Артём Чумаков – Маджетт Шоу (страница 17)

Кобб облегчённо выдохнул и едва слышно произнёс:

— Да ладно…

— У кого остались вопросы? — Крис не обратил на него внимания, смотря на поднятые руки. — Ясно. У кого вопросов нет — можете идти.

Вместе с Ником и Коббом, аудиторию покинули ещё человек десять.

8

Сет сидел на матрасе, отложив в сторону смартфон с новостями о разрисованных трэплерах. Тодд сидел напротив, на раскладушке, и чистил картошку над тазиком. Сет неуверенно окликнул его:

— Тодд…

— М-м?

— Как работает «Вердикт»?

— «Вердикт»… — протянул Тодд. — Ты что, ещё не прочитал?

— Да там столько всего! Ты лучше расскажешь.

Тодд помотал головой и, решительно выдохнув, начал:

— Короче, для каждого преступления оформляется продикт. Специальная форма, в которой содержится вся информация. Фотографии, видео, подозреваемые, свидетели. Всё. Продикт обрабатывается «Вердиктом». Он согласовывает все данные с Кодексом и выносит решение. Притом, учитывает все факторы. Возраст, характеристику человека, были ли у него раньше проблемы с законом. Ну, многое. Если у основного подозреваемого есть бабки, то он нанимает спецпрода. Специального чувака, который умеет работать с продиктами. Знает, что нужно внести, а что лучше скрыть. А если силовой структуре нужно запрятать человека надолго, спецпродов нанимают уже они. Каждый продикт, до того, как попадает в обработку, имеет свой процент срабатывания. Например, тебе надо посадить училку. Ты нанимаешь спецпрода, и говоришь, что училка должна уехать в изолятор по такому-то пункту Кодекса, на такой-то срок. Спецпрод ставит это в главную цель продикта. Далее, по мере расследования, высчитывает процент. Вероятность того, что «Вердикт» посадит училку на столько, на сколько ты хочешь. В общем, главная фишка спецпродов — это тот самый прогноз по процентам.

— Окей, — Сет понимающе закивал. — А что, если у училки будет свой спецпрод?

— Тут начинается самое веселье. Спецпроды меряются достоинствами. Притом, если изначально они работали на клиента, то в какой-то момент всё перерастает в поиски нарушений в продикте соперника, в его расследовании и прочем. Но нам с тобой такая битва не светит. Обычно, такое происходит у больших компаний.

— А если бы нас поймали, что бы было за разрисованный трэплер?

— Смотря что ты нарисовал.

— Ну, например, пару десятков провокационных изображений.

— В нашем случае, это — экстремизм. Угрозы Заказу «Вердикт» там не увидит. Нет открытых призывов. Да, ежу понятно, что мы имели в виду. Но в вопросах цензуры, «Вердикт» пока ещё слаб. Не выкупает иронию и метафору.

— И что нам за это грозит?

— Как правило, это штраф. Составляется договор, по которому ты должен взнос в Юниборд. В каком размере — сложно сказать. Но людей вроде нас сразу сошлют в лагерь.

— Ну-ка поясни.

— Короче, — Тодд кинул нож в тазик и вытер руки об штаны. — Штраф за экстремизм предполагает, что ты сможешь отчислять часть зарплаты в долг, и одновременно покрывать минимальные расходы. Не помню, какой там объём этих расходов. Если человек не может со своим трудоустройством покрыть всё, то ему приписывают дополнительные работы на Заказ, исходя из его категории по сертификату. Далее, если подходящей работы по этой специальности в юнионе нет, то человек отправляется в лагерь. Сразу скажу, что подходящей работы никогда не будет. Все места под Заказ заняты. В лагере смотрят, сколько стоит труд такого заключённого, и, исходя из этого, считают срок. Понятно, что труд оценивается в десятки раз меньше, чем по юнит-контракту. Даже если в юнионе, по твоему сертификату зарплата установлена в пятьсот ресу, то в лагере тебе легко посчитают за месяц всего пять.

— Зачем так делать? Не проще ли сразу в изолятор?

— Не, — Тодд замотал головой. — В изоляторе тебя содержать нужно. А Юниборд хочет, чтобы как можно больше людей работали бесплатно. Чтобы распиливать между собой как можно больше бюджета от Заказчика. Долг на человека начинают вешать с шестнадцати. То есть ты уже год как можешь получить срок. Точнее, как там… А! Возможность отработки долга. Естественно, до восемнадцати, у человека никакого сертификата быть не может. Кроме базового, школьного. Так что в твоём возрасте, попадись в руки глобсейф — лагерь гарантирован.

— Прикольно! — Сет показал Тодду большой палец. — Но что, если у человека хватит зарплаты и на долг, и на этот минимум?

