не ответил, потому что активировал кровавую броню в режиме споры. Когда превратился в черного рыцаря, то призвал свой меч. Указал им на гиганта.

— Ты будешь трындеть, или сражаться?

Ольгерд завыл. Словно чудовище он бросился на меня, сминая асфальт ногами. Он ударил, я же, шагнул в сторону, и полоснул его по голому торсу мечом. На боку, рядом с вечерней раной, раскрылась новая, но плоть внутри тут же почернела, отравленная спорой.

Ольгерд удивленно посмотрел на свою рану, потом на меня. Я же, ударил снова. Здоровяк защитился, подставив предплечье. Новая рана тоже почернела.

В следующий момент грохнуло. Я не увидел удара. Благо, что и не почувствовал. Броня держала. Перед тем как мощный кулак ударил в черный доспех, блеснуло магическое поле униформы. Оно работало даже в таком режиме.

Я отлетел. Сильно грохнулся в стену, вменяя внутрь кирпичи. Когда пошевелился, чтобы выбраться, вывалилась и стена первого этажа. Я оказался по колено в кирпичах.

— Что? Что это за магия? — Зарычал Ольгерд, осматривая чернеющие руки, — чем ты отравил меня⁈ У меня иммунитет к любому яду!

— Ты уверен? — Проговорил я изменившимся голосом.

В следующее мгновение Вираксис приобрел другую форму, проговорив заклинание. Ольгерд уменьшился в размере и стал больше похожим на животное. Его вены запульсировали зеленой магией. Здоровяк включил Ярость Зверя — то заклинание, которым пытался победить меня вечером. Видимо, он думал, что после трансформации эффект исчезнет. Возможно, это работало так же, как с личной трансгуманизацией, когда раны одной формы не отражались на другой. Однако, ничего не изменилось. Его кожа по-прежнему чернела.

— Ты! Мразь! — Кричал он, в панике, — что ты сделал со мной⁈

— Победил, — проговорил я.

— Нет! Н-е-е-е-е-е-ет! — Заорал он, нечеловеческим голосом и тут же крикнул заклинание, которое поменяло его форму.

Я же, выкрикнул свое:

— Твоя магия теперь моя!

Сила, словно зеленая пыль, слетела с его тела и впиталась в мой черный меч, что скрывал проводник внутри. Я почувствовал, как заклинание проходит через все ореолы, делая меня сильнее, и отпечатывается в чёрном.

Это было заклинание из раздела алхимии. Каждый магический эликсир — это компоненты, которые может усвоить человеческий организм, пропитанные маной, заряженной волей мага определенным образом. Короче говоря, эликсир — жидкое заклинание с разными эффектами. Чары под названием Мутато Виа или «Смена дороги» по-русски, меняло эффекты эликсиров в теле, если их работало несколько одновременно. То есть, перенаправляло потоки магии. А сработает ли то же самое с ореолами?

Со всеми мне не нужно. А вот с одним, бесцветным ореолом, содержащим спору, почему бы и нет?

Я проговорил заклинание, но ничего не произошло. Значит, не подходит под ореолы… Интересно, а Катя сможет что-то сделать с этим?

— Что ты сделал⁈ — Растерянно уставился на меня Ольгерд, — почему моя магия пропала из ореола⁈ Я убью тебя! Просто убью!

Он метнулся ко мне. Я же, увернулся на черных крыльях. Красный гигант, как танк ударился в стену, расширив дыру и оказавшись внутри первого этажа магазина. Там все немедленно загрохотало.

— Он быстр, — проговорил я, извлекая из сумки-портала, что была у меня на поясе, белую маску.

Все же подарок вдовы, эта сумка, оказалась очень полезной. Я приложил маску к лицевой пластине брони, и она прилипла так, словно там всегда было ее место.

— Где ты⁈ Где⁈ — Выбрался Ольгерд из дыры.

Он выглядел иначе: руки и часть торса почернели, на коже выступил черный пот.

— Ты — не человек! Ты отступник! Нарушитель Кодекса! — Орал Ольгерд, словно животное, — я, имперский прокуратор, приговариваю тебя к смерти!

— Никакой ты больше не прокуратор, Вираксис. Ты опозорил себя и свой дом тем, что напал на Фомина. И на меня вдобавок. Теперь ты должен заплатить.

— Молчи, отродье тьмы! — Заорал он и прыгнул в атаку.

Огромное трехметровое существо неслось на меня, словно железнодорожный состав. Но маска давала понимание, что нужно сделать дальше. Я видел все действия врвгв наперед.

