Артём Ерёмин – Дети, сотканные ветром. Часть 3 (страница 5)

Лев разинул рот в невысказанном вопросе, и Лель приложил палец к губам. К ним с небывалой на льду грацией приближалась мастер Скобель. Миронов желал разговора без слушателей.

Есения при первой встрече после Ряжения рассказала, что её дедушка сделал всё, чтобы вычеркнуть имена подростков из слухов про бой на скудельнице. Вий тогда объяснил Льву, как Первый советник действовал: стращал или подкупал свидетелей. К тому же под его управлением находится самая известная газета на Осколках. Для господина Коркунова переписать новости было пустяковым делом.

— Как по мне, дедушка Есении для подобного выглядит… благородным, — сказал тогда Лев.

Вий же пожал плечами и не стал обличать друга в наивности:

— Чего не сделаешь ради внучки и будущей царевны.

И всё же, несмотря на старание князя, Лелю известно о скудельнице. Или же сама Есения поведала ему тайну. Они ведь росли вместе.

Лев встряхнул головой: не время утопать в тревоге и напрасных думах. Хорошо, что облик мастера Скобель приковывал взгляд и приятно опустошал внутреннюю полость шлема.

Она, в отличие от других почётных гостей, уверенно ставила ногу на лёд, и её след оставлял белёсую крошку. Видимо, мастер оббила шипами подошву изящных сапожек. Этой женщине дешевле испортить дорогую обувь, чем прилюдно стерпеть смущение от приземления на мягкие части тела. Сегодня огненно-рыжие волосы уложены иначе. Обычно строгий узел расслаблен, а в выбившиеся будто ненароком локоны вплетены бисерные ленточки — подарки от учениц.

— Надеюсь на обоюдную честность в соперничестве, — обратилась она к капитанам. — Вы не враги. На льду вы равные соперники, потому жду от вас уважения друг к другу. Прошу, не расстраивайте меня.

Последние слова Скобель направила всем игрокам. Даже притихшие первые ряды болельщиков не услышали пожелание. В двух шагах же от рыжеволосого мастера тембр её голоса точно щекотал мозг Льва. И на остальных он производил довольно смешные изменения. Пунцовый окрас на аристократической коже Леля был заметнее всего. Как только всполох понял это, тут же захлопнул забрало. В таком шлеме не страшны встречи с огненным снарядом. Льву на подобную защиту пришлось бы откладывать гроши несколько лет, и потому он надеялся, что если крепко зажмуриться, то убережёшь глаза от жара кометы.

— Весенний ветер принёс вам удачу, мастер копоти, — подняв со льда монету, сказала Скобель. — Страта Ветра атакует первой.

Лев что-то невпопад промямлил. Вьюны заметно повеселели, у них в запасе на одну попытку больше.

Скобель плавно зашагала прочь из-под купола. Она не собиралась оказаться в гуще дерущихся за комету подростков. У калитки мастер протянула хрустальный колокольчик к первому автоматону на постаменте.

— Старец Дуромор, прошу, начинайте! — Скобель беззвучно встряхнула блюститель.

Шар в механических руках запылал, облив мраморное лицо старика снопом искр. Прежде чем зелёная комета взвилась над головами игроков, всполохи уже начали действовать. Двое самых крепких юнцов ударили по Гуру, вьюн промедлил и попал «между молотом и наковальней». Он опрокинулся на лёд, и чтобы восстановить дыхание, ему потребуется драгоценные полминуты.

«Скверно», — успел подумать Лев, прежде чем Лель пролетел мимо него, выбив из равновесия. Как же глупо замереть от знакомого имени.

Настороже из вьюнов, к удивлению, оказался лишь Вий. Простым финтом он ушёл от удара противника и рванул за кометой. Та гудела, коптила, и ей всё равно, что попадётся на пути. Ударив об сеть, она отскочила в постамент и от него — вновь в сеть. Серия столкновений за столь малое время взбаламутила алхимическую горючку в шаре и придала ему ускорение.

Комета стала едва уловимой, но Вий умудрился ударить по ней. Либо выставил биту наугад и шар сам в неё угодил. Орудие вырвало из руки вьюна, но всё-таки снаряд изменил курс. Устремился в сторону планеты, где его готовился встретить единственный всполох-защитник.

Дым перед игрой предполагал, что страта Огня выберет подобную расстановку. Таким образом, четверо быстрых нападающих попробуют загасить зарождающуюся атаку вьюнов, ведь с их заменами можно себе позволить игру на высоких скоростях. Немногословный парень из народа лунси за природной скрытностью прятал задатки тренера и огонёк, который вспыхивал от игры воинов и звездочётов.

Позволительно ли в его народе увлекаться жарольдом? Разрешат ли чаровники выйти на лёд лунси? Лев подозревал, что его ждут грустные ответы.