— Очнись, Сет! Такие люди никогда не пойдут портить имущество юниона. Из офиса — домой, из дома — в офис. И тихонечко, чтоб лишний раз чего не подумали. Человек, бросающий вызов системе — это человек, у которого нет уверенности в завтрашнем дне. Сотрудники диспоста, младшие инженеры «Андеркома» и «ЦесКорпа». Охранники — уже реже. Над ними всегда стоит начальник, у которого всё в порядке. А эти ждут, пока карьера вверх пойдёт. Типа скоро они станут жить так же, как босс. Так что охранники — хуже чуваков из офисов.

Тодд подошёл к окну и закурил. Сет, почесав затылок, спросил:

— А фриндеры? Как у них рассчитывают долг?

— Если фриндер совершил преступление, за которое «Вердикт» не отправляет в изолятор — то точно откупится. В этом смысл фриндеров. Чтобы набивать карманы Юниборду. И если у фриндера нет долга по фриндер-договору — он каждый год приносит этим упырям больше, чем десяток работяг. Другой вопрос с теми, кто не смог покрыть взнос. В этом случае — лагерь.

Сет на пару минут задумался. В голове закрутилась одна мысль. Сет продолжал:

— Подожди, Тодд. Но ведь ты мог сломать эту систему. Получить хорошую категорию, сделать карьеру, и уже оттуда бросать вызов системе. Тебя бы не смогли засунуть в лагерь. Максимум, заставили бы откупаться. Разве такой путь не лучше?

Тодд ухмыльнулся. Смотрел в окно, потягивая сигарету, и молчал.

— Я понял, — выдал Сет. — Ты боялся, что если выберешься из рабочего класса, то не захочешь больше бороться с системой. Боялся, что тебе замылят глаза и заставят успокоиться. Мол, всё не так уж и плохо. Ты бы не смог пронести свои идеи из низов. Я прав?

— Не знаю, — Тодд пожал плечами. — Человек, по природе своей, слишком легко поддаётся соблазнам. Я не знаю, смог бы я сохранить свои идеи. Но проверять не рискну.

Тодд затушил окурок и сел обратно на раскладушку. Взяв в руки нож, поднял глаза на Сета:

— А чего сидим? Давай, чисти остальное.

Улыбнувшись, Сет вскочил с матраса.

Ник с Коббом сидели в «бруксе». Кобб копался в небольшой сумке. Ник боролся с желанием написать Рэйчел.

— Вот, — Кобб протянул ему металлическую карточку. — Ваш заказ, мистер Стоук.

— Воу. Дизайн что надо.

Ник вертел в руках кусок железа, чуть толще и длиннее айси. На корпусе поблёскивала выпуклая микросхема. Ник поднял глаза на Кобба:

— Устройство с чипом «Оу-Ти»?

— Типа того. Это первый образец айси. Как раз, с другой памятью. То, что тебе нужно. Но я пока не знаю, как эта штука работает. Пока не было времени лазать на закрытые территории.

— А как же контроль качества?

— Ой, иди к чёрту, Ник.

Они усмехнулись. Откинув сумку назад, Кобб вытянул ноги:

— С тебя полторы тысячи ресу.

— Полторы тысячи⁈ — Ник правда не ожидал такой суммы. — За штуку, которая может и не сработать?

— Я предупреждал, что это тебе не компьютер починить. И потом, вряд ли она подведёт. Не вижу причин для сбоя.

— А гарантийный талон?

— Слушай, завязывай. Хочешь гарантию — посмотри отзывы обо мне на каком-нибудь фриндер-портале. И потом, я не прошу всю сумму сразу. Могу дать рассрочку на полгода.

— Ладно, прости, — Ник достал смартфон. — Это всё нервы.

Он зашёл в электронный кошелёк и скинул Коббу полторы тысячи ресу. Кобб, взглянув на экран своего смартфона, медленно повернулся на Ника:

— Откуда у тебя полтора куска?

— Накопил. Знаешь, человеку с моими потребностями накопить вообще не проблема, особенно работая в конторе типа «Ай Оу».

— Чёрт. Ну даже если так, то я бы, на твоём месте, не раскидывался деньгами. Ты, всё-таки, без работы остался. Кто его знает, как дальше сложится. Реально, давай в рассрочку.

— Расслабься, — Ник махнул рукой. — Тем более, я ненавижу сидеть в долгах.

— Как знаешь.

— И как эта штука называется?

— Учитывая все обстоятельства… — Кобб глянул на железку. — «Смертная казнь» — вполне подойдёт. Но у меня на компе этот проект назывался «энкей». Вроде «ключ для Ника».

— Не все от природы креативны.

— Иди нахрен, — Кобб улыбнулся.

Ник аккуратно положил энкей во внутренний карман.

— Видал? — Кобб протянул Нику смартфон.