Артур Волковский – Удовольствие, приди! Том 1 (страница 51)
Каждый списанный долг — это пощечина его памяти.
Каждый освобожденный грешник — капля расплавленного свинца в его пустую корону.
Она повернулась к столу, где лежали отчеты.
Души, освобожденные от вечных мук. Демоны, лишенные права истязать слабых. Лед, сковавший пламя страданий.
Это было ее искупление.
Не перед адом.
Не перед небом.
Перед собой.
Перед той Азариель, которая когда-то поверила, что он может быть чем-то большим.
Она подошла к зеркалу — огромному, идеально гладкому, вмерзшему в стену.
— Ты проиграл, — прошептала она, глядя на отражение, в котором чудились черты Марбаэля. — Но я — нет.
Где-то в глубине замка завыл ветер.
Он звучал почти как чей-то смех.
Ее смех.
Той, что помнила тепло человеческих рук в кромешной тьме.
Той, что больше не боялась быть слабой.
Хотя никогда в этом не признается.
Даже себе.
Особенно — себе.
...
Василий открыл глаза.
Потолок.
Белый.
И трещиной в форме улыбающегося черепа.
— Ну конечно, — хрипло пробормотал он. — Опять ад. Как же я соскучился.
— А вот и наш герой очнулся! — раздался голос справа. — Я уже начал думать, что ты решил проспать очередной апокалипсис.
Василий медленно повернул голову. На бархатной подушке рядом восседал Борис, его пушистый черный кот с глазами, в которых читалась вся мудрость (и цинизм) вселенной.
— Борис… — Василий приподнялся на локтях. — Где мы?
— В гостях у Люциллы. Точнее, в ее "скромном" недостроенном замке. — Кот лениво облизнул лапу. — Хотя, если честно, я ожидал большего. Половина башен заброшена, гаргулий нет, даже классических стонов страдающих душ не слышно. Прямо позор для Владычицы Скорби.
Василий сел, оглядывая комнату.
Просторные покои. Высокие окна с витражами (один почему-то был заменен фанерой). Роскошная кровать с балдахином (если не считать, что одна его сторона провисала, будто ее вешал демон-недоучка).
И никакой Люциллы.
— Где хозяйка?
— А кто его знает, — Борис зевнул. — Исчезла, как твои шансы на спокойную жизнь. Зато оставила нас в этом… "уютном" недострое.
Василий встал, слегка пошатываясь. Голова гудела, будто в ней провели турнир по боям на арматуре.
— Ладно, давай осмотримся.
Они вышли в коридор.
Длинный.
Очень длинный.
С десятками одинаковых дверей.
— О, классика, — пробормотал Борис. — Лабиринт. Потому что просто выпустить нас — это слишком скучно.
Василий потянул первую попавшуюся ручку.
За дверью оказался гардероб, забитый черными платьями.
— Ну хоть выбор одежды есть, — пошутил он.
— Только если ты хочешь выглядеть, как ее траурная коллекция «Весна-Скорбь», — фыркнул Борис.
Следующая дверь вела в ванную.
Огромная купель из черного мрамора.
Пустая.
— Ни воды, ни шампуня, ни даже жутких духов из слез грешников, — вздохнул кот. — Какое разочарование.
Третья дверь оказалась заперта.
Четвертая — тоже.
Пятая…
— Знаешь, мне начинает казаться, что нас водят за нос, — сказал Василий.
— О, поздравляю, ты только сейчас это понял? — Борис присел. — Я ставлю на то, что где-то здесь есть комната с надписью "Выход", которая ведет прямиком в жерло вулкана.
Василий лишь вздохнул и потянул шестую дверь.
За ней оказался…
Еще один коридор.
Тот же бесконечный ряд дверей.
Тот же узор на ковре.
Тот же легкий запах серы и строительной пыли.
— О, сюрприз, — сухо сказал Борис. — Лабиринт внутри лабиринта. Как оригинально.
Василий почесал затылок.
— Ладно, план такой: идем прямо, не открываем больше дверей, ищем лестницу вниз.
— А если лестница окажется иллюзией?
— Тогда придётся ломать стены.