Артём Кей – Вольный наследник. Том 1 (страница 11)

Мы двинулись дальше, и в голове сами собой всплывали воспоминания – как я впервые взял в руки меч.

Туманные волки тогда будто с ума сошли: караулили людей чуть ли не у ворот крепости. Нападения случались почти каждый день, порой были и потери – к счастью, почти всегда обратимые. Боевой дух, и без того невысокий, стремился к нулю.

Моя проблема заключалась в том, что знать, как драться, уметь это делать и реально сражаться – вещи разные. Одно дело – разбираться, как чинить машину, делать ремонт дома или писать программу для компьютера. Другое – уметь всё это на практике. Теория без практики бесполезна – факт. А раз так, надо заниматься. И я занялся.

Первые дни едва удерживал меч, а после десятого удара по манекену руки дрожали, как в лихорадке. Митрофан, наблюдавший за мной, ехидно заметил:

— Ваше Сиятельство, так вы или деревья рубить собрались, или врагов?

Самые упорные тренировки были с мечом. После третьего дня руки не поднимались, а спина горела, словно в огне. Митрофан тогда язвительно бросил:

— Что, Ваше Сиятельство, дворцовые учителя не научили держать оружие?

Мозоли на ладонях превратились в натёртости. Я научился правильно держать клинок, но в реальном бою всё равно терялся. Первая схватка с волком закончилась глубокой царапиной на плече – хорошо, хоть не в лицо. Но я продолжал: каждое утро – упражнения, каждый вечер – практика заклинаний.

Через месяц я уже мог одним ударом сносить голову волку. Через три – проходить через стаю, оставляя за собой лишь трупы.

Примерно через два месяца я всерьёз взялся за Туманных волков. Их популяция резко пошла на спад: около крепости и стены они почти не встречались. Стаи стали мелкими, чаще попадались одиночки. На людей почти не нападали, а если и решались – от них легко отбивались. К тому же кормовая база увеличилась: корма требовалось меньше. В общем, все в плюсе – только волки в минусе.

Мне вот только одно было непонятно: почему их стало так много? Я спрашивал местных – все лишь руками разводили. Говорили, что проблема начала обостряться за три месяца до моего приезда. Природа обычно стремится к равновесию, а тут – одни волки в лесу. Я, конечно, особо не пытался разгадать эту загадку, но через пару недель всё равно собирался прогуляться по лесу и попробовать разобраться.

Мысли снова вернулись к Туманным волкам. Их внезапное нашествие несколько месяцев назад всё ещё не давало покоя. Я кивнул, но в душе твёрдо решил разузнать подробнее. Возможно, стоит съездить к стене, поговорить с пограничниками…

«Надо будет проверить северные участки леса, — строил я планы. — И поговорить со старостами ближайших деревень…»

В любом случае проблема пока купирована.

Крепостные стены показались вдали, очерченные последними лучами заходящего солнца. Гнида, почуяв конюшню, неожиданно прибавила шагу.

Бобров встретил меня у ворот, скрестив руки на груди. Ему, видимо, уже доложил.

— Ну что, принц, разобрался?

— Разобрался. Кредиторы удовлетворены, Дмитрий – наш человек.

— И как они… — Бобров сделал многозначительную паузу.

— Оказались вполне респектабельными господами, — пожал я плечами. — Деловые люди. Вольский и Лебедев. Ничего личного.

Бобров прищурился:

— Вольский и Лебедев, говоришь? — его голос стал тише, с металлическим оттенком. — Респектабельные, говоришь? Да эти два оборотня в бархатных перчатках полгубернии обобрали.

Он оглянулся и понизил голос:

— Лебедев – бывший судейский. Знаешь, какие у него связи в столице? Каждого мелкого чиновника насквозь видит. А Вольский… — Бобров сделал паузу, — тот вообще интересный персонаж. Говорят, начинал как простой меняла, а теперь держит половину кредитных контор. И самое забавное – ни одной жалобы, ни одного суда. Всё чисто.

Я присвистнул:

— И как же они работают?

— А очень просто, — усмехнулся комендант. — Дают деньги тем, кому банки не дадут. Под разумные проценты. Совсем разумные. Но если кто‑то задерживает платёж… — Он сделал выразительный жест рукой. — Не ножами, нет. Просто вдруг у должника сгорает амбар. Или сын не может заполучить знатную невесту. Странные совпадения.

— И с ними можно иметь дело?

— Можно, — кивнул Бобров. — Но только если ты либо очень нужен, либо очень опасен. — Он оценивающе посмотрел на меня. — Тебя куда записали?

Гнида за окном громко фыркнула, будто комментируя сказанное. Бобров хмыкнул:

— Твоя кобыла, я смотрю, тоже мнение имеет. Ладно, главное – ты с ними расплатился. Теперь бы только Дмитрий своё слово сдержал…

Он замолчал, задумчиво разглядывая потрескавшуюся стену крепости. В его взгляде читалось понимание: с такими людьми, как Вольский и Лебедев, история никогда не заканчивается просто так.

