Артур Матвеев – Пангея. Конец недели (страница 5)
– Уходим в здание! – крикнул Валера, меняя обойму.
На площадке разразилось настоящее сражение. Пули пронзали воздух чаще, чем капли дождя; Борман прострелил несколько прожекторов, его идею поняли подчинённые, и спустя полминуты светлая площадка окунулась в темноту. Уцелела всего пара ламп, до которых невозможно было дотянуться из-за укрытия. В этот момент одного из солдат Бормана убил точный выстрел снайпера, сменившего позицию за время перестрелки. Тем временем тиски Бориса потихоньку сжимались.
– Надо бежать! – крикнул Лис, увернувшись от обломка плитки, отлетевшего от стены склада.
Серёга и Андрей сидели как вкопанные. Они обхватили головы и поджали колени. Лис подполз к Андрею и растормошил его.
– Андрюха! Приди в себя!
– Я не хочу помирать! Только не сегодня, мне завтра надо сдать статью! – Серёгу охватила истерика.
Лис сам испытывал ужас от происходящего: они уже бывали в передрягах в Питере и в Москве, но никогда не были на войне. А то, что происходило сейчас на территории складов, было настоящим полевым сражением. Лис то и дело поглядывал на отца. Остатки группы Бормана пока что справлялись с поставленной задачей. Но патроны не бесконечны, а людей Бориса было больше в разы.
– Марк, Жора! – крикнул Борман двум своим людям. – Обеспечьте прикрытие! Уходим в здание!
В этот момент послышался свист шин по мокрому асфальту и рёв дизеля. Сквозь кольцо противника, превращая в месиво всех на своём пути, в сторону вентиляционных блоков мчался бронированный грузовик «Урал».
Неделей ранее. Белуга и Валера
– Я скоро встречусь с сыном; ты знаешь, что хочет Борман. Идея хорошая, я согласен, но ты же меня знаешь, – Валера поднял стопку и, стукнув о Белугину, выпил до дна, – я не работаю без запасных вариантов.
– Я на контроле у твоего Бормана, ты же знаешь! От меня-то чего хочешь?
– Ты не будешь участвовать в захвате – тебя наверняка позовут, но ты откажись. Вместо этого найди пару проверенных ребят, кто не в основном составе группы, и, как только появится информация о месте, возьми хороший транспорт и поезжай туда. Борману об этом ни слова. Надо перестраховаться, мало ли кто может сливать информацию.
Бар на Садовом кольце был полупустым, играла приятная музыка, а в полумраке заведения то тут, то там слышался женский смех. Белуга улыбнулся во все тридцать два – он восстановил зубы спустя месяц после того, как его пытал Блондин, и сейчас время от времени пользовался своей внешностью для съёма молодых девиц.
– Ты как всегда, Валер. Любишь перебздеть…
– Благодаря этому мы с тобой до сих пор живы.
– Что верно, то верно, гм, – Белуга сморщился, опустошив свою рюмку. – Ну, возьму я ребят, встану неподалёку, и?
– Я отзвоню тебе два раза: первый – когда мы возьмём Виктора, второй – как только мы их упакуем и выдвинемся на базу. Чую: не всё может пройти гладко. Если второй звонок не пройдёт в течение часа, выжди ещё десять минут и поезжай к нам.
– А если я приеду, а вы там решили пузырь взорвать за успешную операцию, сам будешь Борману объяснять?
– Как-нибудь разберусь с ним, ты же меня знаешь.
– Ну, как скажешь, – Белуга подозвал симпатичную официантку с пышными формами и, бросив пару дежурных фраз, не увенчавшихся успехом, грустно заказал ещё по одной.
Четверг. 01:20
Белуга сидел за рулём бронированного «Урала» и нервно барабанил пальцами по рычагу переключения передач. Валера звонил пятьдесят минут назад. Он выехал на место чуть позже группы Бормана вместе с тремя хорошими бойцами: один сидел рядом с ним, двое остались в фургоне грузовика. Поставив грузовик в паре километров севернее складов в тени пролеска, он рассказал о плане Валеры бойцам и принялся ждать. Время истекало. Он нервно поглядывал на часы. Наконец, стрелка перевалила за полвторого, дождь барабанил по крыше. Где-то вдалеке послышался грохот.
– Что там? Гром? Скоро зальёт… – сказал напарник, сидевший справа.
– На гром не похоже, – Белуга взял бинокль и направил его в сторону складских помещений на той стороне поля, чувствуя, как адреналин растекается по жилам. – Блядь!
Он заколотил по окошку кузова, стекло отъехало в сторону, и в отверстии показался второй напарник.
– Готовьтесь к бою, мужики! – Белуга завёл машину и снял с предохранителя пистолет.
«Урал» выскочил на асфальт и помчался в сторону складов. Белуга на ходу достал спутниковый телефон и позвонил в штаб.
– Срочно! Поднимайте вертушки! – кричал он в трубку. – Группа Речникова под огнём!
– Что… ите? … Кто… ется? – слова были слышны с помехами.
– На объекте бой! – кричал Белуга, переключая передачу. – Просим помощи! Срочно!
