Артём Март – Дуэльный Кодекс. Том 3: Шепчущий Во Снах (страница 50)

— Сейчас, с наскока ты не сможешь этого сделать. Слишком слаба. Кроме того, я должен кое-что проверить относительно него.

— Я благодарна тебе, Игнат, — Венера опустила глаза, когда я посмотрел на нее. Казалось, она стеснялась заглянуть мне в лицо, — ты рисковал многим, чтобы защитить меня сейчас. И я тебе очень благодарна. Ты спас меня от… от Тенехождения, — Венера вздохнула, — и этого я никогда не забуду. Никто не делал для меня подобных вещей.

— Будет но? — Строго посмотрел я на девушку.

Венера молчала, нахмурив бровки. Было видно — она думает, что ответить.

— Нет. Не будет. Пока я останусь у тебя.

— Можешь оставаться насовсем, если захочешь. В Предлесье много места. И работа найдется для каждого.

— Не уверена, что держать возле себя дворянку из проклятого рода убийц, хорошая идея.

— А как насчет, держать возле себя, Венеру Абрамову? Способного мага, отличного война, красивую девушку и, — я посмотрел на нее, и на этот раз она мне ответила взглядом, — и хорошего друга?

Венера улыбнулась. Ее тусклые в свете уличных фонарей глаза заблестели, и девушка тут же спрятала их, посмотрев вниз.

— А это звучит уже не так плохо. Соглашусь, — ее голос был немного смущенным.

— Я тоже так думаю, — проговорил я.

Мы свернули с основной дороги и въехали на ту, что вела через чернеющий в ночи лес к Предлесью.

— Эта новенькая девушка, Венера, которую ты привез, — проговорила сновидица Света, как-то наивно посмотрев на меня, — она очень странная.

— И чего же в ней странного? — Приподнял я бровь.

Мы сидели в библиотеке. Большое окно моего кабинета было задернуто толстыми шторами. Снящая повесила их для более комфортных сеансов снологии.

Мы расположились на большом мягком коврике, который Света выписала через интернет. Насколько я понял, он предназначался для занятий спортом или йоги, однако девушка собиралась использовать его, чтобы погрузиться в сновидческий транс, а уже из него попытаться попасть в нигде.

— Сегодня утром, когда я проснулась, увидела ее. Она выходила с кухни, — Света, седевшая до этого поджав ноги, приняла позу лотоса, выпрямила спину.

— И что же в этом необычного? — Тоже сидя на полу, я сцепил руки, обняв колени.

— А то, что она ела огурец! Представляешь!

— И что? — Прыснул я.

— Ну… как же? В холодильнике столько вкусного! Вика запекла вечером мясо по-французски, а она лопает огурец!

— Может, ей хочется, — пожал я плечами.

Света задумалась, а потом выдала:

— Ладно. Об этом я не подумала. Может, ей правда хочется. Но все равно! Она какая-то нелюдимая!

— Дай ей время привыкнуть, — улыбнулся я, — она только недавно присоединилась к нам. И пережила многое. Не меньше твоего. Вспомни себя. Всего несколько дней назад ты собиралась выпрыгнуть из окна.

— Ну… — Она нахмурилась, — ну ладно. Наверное, ты прав. Мне кажется, — девушка поджала губки, — что я как-то отстала от жизни. Очень давно не общалась с людьми, и иногда совсем их не понимаю. Не знаю: шутят они, или говорят серьезно. Не знаю, хотят ли они огурец или мясо по-французски. — Она вздохнула, — Мне кажется, что я выгляжу дурой. Наверно поэтому и накручиваю себя.

— Все в порядке. Дай и себе время тоже. А вот у нас времени совсем нет. Давай начинать.

— Ты прав, — кивнула девушка и зазвучала иначе, не как наивный ребенок, а как профи, — сначала нужно провести сеанс легкой медитации. Ты медитировал когда-либо?

— Конечно. Когда развивал ореолы.

— Нет-нет! Я говорю не о такой медитации. А о самой обычной, которая доступна даже пустым.

— Нет, — мотнул я головой, — так я не пробовал.

— А это очень важно. Нам обоим нужно уметь входить в это состояние, чтобы проще было синхронизироваться во время сеанса сновидчества. Особенно если речь идет о проникновении в общий сон. Особенно, — подчеркнула она интонацией, — если речь идет о такой необычной штуке, как нигде. Если твоя Екатерина может втянуть тебя туда за счёт связи, то со мной все не так просто. Сначала я должна научиться снить твой сон. А потом уже смогу проскользнуть следом, когда Екатерина затянет тебя в негде. И тогда, — девушка потерла руки, — мы уже посмотрим, что можно вылепить из таинственного пространства твоей невесты.

— Хорошо.

