Артём Кей – Вольный наследник. Том 2. (страница 23)

Как ей объяснили, нападатьто особо и некому. От дружин пятерых аристократов, фактически правивших страной, осталась лишь четверть – они передрались между собой. Из постоянной армии – только караулы в крепостях и имперские гвардейцы в столице. Так что войска шли почти без препятствий.

***

— Этого недостаточно, — твёрдо сказал я императору Стронбилда.

— Это очень хорошее предложение, — возразил он.

— Чем же?

— Вопервых, мы заключаем союз. Вовторых, выплачиваем вам крупную сумму в качестве отступных. Ну и втретьих, за военную помощь вы тоже получите круглую сумму.

— И когда же?

— Когда всё закончится.

— Понимаете, дело в том, что помощь для решения своих проблем вы просите сейчас, а оплату предлагаете после.

— Может быть, тогда вы сделаете своё предложение, Александр?

— Позвольте мне немного поразмышлять. Исходя из нашего разговора, ситуация выглядит следующим образом. Теократия Арагия, узнав, что ваши аристократы устроили склоку и положили большую часть своих дружинников, фактически оставила империю беззащитной перед внешним врагом. И решила, что вы – лёгкая добыча.

— Именно.

— После чего комуто из теократии пришло в голову вторгнуться в империю Стронбилд, тем самым увеличив свои земли – несмотря на то что Арагия сейчас воюет с другими соседями.

— Несомненно.

— А позвольте ещё один вопрос: почему вы обратились к нам, а, например, не к Монархии Домис?

— Они наотрез отказались участвовать в конфликте.

— То есть если мы сейчас не договоримся, то ваши соседи вторгнутся в империю, после чего наверняка просто присоединят земли к теократии либо посадят сюда наместника. При этом ваша семья будет фактически не нужна – и, вероятнее всего, от вас всех просто избавятся, чтобы ни у кого не было притязаний на трон.

— Такое тоже возможно, — ответил император. Он явно был не дураком и прекрасно понимал ситуацию.

— Теперь давайте попробуем просчитать нашу выгоду. В случае если мы оказываем вам помощь согласно вашему предложению, то фактически влезаем в войну с теократией. При всём при этом наши люди будут погибать сейчас, а вознаграждение мы получим потом. И вот здесь слово «потом» — оно ключевое. Потому что слишком много переменных, и это «потом» может вовсе не наступить.

— Вы рассуждаете очень интересно, несмотря на свой юный возраст, — заметил император.

— Благодарю. А теперь давайте подумаем о том, что мы получаем в случае, если просто откажем вам в помощи. По сути, Арагия захватит Стронбилд – и у нас появятся новые соседи. Даже Монархия Домис будет прекрасно понимать, что теократия Арагия усилилась, и будет очень настороженно следить за их действиями. Если они начнут вести себя агрессивно, скорее всего, Монархия Домис попросит союза с нами. И мы выступим единым фронтом против теократии. То есть, по сути, для нас особо ничего не изменится.

— Это вопрос спорный.

— Возможно. Либо мы вступаем в войну сейчас – и на нашей стороне будет Стронбилд, который фактически обескровлен. То есть воевать с теократией придётся фактически нам, без вашей помощи. За это потом, в случае победы, мы получаем от вас хорошее вознаграждение. Либо мы вступаем в войну после, но уже с более сильными союзниками – однако при этом Стронбилд оказывается под гнётом теократии. Второй вариант для нас предпочтительнее.

— Хорошо. Тогда предложите вы какието условия.

— Наши условия просты. Сюда приезжает мой брат, который берёт вашу дочь в жёны. Вы отказываетесь от власти в пользу моего брата, а сами можете остаться у трона в качестве какогонибудь министра или советника.

— Это чересчур, — сказал император.

— Не поймите меня неправильно. Во всём этом слишком много переменных. И мы готовы участвовать только при условии, если получаем чтото здесь и сейчас. «Если», «когда», «может быть» Для нас это всё неприемлемо. Империя Стронбилд будет фактически управляться империей Грейн. Вы сохраните жизнь себе и своей семье и будете находиться вблизи трона.

— Мне нужно подумать

Думал он, честно говоря, недолго. Уже вечером того же дня мы сели обсуждать детали.

— Допустим, мы согласны. Какие гарантии вы сможете дать, что жизнь нашей семье сохранят?

— Боюсь, кроме честного слова, никаких гарантий мы дать не сможем. Да, всё это будет оформлено на бумаге. Но вы же сами понимаете

— Поэтому и спрашиваю, — недовольно ответил он.

