Артур Матвеев – Пангея. Конец недели (страница 6)

Всех, кто выжил, поставили на колени в ряд недалёко от их единственного шанса на спасение, который теперь превратился в груду бесполезного металла. Руки пленников затянули в хомуты. Дождь заливал всех вокруг; Борман сидел во главе линии, упёршись спиной в тлевшее колесо «Урала», – он не мог встать на колени, с бедра рекой текла кровь, а сам он был бел как день. Бедренная артерия была разрезана осколком. Валера понимал, что, если срочно ничего не предпринять, Борман очень скоро присоединится к Белуге. Лис стоял на коленях рядом с отцом, справа от него в такой же позе дрожал Серёга. Андрей что-то шептал про себя. Семеро выживших бойцов стояли на коленях на другом конце линии.

– Какой финал истории, – громко пробасил Борис, появившись из кольца своих солдат. С уха у него всё также сочилась кровь, но он не обращал на это внимания. – Вы убили моего воспитанника, – Борис подошёл к краю линии пленных и одним выстрелом отправил крайнего бойца на тот свет. Услышав второй хлопок и падение ещё одного тела, Лис вздрогнул. Серёга что-то заскулил. На них было направлено несколько десятков автоматов, так что попытки бежать не имели ни малейшего смысла.

– Ты только так можешь разбираться со своими врагами? – прокричал Борман. – Стреляя в голову?

Борис ничего не ответил. Он продолжил свой марш смерти в сторону главного группы, пристрелив третьего бойца. Четвёртый не стал ждать и рванул с колен вперёд, тут же получив очередь в спину. Теперь он лежал лицом в асфальт, задыхаясь в собственной крови. Борис не тронул его. Андрей с ужасом смотрел на всю эту картину.

– Оставь парней! – выкрикнул Валера. – Они ни при чём!

Борис остановился. Он окинул взглядом свои трофеи, смакуя момент победы.

– Как это ни при чём? – наигранно удивился он. – Ты про сына с друзьями? Они, между прочим, вынудили моего друга свести счёты с жизнью! Виноградов Илья Васильевич – помните такого? – Борис прошёл мимо остальных солдат и схватил за подбородок Андрея, который трясся словно осиновый лист.

– П-п-помню… – еле выговорил он.

– А ты, Валера, убил многих моих друзей в Питере, тогда, у Актёра. И его в том числе, – Борис отпустил Андрея и направил на парня пистолет, отчего тот зажмурился и зарыдал. Немного выждав, Борис отвёл его в сторону ближайшего к Андрею солдата Бормана и вышиб тому мозги.

– Я не говорю за себя, – Валера старался быть спокойным, но в такой ситуации у них не было ни единого шанса. – То, что сделали они, – случайность. Их не должно было быть в том вагоне метро. Они боролись за свою жизнь, так поступил бы любой другой на их месте!

– Нечего с ним болтать! – вдруг, тяжело дыша, сказал Борман. – Он бы давно отдал приказ спустить курки своим ублюдкам! Что тебе надо, Борис?

– Ну наконец-то! – Борис злобно улыбнулся. В свете нескольких прожекторов и проливного дождя улыбка его казалась особенно ужасающей. Он убрал пистолет. – Знаешь, Алексей, что меня заставляет уважать тебя? Ты, как и мой друг Виктор, читаешь людей, их дальнейшие действия, умеешь предугадывать события… Но… Слышишь?

В воздухе сквозь барабанящий ливень отчётливо слышался шум вертолётов. Борис поднял палец вверх, обратившись к Борману. Он развёл руками и продолжил:

– Это летят два боевых Ка-52… Они посланы сюда по приказу твоих людей. Откуда я знаю? Да потому что человек, который их послал с военной базы, получив приказ от твоего секретного ведомства, тут же доложил об этом мне. И знаешь что? – шум лопастей стал громче, но затем вдруг начал удаляться. – Они пролетели не над теми координатами. Ваш человек, тот, что ворвался сюда на этом грузовике… Он послал сигнал бедствия. Из вашего штаба поступила команда поднять вертолёты, и их подняли, – Борис сделал паузу, посмотрев на небо.

– Если ты хочешь информацию, то я не смогу её дать, – перебил его Борман. – Все контакты засекречены, в других странах не знают о нас, а мы не знаем о них. Единственное, что нас объединяет…

– «Пангея»… – вдумчиво закончил за него Борис, подойдя к Борману. – Да… Ничто так не сближает людей, как страх перед общим врагом, – избитая, проверенная историей истина. Слушай, – он поцокал языком, глядя на оппонента, – а ты совсем неважно выглядишь. Уже принял тот факт, что не выживешь? Бедренная артерия – травма серьёзная… Но мне не нужна информация, нет. Единственной нашей целью было избавиться от вашего ведомства. И мы это сделали. Ты умираешь, Алексей. Но я могу предоставить тебе шанс помочь другим. Все зависит от… – он повернулся к Валере, – …него.

Из толпы людей Бориса появилось несколько человек с камерами и светом.

Лис замер: он смотрел на происходящее, будто бы из кресла кинотеатра; вот только ноющие колени, боль в голове и холодное дуло автомата, приставленное к затылку, периодически возвращали его в реальность. Даже Андрей с Серёгой замерли, забыв на мгновение об опасности.

