Артём Аэр – Тени на асфальте (страница 1)
Артём Аэр
Тени на асфальте
ДОЛГ ЧЕСТИ
Глава 1
Воздух в конференц-зале пахнет дезодорантом «с ароматом альпийской свежести» и едва уловимым страхом. Ольга сидела в третьем ряду, стараясь принять выражение сосредоточенного участия на лице. На сцене, под огромным логотипом сети «Вектор-Маркет» – стилизованной летящей стрелой – стоял генеральный директор, Артём Викторович.
– Команда – это не просто сотрудники, – голос его был бархатным и проникновенным, будто он делился сакральным знанием. – Команда – это семья. Мы вместе растем, вместе преодолеваем трудности. И я ваш старший брат, ваш наставник. Моя дверь всегда для вас открыта.
В зале прокатился одобрительный гул. Ольга машинально улыбнулась. «Всегда открыта», – мысленно повторила она. На прошлой неделе она застала у этой «всегда открытой» двери менеджера по закупкам Петрова, который вытирал потный лоб и что-то лепетал про «временные трудности». Петрова на корпоративе в пятницу не было. Говорили, перевёлся в другой филиал.
– Мы не просто продаём товары, мы продаём эмоции! – продолжал Артём Викторович. – Эмоции доверия, надёжности, заботы. И эти эмоции должны начинаться здесь, внутри нашей семьи!
Ольга украдкой взглянула на телефон. Заблокированный экран показал два пропущенных вызова от мамы. Из больницы. Холодный комок в груди сжался туже. Результаты анализов должны были быть сегодня.
– Ольга, я вижу, ты сегодня особенно вдумчива, – голос наставника, Марины Сергеевны, прозвучал прямо над ухом.
Ольга вздрогнула. Марина Сергеевна, женщина с идеальной улыбкой и глазами, как у бухгалтерского калькулятора, стояла рядом.
– Просто впитываю информацию, Марина Сергеевна. Артём Викторович, как всегда, вдохновляет.
– Он у нас отец-основатель, – с лёгким придыханием сказала наставница. – Кстати, зайди ко мне после планёрки. Хочу обсудить твой потенциал. Я вижу в тебе искру.
«Искру», – мысленно повторила Ольга. Это слово в лексиконе «Вектора» означало либо скорое повышение, либо начало тотальной проверки всех твоих KPI.
Планёрка закончилась общими объятиями под корпоративный гимн – бодрую музыку со словами о «стремлении вперёд» и «единой команде». Ольга, прижатая к груди коллеги из отдела логистики, поймала себя на мысли, что считает секунды до звонка маме.
В кабинете Марины Сергеевны пахло дорогим кофе и властью.
– Садись, Олечка. Я за тобой наблюдаю. Ты – перспектива. Но ты слишком закрыта. Держишь дистанцию.
– Я просто стараюсь делать свою работу хорошо, – осторожно сказала Ольга.
– Работа – это только часть! Дух команды, Ольга! Участие! Ты была на выездном тимбилдинге в прошлом месяце? Нет. А зря. Там ребята раскрываются. Становятся ближе. Как думаешь, почему Павел из IT стал нашим лучшим менеджером по продажам? Он на том тимбилдинге в лесу костёр разжёг, когда все продрогли! Команда увидела в нём лидера!
Телефон Ольги снова завибрировал. Мама. Сердце ушло в пятки.
– Марина Сергеевна, можно я… это срочный звонок…
– Конечно, родная! Семья – это главное! – улыбка Марины Сергеевны стала шире. – У нас в «Векторе» это понимают. Беги, решай свои вопросы. И подумай над моими словами. Команда ждёт, когда ты станешь своей по-настоящему.
Ольга выскочила в коридор, поднесла телефон к уху.
– Мам?..
Голос матери был тонким и надтреснутым, словно старый пергамент.
– Олечка, врач сказал… сказал, что нужно дорогое лечение. Химиотерапия. Я даже сумму запомнить не могу…
Ольга прислонилась лбом к холодному стеклу окна, за которым кипела жизнь Екатеринбурга. Она смотрела на спешащих людей, на рекламные билборды, и слышала только голос матери, повторяющий семизначную цифру. Цифру, которой у неё не было.
И в этот момент, сквозь панику, её осенило. «Команда – это семья. Мы вместе преодолеваем трудности».
Мысль была одновременно отвратительной и соблазнительной.
Глава 2
Через два дня после разговора с матерью Ольга, сжавшись в комок от унижения, сидела в кресле перед широким столом Марины Сергеевны. Та слушала её, сложив пальцы домиком, и на её лице застыло выражение сосредоточенного участия.
– Олечка, родная, – наконец произнесла она, когда Ольга, сбиваясь и путаясь, закончила. – Я твоей маме букет отправлю. Сильный человек. И ты молодец, что пришла. Сила – в том, чтобы уметь просить о помощи. Гордость – это порок, который мешает команде расти.
Ольга почувствовала, как по щекам ползут предательские горячие слезы. Она смахнула их тыльной стороной ладони, злясь на себя.
– Не плачь, всё решаемо! – Марина Сергеевна протянула ей коробку салфеток с логотипом компании. – Семья не бросит. Я уже поговорила с Артёмом Викторовичем. Он дал добро на запуск инициативы.