В последний момент я подскочил на черных крыльях, пропустил ошарашенного моим движением Ольгерда под собой. Я успел заметить, как он вскидывает голову, уставившись удивленными глазами.

Я крутанулся вокруг своей оси, взмахнул мечом. Черный клинок с чавкающим звуком вонзился в твердый череп алхимика, разделал голову надвое, словно тыкву.

Когда я приземлился за спиной гиганта, он пробежал еще метров пять. Две половины головы раскрылись и болтались на шее. Из раны толчками выбивалась кровь.

Ольгерд так и замер, стоя, как статуя. Низко опустил руки.

Я призвал молниевый хлыст. Взмахнув, обернул им шею гиганта и дернул. Вираксис рухнул на спину. В своей краснокожей огромной форме он выглядел поверженным чудовищем.

— Ты сам выбрал это, — проговорил я, развеивая броню споры.

— Игнат, — услышал я голос за спиной, обернулся.

Это был Денис Фомин. Он выглянул из дыры второго этажа. Волосы были растрепанными, лицо измазано в крови.

— Что… что это была за сила⁈ — Удивленно закричал он.

Глава 24

— Проклятье! Прошу, аккуратнее! — Поморщился Денис Фомин, а потом, когда я поудобнее поддержал его руку, перекинутую через мое плечо, он аж вскрикнул, — Черт!

— Кажется, герцог, — я медленно помогал ему спуститься с лестницы на первый этаж, — кажется, у тебя сломаны еще и ребра.

— Я уже начинаю понимать, — кивнул он, — дышать трудновато. Ничего, я уже вызвал медиков дома, они скоро будут.

Мы медленно спускались по лестнице, Денис пыхтел и кривился от боли.

— Проклятье. Вираксис огрел меня так, что я пролетел всю комнату и хлопнулся в стену. Стар я стал для таких вещей… Ох стар…

Когда мы выбрались наружу, тут уже скопилась толпа зевак. В основном простолюдины, они внимательно смотрели на труп гиганта Ольгерда, который не изменился после смерти, как это обычно бывает с оборотнями. Вираксис так и лежал на асфальте, огромный и краснокожий.

Те из людей, кто был посмелее, приближались. Трое мужчин и низкорослая женщина в мужской одежде подошли к нам, когда я с трудом усадил Фомина на порожек у заднего входа.

— Здравствуйте, господа, — поклонилась женщина, — что у вас случилось? Что это, — она обернулась, — что это за чудовище?

— Неважно, — мотнул я головой, — теперь все хорошо. Оно мертво.

— Да-а-а-а, — потянул Фомин, — и его смерть сулит нам определенные проблемы.

— Может, — неуверенно спросил мужик, — вызвать жандармерию?

— Не стоит, — мотнул головой Фомин, утирая кровь со лба белым платком, — мы уже вызвали.

Он, разумеется, лгал. Сюда приедет родовая гвардия Фоминых, но я не думаю, что простолюдины смогут отличить ее от специального отряда имперской жандармерии.

— Просто не подходите к телу, — посмотрел я серьезно на людей, — это алхимик. Труп и кровь может быть пропитана ядом и выделять ядовитые испарения.

Простолюдины испуганно переглянулись. Женщина тут же побежала назад, к телу, когда увидела, что несколько человек опасливо приближаются к гиганту.

Кстати, про яд в крови и испарения, я лгал. Не хотел, чтобы простые люди крутились здесь, у тела Ольгерда. Это для их же блага. Я знал, как родовая гвардия многих домов любит разгонять зевак. Обычно она делает это при помощи тяжелых дубинок.

— Черт, — проговорил Фомин, провожая людей взглядом, — хорошо ты придумал с ядом. Не нужен нам тут избыток народу. Он замолчал и вздохнул. Потом посмотрел на меня.

— Эта черная спора, о которой ты говорил. Откуда она? Я никогда не видел такого, — он поморщился от боли, — зараза… как же болит…

— Меньше разговаривай, герцог. Береги силы.

Фомин кивнул, попытался сесть на самую высокую ступеньку. Я помог ему, и Денис откинулся назад, уперся спиной в дверь.

— Это какая-то очень зловещая магия, Игнат, — он посмотрел на меня, — когда ты использовал ее, у меня было какое-то странное чувство. Чувство неправильности. Неестественности. Будто бы подобная сила не должна существовать.

— Враги пытались убить меня при помощи этой магии. Но я смог поставить ее себе на службу.

— Как? — С интересом в глазах взглянул на меня Фомин.

— Я не знаю, — твердо ответил я.