– Не тяни, – сказал Борман. – Выкладывай! А то некого будет убивать.

– О, – Борис приподнял бровь, – ты, я вижу, уже догадался.

– Зато я не совсем понимаю, – крикнул Валера.

– Всё просто! Ты убьёшь его, а я отпущу твоих ребят, – пояснил Борис.

– Нет! – злобно ответил Валера.

– Выполняй! – сквозь зубы оборвал его Борман. – Даже не смей отказываться! Я уже мёртв.

– Я не стану!

– Тогда умрут все, – спокойно сказал Борис.

Валера посмотрел на сына. Лис вытер лицо о плечо; он не знал, что сказать отцу. Серёга с Андреем, кажется, приободрились, но в то же время оценили плату за их жизни. Валера перевёл взгляд на Бормана: вокруг его друга на мокром асфальте разлилось целое озеро крови, осколок стекла торчал из бедра, сам Борман еле держался в сознании. Валера кивнул.

– Отлично! – заключил Борис. – Развяжите его.

Через полминуты Валера стоял неподалёку от Бормана. Свет сквозь капли дождя был направлен на жертву, камеры записывали происходящее. Борис протянул Валере пистолет, но затем остановился и подтянул оружие к себе:

– Не вздумай что-нибудь исполнить, – он кивнул в сторону пленных. – Твои парни умрут быстрее, чем ты спустишь курок.

Все, кто остался на коленях, ощутили холод металла, плотно приставленного к их затылкам.

Борис отдал пистолет Валере. Он немного поколебался.

– Бойцы! – сказал вдруг Борман, тяжело дыша. – Если хотите спасти свои жизни, делайте, что он говорит. Я умираю за вас! Постарайтесь сделать так, чтобы моя жизнь не была отдана впустую! Для меня было честью работать с вами! Валера, – он поднял голову на своего друга, – на твоём месте я поступил бы так же. Сохрани жизнь ребятам, у них ещё всё впереди!

Борман посмотрел на Серёгу, Андрея и Лиса. У всех троих по щекам стекали слёзы вперемешку с каплями дождя. Внутри всё сжималось, в глубине души каждого кричали молитвы о том, чтобы прекратить всё это, но реальность была суровой и жестокой. Борман слегка улыбнулся ребятам, а затем посмотрел на Валеру:

– Я передам привет Марине! Скажу ей, что ты ещё не скоро к ней придёшь!

Валера не смог сдержать слезу. Он поджал губы и, кивнув, навёл пистолет на пленника.

– Прощай, дружище!

Одиночный выстрел пронзил воздух, наполненный шумом дождя. Пуля ударила Бормана точно под сердце. На секунду Алексей замер, а затем медленно завалился набок.

– Снято! – сказал один из людей с камерой.

Борис кивнул головой, выстрел рядом с ухом оглушил Лиса и заставил зажмуриться. Когда он открыл глаза, то ужаснулся: оставшиеся двое бойцов Бормана лежали с простреленными головами. Валера дёрнулся в сторону Бориса и навёл на него пистолет.

– ТЫ ОБЕЩАЛ СОХРАНИТЬ ИМ ЖИЗНЬ! – проревел он.

За спинами стоявшей на коленях троицы щёлкнули затворы. Борис медленно поднял палец вверх:

– Речь шла о твоих пацанах, – он указал на друзей. – Как видишь, они живы. Но это легко исправить. Ты же не думал, что после такой речи бойцы присягнут мне на верность? Конечно же, нет. А крысы в моей организации не нужны – мы от них избавляемся, причём весьма эффективно. Спустишь курок – умрут и эти трое. А патрон, что сейчас в твоём стволе, не выстрелит. И чего ты добьёшься? Скажи мне…

Валера помедлил, а затем бросил пистолет на асфальт.

– Вот и славно… Пригоните им машину! – скомандовал Борис. – Парней освободить.

Лис почувствовал, как кто-то сзади срезал хомут с его рук. Он поднялся с колен. Борис обратился к пленникам:

– Я держу своё слово и дарую вам право на жизнь сегодня! Запомните этот день. Если вы расскажете хоть кому-то о случившемся, я быстро лишу вас этого права. Валера, к тебе это не относится. В твоём случае ещё не всё потеряно. Я ценю такие таланты, поэтому предлагаю тебе вернуться на нашу сторону. Ты ведь уже был здесь когда-то, не так ли? Твой мост ещё не сожжён.

Чёрный мерседес подъехал к линии из убитых людей Бормана. Водитель покинул автомобиль, оставив в нём ключи. Борис продолжил:

– Выбирать тебе, Валера. Можешь уехать с ними, но тогда за тобой начнётся охота, как за особо опасным преступником. По всему миру… Примкнёшь ко мне – вскоре сможешь видеться со своим сыном.

Валера посмотрел на Лиса, который вместе с Андреем и Серёгой в полной растерянности стояли возле машины. Затем он повернулся к Борису и, плюнув тому под ноги, направился к машине.

Чёрный мерседес взревел мотором и с дрифтом сорвался с места прочь от злополучных складских помещений.