Артём Чумаков – Маджетт Шоу (страница 15)

Мама опустила руки. Молчала с пару минут. После, замотала головой и пролепетала:

— Гленн, я так больше не могу. Я прошу тебя, избавь меня от этого. Пожалуйста, Гленн! — из глотки снова вырвалось шипение. — Боль невыносимая. Я ничего не могу делать. Ничего не помню. То час пропадёт, а то и целые сутки — как в пропасть. Прости меня за всё. За эту чёртову болезнь. За эти чёртовы несколько лет, что ты провёл в моей комнате. Но я больше не выдержу. Пора это заканчивать. Я знаю, ты справишься.

Гленн с трудом сдерживал дрожь в руках. Вытирал липкое от слёз лицо. Вспомнил головную боль от альцефулы. Пытался представить, что чувствует мама. Она не заслужила такого.

Рука Гленна вытащила клинок из чехла. Другая рука легла маме на плечо. Остриё медленно ползло по воздуху к маминой груди. Остановилось в сантиметре.

— Гленн, — продолжала мама. — Мальчик мой, ни о чём не думай. Я не хочу становиться монстром. Я давно со всем попрощалась. Прошу, закончи это. Пожалуйста, Гленн!

Лезвие вошло в сердце. У мамы захватило дыхание. Она закашляла. Клинок повернулся. Мама обхватила шею Гленна. Вдвоём, они медленно опускались на пол. Слёзы хлынули у Гленна из глаз.

— Тише, тише, — прошептала мама. — Всё хорошо.

Она перестала дышать. Гленн вытащил клинок и кинул в сторону. Протёр лицо и взглянул на маму.

Гленн вспоминал, как они покупали ему первую гитару. Как ходили после школы в сквер возле набережной. Как она пыталась его нарядить на первое свидание. Увы, неудачное. И как успокаивала после него. Гленн с мамой часто сидели с уроками до ночи. Когда ему перевалило за двадцать, она помогала подготовиться к тесту для сертификата. Вроде уже взрослый, а всё никак не мог сам справиться. Наверное, мог. Просто нравилось делать это с ней.

Гленн держал на руках красивую, заботливую, добрую женщину, что, казалось, просто уснула. Теперь она, наконец, отдохнёт.

Придя в себя, Гленн позвонил Крису.

— Алло? — ответил тот.

— Она превратилась. Окончательно. Я ничего не мог сделать. Пришлось…

— Так, спокойно! Сейчас мы со Скоттом приедем и всё решим. Ничего не делай.

«Вызов завершён». У Гленна оставался ещё час побыть с ней.

7

Шейн медленно крался на «бьянки» по песчаным дорогам Четвёртого саба. Проехав коттеджи, он выехал в лес. Притормозил. Вдалеке замерцали фары. «Бьянки» медленно двинулся навстречу. Вскоре, за деревьями показался большой чёрный джип. Остановившись напротив, Шейн заглушил мотор. Ждал, настороженно глядя в тонированное лобовое стекло. Фары джипа снова замерцали. Шейн медленно вышел из «бьянки». Оглядываясь, осторожно прошёл вперёд. Распахнув правую дверь джипа, заскочил внутрь. На водительском сидел Пол Уотч. В смокинге, с короткой тёмной стрижкой и чёлкой, закрывающей правую бровь.

— Уотч, — произнёс Шейн.

— Уильямс-младший, — с ухмылкой ответил Уотч. — Молодец, что один приехал.

— Уверен, что один?

— За тобой хвост от въезда в саб висит.

— Повезло, что я не заметил, — Шейн откинулся на спинку. — Иначе бы твой хвост не дожил до утра. Я такие фокусы не люблю.

— Я тоже много чего не люблю. Например, всех, кто связан с властью Девятого юниона. Доверия нет. Понимаешь? Так что прими мои фокусы как данность. И вообще, это ты хотел встретиться.

— Да. И ты, внезапно, согласился. Похоже на подставу. Не пояснишь, с чего вдруг решил из тени выйти?

— Меня твой человек убедил. Знаешь, толковый парень. Кое-что понимает в нашей работе. Я это ценю. Плюс, есть должок твоему отцу.

— Круто, — Шейн кивнул головой. — В Девятом дела сейчас совсем плохи. Стивенс привёл мутных людей и хочет угробить Периметр. У меня есть много вопросов.

— Валяй, — Уотч улыбнулся. — Но не обещаю, что отвечу хотя бы на один.

— Не откроешь тайну, почему ты решил свалить со своего поста в сабы, кинув моего отца и добрую часть Девятого?

— Ох, ничего себе, — Уотч ухмыльнулся. — Как ты красиво нарисовал. Начнём с того, что у меня, как и у любого нормального человека, есть свои принципы. Я сразу обрисовываю людям, с кем им придётся иметь дело, и сразу выкладываю все условия. Так вышло, что мои условия в Девятом, в какой-то момент, перестали выполняться. Примерно в тот момент, когда Роу сменил профессора Хойта на посту Модератора. Твой отец всегда пытался добиться от Стивенса и ГСП выполнения условий. А вот Роу шёл у этих ублюдков на поводу. В итоге, когда мои условия посылались куда подальше, я отказывался от обслуживания. Твой отец меня понимал, и спокойно принимал такой расклад. А вот Хэллер со Стивенсом скалились. Вставляли палки в колёса моим подрядчикам, которые сидели на юнит-контрактах. Я понял, что дело пахнет чем-то покруче, чем простым техническим обслуживанием. А один из главных моих принципов — не встревать в разборки.