Иное скажешь про благородного сына Мироновых. В Леле пламя жарольда пылало напоказ. Как только защитник отбил комету в противоположную сторону от планеты, капитан всполохов вцепился в неё точно оса. Едва ли не летая на парусе щит-перчатки, он выбивал из шара зелёные брызги. Так приручают кометы умелые игроки.

Никто из вьюнов не доставил Лелю неудобств. Остальные всполохи не подпускали и близко к нему.

Льву пришлось признать, что его команда потеряла инициативу с первых секунд и теперь лихорадочно носилась по льду.

Комета пустила за собой дымный шлейф, она слабела и становилась податливее. Когда Лев и Вий пробились к Лелю, всполох отпасовал снаряд своему игроку. Тот поймал гудящий шар и прижал его ко льду.

За великолепный манёвр арена наградила всполохов бурными овациями.

Парой силовых приёмов близнецы добыли комету и вывели Пимена в атаку. Однако тяга в снаряде настолько захирела, что шар не долетел до крайней орбиты.

Комета нетронутой дотлевала на льду, давая вьюнам короткую передышку перед атакой всполохов. Рот Льва заполнила кисловатая слюна, а стук в голове соперничал с ликованием арены.

— Тебе необходимо решиться, пока ваши отношения не накликали худо, — к нему приблизился Лель. — Если тебе нечего терять, то княжна лишится многого.

— Прям сейчас? — глотая буквы, удивился Лев.

Лель раскрыл шлем, на лице от бега проявился только румянец.

— Это не займёт много времени, и от тебя требуется осознание моей правоты. Прекрати общение с княжной, расставание пойдёт вам во благо. В особенности её светлости.

— Расставание? — пролепетал трубочист.

Почему Лель подобрал такое громкое слово? Слово, за которым обязано прятаться сокровенное прошлое.

— Эй, Лев! — озабоченно окликнул Вий. Они с командой собрались в кучку неподалёку. — Стряслось чего?

— Прости, что отвлёк, — пожал плечами Лель. — Кажется, ты нужен команде.

Лев направился к вьюнам, протирая капитанской повязкой полные от пота глаза.

— Закрепимся в защите? — предложил Лев.

Вий удивился неуверенности друга:

— Ты капитан. Мы примем любой твой приказ.

«Он прав. Сейчас нужен голос твёрже, — решил Лев. — Пусть противник слышит, что мы не ведём себя как отставшие от стада овцы. Вот бы ещё отдышаться немного».

— Шипастая стена, — решил он.

Наработанная на пруду схема предполагала, что три защитника выставят заслон на пути к планете, а нападающие будут всячески мешать противникам. Похоже, команду устроил план.

— Бережём силы, они пригодятся для следующей кометы.

Красная вспышка в руках старца Могуты запустила комету всполохов. Со свежего пыла снаряд мало кто решался усмирить. Все кружились по арене следом за шаром, подначивали противника, пробовали на зуб защиту. Бороться с молодой кометой сродни попытке поймать ядро из пушки. Вот только Лель думал иначе. Он угадал рикошет кометы и смело встретил её на щит. Удар опрокинул худого подростка, но выверенный отскок направил снаряд шкрябать каток, как и было задумано. Пыл при соприкосновении со льдом стремительно слабел, и взнузданную комету подхватил один из всполохов. Лель сохранил силы команды и создал задел для атаки.

Пас вразрез катка оставил не у дел Льва и Пимена. Стена, оставшись без шипов, посыпалась. И вскоре красная комета заняла место на ближней орбите планеты.

— Начало трудное! Но вся игра впереди! — Лев силился перекричать восторг арены.

Его ободрение наскочило на недоверие вьюнов. Капитан и сам уловил фальшь в своей речи. План о том, как преодолеть трудности, у него пока не родился.

Долгого разговора не случилось — на руках одного из механических старцев созревало зелёное пламя.

Вспышка! Арена заулюлюкала, одаривая пренебрежением атакующую команду.

В первую минуту Льву даже показалось, что насмешки болельщиков отрезвили вьюнов. У них получалось преследовать комету и увиливать от наскоков всполохов.

Недаром именно эти вьюны собрали команду. Вся страта Ветра привыкла к презрению общества, да только те, кто сейчас на льду, осмелились ответить ему взаимностью.

Парус дребезжал, когда Лев заходил на вираж. В скорости ему нет равных сегодня. Янтарь отменно сладил с чарами, заложенными в щит-перчатку. Лель остался за спиной, когда трубочист затормозил под планетой. Краем глаза он увидел зелёный отблеск, несущийся в его сторону. Лев сжал кулак что есть мочи, и парус затвердел.

«У меня получится, как в тот раз», — наполнился решимостью трубочист.

— Рано! — голос Вия достиг его на миг быстрее кометы.

Она влетела в его щит и взвилась к планете. Уже стоя на коленях, Лев осознал свою ошибку. Он не учёл возросшую мощь снаряда. Комета легко прошила среднюю орбиту. Притяжение вращающихся колец забрало изрядную долю тяги, но не удержало шар.