— Ваша жизнь больше всего будет зависеть от ваших дел. Если вы будете приносить реальную пользу империи, никто не будет вас трогать. Тихо и мирно вы будете заниматься своими делами. Вы же наверняка в курсе событий в королевстве Винланд?

— Да, я осведомлён. Но вашему брату повезло с принцессой Анной. Они смогли найти общий язык.

— Принцессе Анне я обещал лично, что если с моим братом у неё чтото не сложится, я позабочусь о ней.

— Каким образом? Вы же не будете ругаться с братом? — с сомнением спросил император.

— Не буду. Принцесса Анна погибнет в результате несчастного случая. А гденибудь в столице империи Грейн появится молодая вдова по имени Анна, которая будет всем обеспечена, получив наследство – имущество героически погибшего мужа. Который был, например, какимнибудь высокопоставленным офицером.

— Очень интересный вариант.

— То есть если ктото из моей семьи захочет так поступить, то никто не будет против?

— Несомненно.

— Хорошо, но у меня есть пара уточнений. Пока что я хотел бы остаться здесь, чтобы присмотреть за своей империей и дочерьми.

— Приемлемо.

— К тому же мне хотелось бы, чтобы обе дочери стали жёнами вашего брата.

— Не готов сейчас ответить. Но не вижу в этом ничего плохого.

— Мой младший сын останется здесь же. Ему нужна хорошая должность.

— Боюсь, вот с этим будет проблема. Ваш сын, вопервых, пытался меня убить. Вовторых, я наслышан о нём. Я уверен, что лишь вопрос времени, когда он начнёт создавать проблемы.

— И какие предложения?

— Боюсь, здесь придётся прибегать к радикальным мерам. Я считаю, что он разбалован, и жизнь во дворце ему ничего не даст. Поэтому я предлагаю два варианта.

— Внимательно слушаю.

— Первый вариант: он отправляется в королевство Винланд к моему брату – придворным. Как вы понимаете, либо он встаёт на путь исправления, либо погибнет в какойнибудь дуэли, нахамив аристократам. Нянчиться с ним там никто не будет.

— Вариант не очень.

— Второй вариант: он просто идёт служить обычным солдатом под начало коменданта Боброва – в крепость Лесную. Если всё хорошо, я смогу о нём позаботиться – по крайней мере, пока я буду там. Ну и второй момент: он будет среди простых мужиков, которые вряд ли будут его убивать, если он на когото не так посмотрит.

— Всётаки я хотел бы

Что он хотел, договорить ему не удалось. Потому что один из присутствующих гвардейцев достал меч и попытался проткнуть им императора.

Но тут уже я среагировал: кинул в него огненный шар – хотя это и не принесло никакого успеха, так как сработал амулет магической защиты.

Поскольку свой меч я достать вряд ли бы успел, взял со стола тяжёлый подсвечник и швырнул тому в голову. Попал удачно!

— Всем быстро снять шлемы! — приказал я.

В комнате было десяток гвардейцев: четверо сняли шлемы, а остальные просто достали мечи и кинулись в сторону императора. Началась потасовка. Те, кто снял шлемы, полезли в драку. Только вот у этих ребят, кто остался в шлемах, выучка была повеселее – сражались они на голову выше.

Мы с императором отступили в угол комнаты. И тут я швырнул разрывной шар, нормально в него вложившись. Двое, которые быстро одолели своего единственного оппонента, двигались к нам – и разлетелись на куски. Не знаю, были у них амулеты или нет, но я хорошо вложился в заклинание.

Остальные трое, которые были не на нашей стороне, пока ещё махали мечами. Я двинулся в сторону сражавшихся. Поскольку реакция и скорость после модернизации моей тушки были чуть выше, чем у обычного человека, я быстренько подскочил к одному и полоснул по ноге. Только вот не привык ещё к мечу – и, видимо, силушки много вложил, отрубив ногу. Тот, естественно, уже не боец – без ногито.

Потом метнулся ко второму, всадив меч в спину.

Третий, понимая, что оказался в проигрышной ситуации, достал какойто амулет. Я понял, что сейчас может произойти всё что угодно, — практически телепортировался к нему, отсекая руку с амулетом и срубая ему голову.

Ноги стали ужасно болеть – видимо, от перегрузки.

— Если шевельнётся, сразу добивай, — сказал я одному из гвардейцев, который стоял около нападавшего с отрубленной ногой. Тот лишь кивнул.

— Так что вы говорите, всётаки хотели бы?.. — обратился я к императору, который явно струхнул.