– Инициативы? – растерянно переспросила Ольга.
– Конечно! Мы запустим сбор средств в твою пользу. Через наш благотворительный фонд «Вектор Добра». Это же так по-нашему – помогать своим!
Ольге стало не по себе. Ей представлялся скромный перевод с пометкой «от коллег». Не это.
– Марина Сергеевна, я не уверена… это же такая огласка…
– Какая огласка? – искренне удивилась та. – Это же пример! Пример того, как мы заботимся друг о друге. Это повысит лояльность команды. Людям важно видеть, что они работают не в бездушной корпорации, а в семье. Ты станешь живым доказательством этого.
Фраза «живое доказательство» резанула по нервам.
– Кроме того, – продолжила Марина Сергеевна, понизив голос до доверительного шепота, – я договорилась с нашими партнёрами из «Статус-Банка». Для сотрудников «Вектора» у них специальная программа кредитования – «Помощь рядом». Одобрение стопроцентное, процентная ставка… льготная. Мы поможем тебе собрать документы.
Ловушка захлопнулась. «Помощь» оказалась комплексной и неотвратимой. Отказаться сейчас значило бы оскорбить лично Марину Сергеевну и самого Артёма Викторовича. Показать себя не командным игроком. Ненадежной.
– Я… я не знаю, как благодарить, – выдавила Ольга, чувствуя, как эти слова обжигают ей губы.
– Никак! – рассмеялась Марина Сергеевна. – Лучшая благодарность – твои успехи на работе и твоя улыбка. Кстати, завтра у нас съёмка небольшого ролика для внутреннего портала. Нужно будет пару слов сказать от сердца.
Съёмки проходили в пустом конференц-зале. Ослепительный свет софитов бил в глаза, заставляя щуриться. Перед Ольгой сидел корпоративный видеограф Сергей и с деланным воодушевлением задавал вопросы, написанные кем-то из отдела маркетинга.
– Ольга, скажите, что для вас значит «Вектор-Маркет»?
Она посмотрела в объектив, за которым угадывалась тень Марины Сергеевны.
– Это… это моя вторая семья, – её собственный голос прозвучал для неё чужим и плоским. – Я никогда не думала, что столкнусь с такой бедой… и никогда не надеялась на такую поддержку.
– А что вы почувствовали, когда узнали, что компания не оставит вас в трудную минуту?
Ольга почувствовала, как по спине бегут мурашки. Она почувствовала, что её голод, её отчаяние и страх её матери превратили в пищу для корпоративного монстра.
– Я… я была тронута до слёз, – сказала она, и это была единственная правда за всю эту съёмку. – Спасибо… семье.
Вечером того же дня на внутреннем портале появилась статья: «РУКА ПОМОЩИ: КАК «ВЕКТОР» ПОДДЕРЖИВАЕТ СВОИХ». Под заголовком было её фото – улыбающаяся Ольга с матерью, сделанное год назад на дне рождения. Рядом – ссылка на сбор средств и история, написанная витиеватым, пафосным языком, где она была «нашей коллегой, столкнувшейся с вызовом судьбы», а «Вектор» – «сплочённой семьёй, простирающей руку помощи».
Первый перевод пришёл через пять минут. Тысяча рублей от анонима. Потом ещё, и ещё. Ольга смотрела на растущую сумму и чувствовала себя проституткой, выставившей своё горе на всеобщее обозрение.
А через неделю Марина Сергеевна, сияя, вручила ей подарочный конверт.
– Олечка! Команда собрала для тебя вот это! – в конверте была карта «Статус-Банка». – И Артём Викторович лично добавил от себя крупную сумму. Он просил передать, что ценит таких преданных сотрудников.
Ольга взяла карту. Пластик был холодным, как лёд.
– Передайте ему… огромную благодарность, – сказала она.
– Обязательно! – Марина Сергеевна положила руку ей на плечо. Заботливый, властный жест. – И не забывай, Оль. Теперь у тебя есть долг чести. Перед компанией. Перед всеми нами.
Ольга вышла из кабинета. В руке она сжимала холодную пластиковую карту, чувствуя её тяжесть. Это был не билет к спасению. Это был первый, самый крупный кирпич в стене, которая медленно, но верно начинала расти вокруг неё.
Глава 3
Через три недели после начала «кампании помощи» Ольга почувствовала себя актрисой, застрявшей в бесконечном плохом спектакле. Её роль – «Счастливая и благодарная сотрудница «Вектора». Реквизит – вымученная улыбка. Сцена – весь офис.
Первым звонком стал корпоративный выезд на базу отдыха «Лесная гавань». Обязательный для всех. Марина Сергеевна лично подошла к её столу накануне.
– Олечка, ты же будешь? Команда ждёт. Все хотят тебя видеть. После всего, что случилось… тебе точно нужна положительная энергия, а не одной в четырёх стенах сидеть.
Отказ даже не рассматривался. Всю субботу Ольга, надев фирменную бейсболку «Вектора», с оловянной улыбкой участвовала в «весёлых стартах», держась за руки с коллегами, с которыми на работе не говорила ни слова. Её постоянно брали под руку, хлопали по плечу, поднимали за неё тост: «За Олю! За нашу спаянность!». Она чувствовала себя живым талисманом, чучелом, на которое вешают лавры за собственное милосердие.