Артём Аэр – Поле Сознания. Ошибка 404 (страница 3)

Последнее, что я увидел, выскакивая в коридор, – это интерфейс медсестры, где ее статус сменился на

[Состояние: Дезориентация. Статус: Сбой выполнения процедуры.]

Я не просто сбегал. Я оставлял за собой первый, крошечный, но реальный след своего бага.

Глава 4

«Дайте мне точку опоры, и я переверну мир» – Архимед

Холодный ночной воздух обжег легкие. Я, прижавшись спиной к шершавой стене какого-то гаража, судорожно ловил ртом воздух. Больничные штаны и легкая рубашка моментально промокли от моросящего дождя. Я дрожал – и от холода, и от остатков адреналина.

Я сбежал. Это был факт. Но что теперь? У меня не было денег, телефона, куртки. Я был бледным парнем в больничной одежде, за которым, без сомнения, уже объявили розыск. Обычный розыск… или что-то похуже.

Я рискнул выглянуть из-за угла. Улица была пустынна, освещена тусклыми желтыми фонарями. И каждый фонарь, каждое окно, каждый мусорный бак – все было усыпано плавающими надписями. Я силой воли удерживал интерфейс в «скрытом» режиме, но знал, что стоит мне ослабить контроль, и мир снова превратится в информационный ад.

«Спокойно, – говорил я себе, закусывая губу. – Это не проклятие. Это… программа. Просто очень странная программа к реальности».

Мне нужна была еда. Теплая одежда. Укрытие. И я не мог просто пойти и купить или украсть. Любая камера, любой свидетель. Система меня найдет. Админы найдут.

Мой взгляд упал на запертую дверь гаража.

[Объект: Дверь гаражная. Состояние: Заперта. Прочность: 78%.]

Я снова вызвал интерфейс, на этот раз целенаправленно. Я сфокусировался на слове «Заперта». Никакой реакции. Я попробовал представить, как щелкаю по нему, как по гиперссылке. Ничего. Я мысленно произнес: OPEN, UNLOCK. Бесполезно.

Разочарование грозило перерасти в отчаяние. Я мог изменить коэффициент трения, но не мог открыть простую дверь. Моя сила была смехотворной.

Внезапно мой взгляд зацепился за ржавый навесной замок. У него тоже был свой интерфейс, простой до безобразия:

[Объект: Замок висячий. Состояние: Исправен. Материал дужки: Сталь углеродистая. Предел прочности на разрыв: 450 МПа.]

Предел прочности. Снова число. Не статус, а физическое свойство. Идея, возникшая в больнице, оформилась в четкий, пусть и безумный план.

Я огляделся, нашел на земле обломок кирпича. Его интерфейс показывал твердость, массу, плотность. Я отбросил кирпич. Мне не нужен был инструмент. Инструментом был мой разум.

Я снова сфокусировался на значении 450 МПа. На этот раз я попытался не просто заменить его, а уменьшить. Я представил, как сталь становится хрупкой, рыхлой, как сырая глина. Я визуализировал цифру 45. Десятикратное уменьшение.

Головная боль накатила сразу, острая и тошнотворная. В висках застучало. Я почувствовал, как из носа потекла теплая струйка. Я провел рукой – кровь. Цена. Использование силы имело цену.

Но в интерфейсе замка цифра 450 мигнула и сменилась на 45.

Я поднял с земли тот самый кирпич и с силой ударил по дужке замка. Раздался негромкий, сухой лязг. Не звон металла, а скорее хруст. Дужка, которая должна была выдержать удар ломом, сломалась пополам, как сухая ветка.

Мое сердце бешено заколотилось. Не от страха, а от восторга. У меня получилось! Я не просто менял абстрактные цифры. Я менял саму реальность на фундаментальном уровне.

Я отодвинул сломанный замок и заскользил внутрь гаража. Воздух пах пылью, бензином и старым железом. Я запер дверь изнутри, прислонив к ней какой-то лом. Укрытие.

В углу гаража, накрытый брезентом, стоял старенький мотоцикл. На стене висела промасленная куртка. Это был клад.

Я подошел к мотоциклу и снял брезент. И почти сразу же мой интерфейс снова взорвался данными, но на этот раз не хаотичными. Я видел не просто объект, я видел состояние системы.

[Объект: Мотоцикл «ИЖ-Юпитер». Состояние: Неисправен. Дефекты:…]

И тут я его увидел. Не просто свойство, а целый раздел. Дефекты. И под ним список:

– Свеча зажигания: Нагар, зазор 2.5 мм.

– Аккумулятор: Заряд 12%.

– Топливный шланг: Микротрещина.

Это был не справочник. Это была инструкция по ремонту. Более того, это был инвентарь. Я посмотрел на верстак, заваленный хламом. Среди всего этого я видел нужные мне вещи, подсвеченные в моем интерфейсе, как квестовые предметы в игре:

[Предмет: Ключ рожковый на 10]

[Предмет: Набор щупов]

[Предмет: Запасная свеча]

Я не был механиком. Но я был тестировщиком. А сейчас вся реальность была моим полигоном.