Медитировать я научился далеко не сразу. На это ушло следующие несколько дней. Сеансы были частыми, но недолгими. Несмотря на это, я чувствовал себя уставшим. Если поначалу я думал что ни о чем не думать, это довольно просто и даже приятно, со временем оказалось, что поддерживать голову пустой на протяжении даже двадцати минут — сложная задача. Однако, в конце концов я справился.

— Отлично, — проговорила снящая, когда мы продержались в медитации уже полчала.

Это случилось примерно на пятый день наших занятий.

— Теперь попробуем совместный сон, — серьезно проговорила Света, — ты заснешь, а моя задача: перевести тебя в правильную фазу сна, вызвать сновидение и попробовать присоединиться.

— Звучит сложно, — я расправил затекшие после позы лотоса, ноги.

— Для тебя ничего сложного. А мне да, придется попотеть. Ну ничего страшного. Однако, проблемы все равно могут быть.

— Проблемы? — Нахмурился я.

— Да. На первом этапе совместного сна. Ты можешь начать видеть будущее, или, словно бы вселяться в головы других людей. Но это лишь фантом, вызванный тем, что я воздействую на твое сновидение магией. Тебе будет лишь казаться, что ты видишь будущее или находишься в голове другого человека. Проблема тут одна — отличить реальность ото сна. Ну и не верить тому, что ты видел. А это бывает сложно. Но ничего, — девушка улыбнулась, — я постараюсь тебя экранировать.

— А что будет, если я все же увижу это, — я свел брови, — лжеведение будущего?

— Это вряд ли. Но если такое действительно случиться, есть риск схватить эпилептический припадок. Такие сны всегда заканчиваются припадком. Однако я не думаю, что такое случиться. Просто предупреждаю.

— Хорошо, — я встал, — тогда давай начнем.

Я провалился куда-то быстро. Очень быстро. Мне казалось, что я подаю, правда, почему-то вверх. Кроме того, очень болела спина. Болела так, словно бы в нее вонзили нож.

Все это промелькнуло так быстро, что я даже не сообразил, куда попал. А потом окружающая действительность: зеленый склон и синее небо, превратились в черный туман.

Потом была боль. Болезненное пробуждение ото сна. Сновидческие покои в кроваво-красных цветах. Цвет крови. Кровь повсюду.

— Что с вами, господин⁈ — Далекий крик слуги.

Сконцентрировать зрение сложно, боль в спине одолевает.

— Где она⁈ Где⁈ — Кричу я против своей воли странным, совершенно чужим голосом. Голосом, не принадлежащим мне, — Принеси мне ее, Бром!

— Да! Вот она, сейчас!

— Быстрее! Он заколол меня ножом! И теперь… — я хватаюсь за голову так, будто она раскалывается. И правда, чувствую, как в висках колотит боль, — теперь что-то пытается проникнуть в мою голову! Где она⁈

Я пытаюсь встать, но все тело будто в огне. Падаю с кровати.

— Господин! Давайте я помогу!

Слуга хватает меня за одежду, пытается поднять.

— Пошел прочь! — Отталкиваю его, сажусь на кровать своими силами, — где она⁈

— Вот! Я принес!

Поднимаю глаза, перед ними все плывет. Пожилой слуга тянет мне что-то блестящее золотом. Я беру это в руки. Смотрю на это. Золотая маска смотрит на меня в ответ. Я вижу, как трясутся мои руки. Желание надеть ее одолевает. Она — мое лицо. Настоящее лицо. То, что дано мне при рождении — фальшивка, просто маска, не имеющая смысла. Я беру его, беру свое золотое лицо и надеваю его. Тогда, несмотря на острую боль в спине, приходит облегчение.

Глава 25

Потом вспыхнуло. Все стало белым-бело, как если бы яркая фотовспышка продлилась целую минуту… Или вечность.

Новая картина. Темный зал. Вокруг какие-то люди. На мне черно-красное одеяние с капюшоном, на руках золотые латные перчатки. Передо мной израненный старик. Он на коленях и в кандалах. Я понимаю, что это Мясницкий. Но не испытываю к нему ни одной положительной эмоции. Только холодный расчет движет мной. А еще, мне нравится, что он страдает. Нравится, что этот низший маг стоит на коленях.

На миг мне, настоящему мне, Павлу Замятину, становится мерзко от этих мыслей. А потом то, что я думаю, теряется в многочисленных мыслях Провидца, что роятся в его голове сейчас.

— Круг материи? Зачем тебе? — Спросил Мясницкий

— Не твоего ума дело, — проговорил я жестко, — тебе достаточно лишь знать, что жизнь твоей внучки в твоих же руках.

— Что? Тома? Нет! — Оскалился Мясницкий, — Тома в надежных руках! Замятин присмотрит за ней! Защитит ее! Ты не доберешься до моей внучки! Он тебе не позволит.