— Ты же понимаешь, что это нереально? Твоя система работала на «Андерком» — главный проект Девятого. В таких масштабах, без разборок не обойтись.

— Вполне реально, Шейн, — твёрдо возразил Уотч. — Цивилизованные люди умеют засунуть подальше свои предрассудки и интересы, не относящиеся к работе. Результат — есть результат. Вот, чего Периметр должен был добиваться. Твой отец это понимал, и всегда ставил Заказ основной целью. Не для того, чтобы угодить Заказчику, а для того, чтобы вывести общество на новый уровень. Чтобы развиваться, и выйти из этой идиотской системы. Но кучка бесполезных даунов вцепились в свои тёплые кресла, сведя результат к минимуму. Решили воспользоваться хитрой схемой, чтобы набить кошельки. Дебилы.

— Получается, что не дебилы. За оксинтокс им нормально прилетает из-за Периметра, если посчитать.

— Прилетает что⁈ — Уотч развёл руками. — Ресу? Валюта, придуманная Заказчиком для внутренних транзакций? В мире нет таких денег. Это фикция, циферки на экране. Не более того. За Периметром нарисовать этих ресу можно сколько угодно, они там ничего не стоят. Эти придурки никогда не смогут вывести свой капитал наружу. А обеспечивать себе богатую жизнь здесь, в этих стенах — верх идиотизма. В Периметре, все — нищие.

— Ладно, допустим. И когда ты понял, что пора валить?

— Когда Патрик Антоло держал пистолет у моего виска, а Стивенс велел валить подальше. Примерно в этот момент.

— Почему ты никому не рассказал? — Шейн слегка повысил тон. — Ты бы мог рассказать моему отцу, и в тот же вечер мы бы легко размотали весь офис Стивенса, со всей его охраной. Тогда у нас были шансы.

— Я свалил не потому, что боялся умереть. В нашей работе оружие стало перевешивать технологии. Эти черти прекрасно понимали, что, убив меня, нажили бы себе кучу проблем. Как, например, вывод из строя всего «Стивенс Системз».

— У тебя был доступ к «Стивенс Системз»?

— Ну разумеется, — Уотч снова развёл руками. — Я собрал этот софт. Это та же система, что и «Уотч Контрол», только с другим интерфейсом. Они украли её. И не только в Девятом. Почти во всём Периметре они поставили свои системы автоматизации, чтобы проворачивать свои делишки в обход Заказчика. И вся их корпорация строится на ворованном софте, ворованных технологиях. Реальных владельцев либо вербуют на рабских условиях, либо убирают. Только я узнал об этом слишком поздно. Единственное, успел довести до ума систему заказов по гамма-каналу. Чтобы в Периметре остались хорошие независимые спецы.

— Но почему моему отцу не рассказал?

— Потому что хотел, чтобы мистер Уильямс спокойно дожил последние месяцы, — Уотч заговорил тише. — Все прекрасно понимали, что ему недолго осталось. А вписывать его в очередную муть не хотелось. В общем, этим банда Стивенса и воспользовалась. Мистер Уильямс был последней серьёзной проблемой для них.

— Вот чёрт… — протянул Шейн, потирая лоб.

В салоне джипа несколько минут царила тишина. Шейн резко повернулся на Уотча:

— Почему «Уотч Контрол» до сих пор работает на некоторых объектах? Люди Стивенса не могут его отключить?

— Конечно, — кивнул Уотч. — «Уотч Контрол» может работать параллельно со «Стивенс Системз».

— Мне нужно, чтобы ты включил его.

— Прости, нет. В Девятый я точно не вернусь. Не вижу смысла так рисковать.

— Я обеспечу тебе охрану. Никто тебя не найдёт. Никто не будет знать, что ты в Девятом.

— Повторюсь, я не боюсь этих людей. У меня достаточно рычагов давления на них. Стоит только разок запустить пару приложений, и эти дебилы будут как на ладони.

— Тогда в чём проблема?

— Я не хочу выступать за чьи-то политические интересы.

— При чём тут интересы? — Шейн замотал головой. — Ты не хочешь остановить преступников? Они добились всего обманом, и должны быть наказаны.

— Шейн… — Уотч цинично улыбнулся. — Я же прекрасно понимаю, что проблема не в преступниках. Признай, ты просто в обиде на систему, которая вывела тебя из игры. Ты ведь мог встать на место отца. А теперь, всё, что тебя ждёт — это несколько лет службы на Роу, пока не надоешь. Оставь эти игры. Помирись со Стивенсом и иди спокойно на пенсию. Поздно рыпаться.

— Неужели тебе не хочется отомстить им? У тебя отняли работу всей жизни, Уотч. А ты просто забил?

— Ты пытаешься впарить мне какую-то чушь, — лицо Уотча стало серьёзным. — Это ваши разборки. Мне там делать нечего.

— Тогда расскажи, как наладить «Уотч Контрол».

— Почему ты так прицепился к этим системам автоматизации? Что у тебя за план?

— Мы должны закончить продикт, и нам нужно больше информации по «Стивенс». И больше контроля в Девятом. У нас даже доступа к основным камерам нет.