Следующие два часа пролетели в странном, почти медитативном трансе. Я не чинил мотоцикл. Я исправлял баги. Я находил дефект в интерфейсе и физически устранял его в реальности. Я заменил свечу, почистил контакты, с помощью тряпки и изоленты замотал треснувший шланг. Когда я подключил найденное зарядное устройство к аккумулятору, я увидел, как в интерфейсе цифра 12% начала медленно, но верно ползти вверх.

Когда я закончил, интерфейс мотоцикла показывал:

[Состояние: Работоспособен. Уровень топлива: 50%].

Я надел найденную куртку. Она была грубой, пахла машинным маслом, но она была теплой. Я сел на мотоцикл, нашел ключ в замке зажигания.

Я был голоден, загнан в угол, за мной охотились силы, природу которых я лишь смутно понимал. Но впервые за много лет, возможно, за всю свою жизнь, я не чувствовал скуки.

Я повернул ключ. Двигатель, с хрипом и кашлем, но завелся.

У меня не было карты, но я знал, куда ехать. Прочь из города. Туда, где меньше камер, меньше людей. Меньше Админов.

Я выкатил мотоцикл из гаража и вдохнул холодный ночной воздух. Я больше не был строкой кода в чужой программе.

Я был вирусом, который только что научился писать собственный код.

Глава 5

«Выживает не самый сильный и не самый умный, а тот, кто лучше всех откликается на изменения» – Чарльз Дарвин

Город за спиной таял в предрассветной мгле, растворяясь в гудении мотора и свисте ветра в ушах. Я мчался по пустынному шоссе, вцепившись в руль мотоцикла, и пытался не думать ни о чем, кроме дороги. Но мысли лезли в голову, навязчивые и тревожные.

Я свернул с главной трассы на проселочную дорогу, петляющую между спящими дачами и черными квадратами полей. Здесь было безопаснее. Меньше глаз. Меньше систем наблюдения. Я заглушил мотор и откатил мотоцикл в кусты у обочины. Тишина, наступившая после воя двигателя, была оглушительной.

Голод напоминал о себе тупой болью в желудке. Я полез в карманы куртки с тупой надеждой и нашел смятые пятнадцать рублей и старую конфету «Взлетную». Это был пир. Пока я разворачивал обертку, мой взгляд автоматически скользнул по ней.

[ОБЪЕКТ: ОБЕРТКА КОНФЕТНАЯ. МАТЕРИАЛ: ГОФРИРОВАННАЯ БУМАГА. СРОК ГОДНОСТИ: ИСТЕК 9 МЕСЯЦЕВ НАЗАД.]

Я фыркнул. Даже в апокалипсисе меня преследовали просроченные продукты. Я все равно съел конфету. Она была липкой и отдавала старой бумагой, но сахар дал призрачное ощущение энергии.

Мне нужно было найти еду. Настоящую еду. И воду. Я вызвал интерфейс и окинул взглядом окрестности. Мир отозвался безмолвным криком данных.

[ДЕРЕВО БЕРЕЗА. ВОЗРАСТ: 27 ЛЕТ.]

[АСФАЛЬТОВОЕ ПОКРЫТИЕ. ИЗНОС: 45%.]

[МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ СТОЛБ. СОДЕРЖАНИЕ ЖЕЛЕЗА: 98%.]

Бесполезно. Я не мог съесть данные. Мне нужно было что-то, что можно было бы использовать. Я вспомнил про «Дефекты» мотоцикла. Может, у мира тоже есть список «дефектов»? Что-то, что я мог бы использовать?

Я сфокусировался на кустах, в которых прятал мотоцикл.

[КУСТАРНИК ШИПОВНИКА. СОСТОЯНИЕ: ЗДОРОВ. ПЛОДЫ: ОТСУТСТВУЮТ (НЕСЕЗОН).]

Опять мимо.

Отчаявшись, я просто пошел вдоль дороги, сканируя все подряд. И вот, на краю поля, я увидел это. Старую, ржавую водопроводную колонку. И ее интерфейс:

[ОБЪЕКТ: ВОДОРАЗБОРНАЯ КОЛОНКА. СОСТОЯНИЕ: НЕИСПРАВНА. ДЕФЕКТ: ЗАСОР ВХОДНОГО ФИЛЬТРА. ВЕРХУШКА ЗАБУТОНИРОВАНА.]

Сердце екнуло. Вода. Так близко. Я подошел и дернул за рычаг. Ничего, кроме скрипа ржавчины. Я посмотрел на «Дефект». Засор. Я мог с этим работать. Мне не нужно было разбирать ее или иметь инструменты. Мне нужно было просто… убрать засор.

Я сфокусировался на строке дефекта. Я представил себе эту грязь, этот камень, перекрывающий ток воды. Я мысленно схватил его и оттащил в сторону. Удалил. Стер.

Головная боль ударила с новой силой, заставив меня пошатнуться. Я прислонился к холодному металлу колонки, чувствуя, как кровь снова наполняет ноздри. Цена становилась все выше.

Но когда я снова дернул за рычаг, из носика с шипением хлынула мутная, ржавая вода. Через несколько секунд она потекла чище. Я подставил лицо и руки, жадно пил и умывался, смывая кровь и пот. Это была победа. Маленькая, но настоящая.

С едой было сложнее. Пока я пил, мой взгляд упал на придорожную канаву. Среди мусора я увидел пустую консервную банку. И тут меня осенило. Я не был ограничен «дефектами». Я мог изменить свойства. Любые свойства.