Я рассказал ему о договорённости по Бочкарёвым.

— Так‑то они слова держат, — задумчиво произнёс Бобров.

— Есть знакомые, кто может собрать информацию о дочери Бочкарёвых?

— Митрофана спроси. У него в столице больше знакомых.

— Неожиданно…

— И такое бывает.

Бобров постоял ещё немного и добавил:

— Ну, хоть без драки всё решилось.

Напрягаться мне очень не хотелось. Было бы здорово проторчать в крепости ещё годика три: потихоньку собрать информацию и по ходу дела решить, что делать дальше. Принимать участие в борьбе за трон очень не хочется. С другой стороны, принц – всё‑таки не сын кузнеца из какой‑нибудь глухой деревеньки, которого никто не хватится.

Но теперь у крепости будет провиант. А значит, можно думать о завтрашнем дне.

Глава 5

Следующие недели в крепости текли размеренно, но с ощутимым прогрессом. Словно старый механизм, долго стоявший без дела, она наконец заскрипела и потихоньку начала проворачивать шестерёнки.

Первым делом пришли долгожданные обозы от Дмитрия – не скудные подачки, а полные возы муки, крупы, мяса и даже копчёностей с соленьями. Степан, наш кладовщик, чуть не прослезился, вписывая приход в пыльные книги:

— Вот это да… Последний раз столько добра за раз видел, когда ещё все зубы были на месте.

Солдаты, получив наконец нормальный паёк, взялись за ремонт крепости и тренировки с удвоенным рвением. Кто‑то латал прохудившуюся крышу казармы, кто‑то чинил ворота, а двое умельцев даже взялись за полуразвалившуюся кузницу.

Митрофан, проходя мимо, ворчал:

— Гляди‑ка, и гвозди научились забивать. А то только жрать да спать умели.

Но ворчал он беззлобно – даже сам приносил работникам кружки кваса.

В обозах пришли и долгожданные кольчуги, мечи и щиты. Ничего, надеюсь, скоро удастся поправить и остальные недочёты.

Бобров, вдохновлённый улучшениями, возобновил регулярные тренировки. По утрам теперь раздавался звон мечей и команды сержантов. Я иногда присоединялся – и надо было видеть глаза новобранцев, когда «этот столичный франт» показывал им приёмы, от которых у них потом мышцы дрожали.

Даже моя строптивая кобыла заметно повеселела. Теперь её кормили не подножным кормом, а овсом с добавлением ячменя – от этого шерсть заблестела, а нрав… Ну, хотя бы кусаться стала реже.

Но главное – в крепости появилось то, что нельзя потрогать руками, но без чего любая стена превращается в груду камней: уверенность. Уверенность в том, что завтра будет еда, что спишь не на голых досках, что, если придёт беда, рядом есть те, кто прикроет спину.

Конечно, до идеала было далеко. Всё ещё не хватало людей, амулеты так и оставались мечтой, а дороги к стене требовали расчистки. Но теперь, глядя на суетящихся во дворе солдат, на кузнеца, раздувающего горн, на кухонного мальчишку, таскающего вороха свежего хлеба, я понимал: крепость начинает оживать. У людей появляется энтузиазм. Скоро, глядишь, и волки к нам на огонёк заглядывать станут.

Хотя… (осматриваю довольную Гниду) …может, им просто овса насыпать?

Крепость наконец вздохнула полной грудью: запасы пополнены, стены подлатаны, даже солдаты перестали коситься на меня как на досадную обузу. Но в лесу по‑прежнему оставалась загадка – туманные волки. Те самые, что внезапно расплодились перед моим приездом.

Я выбрал раннее утро для вылазки. Гнида, увидев, что я не беру её с собой, обиженно шлёпнула ушами и отвернулась.

— Не дуйся, стерва, — бросил я ей горсть овса. — Сегодня мне нужно тихо.

Я пошёл один – без Митрофана, без отряда. Только я и лес, который понемногу оживал. В прошлый раз птицы не пели, белки не шуршали в ветвях, даже ветер будто замер, опасаясь нарушить зловещее спокойствие. Теперь же природа потихоньку возвращалась к жизни.

Следы я нашёл у Подгорного ручья – свежие, глубокие. Одиночный волк, крупный. Двинулся по ним, держа руку на рукояти меча.

Следы привели меня к исполинскому дубу, чей возраст, пожалуй, превышал пару столетий. У его основания зияла нора невероятных размеров. Применив заклинание обнаружения, я понял: внутри пусто. Странно.

Несколько дней я ходил по лесу, уходя всё дальше от крепости. Наконец с помощью магии нашёл стаю. Они обедали каким‑то крупным зверем.

Подкрасться достаточно близко не удалось. Как только я пересёк определённый рубеж, вся стая разом повернула головы в мою сторону. Ну да, магические звери. Работаем!

Моя световая вспышка ударила по поляне – ослепительно белая. Волки шарахнулись в стороны. Я рванул к ним, сокращая дистанцию, пока они не очухались.