Связь пропала окончательно – оставалось только надеяться, что послание услышали.
Напарник нервно посмотрел на водителя:
– Глушат сигнал?
– Каску надень, – нервно ответил Белуга.
«Урал» уже мчался вдоль забора, когда первая пуля врезалась в стекло и оставила на нём вмятину.
– Твою налево! – выругался Белуга.
Он поддал газу и снёс шлагбаум. То, что он увидел на подъезде к складу №4, заставило его сглотнуть. Противников было больше сотни. Те, кто заметил грузовик, разбегались в стороны и барабанной дробью посыпали по транспорту градом выстрелов. Часть людей вела непрерывный огонь по складу, потихоньку сужая оцепление. Из-за двух вентиляционных блоков кто-то стрелял в ответ, а колонна Бормана превратилась в груду догорающего металла.
– Готовь дымовые, – приказал Белуга напарнику.
Пробив два горевших фургона, «Урал» намотал на колёса пару солдат противника и с рёвом и свистом шин пробил оцепление. Белуга выкрутил руль и дал по тормозам. Тяжёлая махина завизжала на мокром асфальте и, развернувшись на сто восемьдесят, остановилась между вентиляционными блоками. В тот же момент из окна в разные стороны полетело несколько дымовых гранат.
– В МАШИНУ! – закричал Валера. – БЕГОМ-БЕГОМ-БЕГОМ!
Снайпер успел сделать ещё один выстрел до того, как всё вокруг грузовика погрузилось в густой дым. За вторым блоком ещё один боец упал на асфальт, брызжа кровью из шейной артерии.
Мужики схватили за шкирку Серёгу и Андрея и, вслепую стреляя по флангам, потащили их в грузовик. Лис самостоятельно поднялся на ноги и тоже рванул к машине. Из кузова выскочили ещё двое ребят и, укрываясь за большими колёсами, обеспечили прикрытие с фронта. Валера и Борман замыкали группу, волоча за собой раненного в шею бойца. Забравшись внутрь, Валера постучал по борту, и прикрывавшие их солдаты запрыгнули следом. Белуга нажал на газ. Грузовик с рёвом выскочил из-за дымовой завесы и во все свои лошади устремился к выезду, осыпаемый градом пуль.
Андрей широко раскрытыми глазами смотрел на раненого бойца: из его шеи короткими фонтанчиками била кровь, он жадно глотал воздух, в то время как двое мужиков пытались зажать его рану. Дверь фургона защищала их от пуль, но это ни на каплю не успокоило парней. Серёга руками вжался в сиденье, глядя на попытки подстреленного солдата ухватиться за жизнь.
Борис яростным взглядом провожал взявшийся из ниоткуда «Урал». Он поднёс ко рту рацию и сказал:
– Живые на въезде есть? Не дайте машине выехать за территорию!
Белуга открыл форточку в кузов. Валера показался в проёме.
– Вы как там? – спросил Белуга.
– Ты нам жизнь спас, – ответил Валера.
– Это всё ты со своей чуйкой! Остальные, я так понял, в машинах догорают?
– Да.
– Блядские выродки, – тихо сказал Белуга, опустив глаза.
– СТИНГЕР! – вдруг закричал Валера, указав вперёд.
Белуга поднял взгляд на дорогу и успел только вывернуть руль: впереди прямо по курсу стояло два человека с установками на плечах. Одна за другой в грузовик устремились ракеты. Первая пролетела в сантиметрах от крыши кабины, устремившись в небо, вторая ударила в переднее колесо. Внутри фургона все подлетели на воздух; многотонная машина оторвалась задними колёсами от асфальта и, перевалившись через раскуроченный угол, с грохотом рухнула на крышу, продолжая ещё нестись в сторону разбитого шлагбаума. Фургон сорвало с рамы, и он, кружась на крыше, прополз ещё сотню метров, и, на мгновение замерев на грани, со скрежетом рухнул на бок…
Лис открыл глаза: внутри всё было в дыму. Плечо разрывалось от боли, но это было пустяком по сравнению с дикими звоном и болью в голове. Он закашлялся и попытался встать, но его кто-то схватил. Отец держал его за голову и что-то кричал, но Лис слышал только гулкие отголоски. Лицо Валеры было залито кровью. Он посмотрел вокруг: несколько человек лежало без сознания, в том числе и его друзья. Валера затормошил его, отчего плечо отдалось ещё большей болью.
– Сын! Ты как? – испуганно кричал Валера, но Лис не реагировал. Взглянув на его плечо, Валера сразу распознал вывих. Он усадил того на колени и, дёрнув руку, вправил сустав на место. Лис закричал, но сам этого не услышал, однако боль в плече поутихла. Он посмотрел на Бормана: у старшего группы из бедра торчал осколок стекла. Валера попытался было вытащить его, но Борман отрицательно помотал головой. Спустя полминуты, сорвавшись с петель от заложенной взрывчатки, дверь в кузов со скрежетом упала на бетон. Лис лишь успел заметить, как внутрь влетел какой-то предмет, а затем яркая вспышка ослепила его и всех, кто находился в сознании. Лиса кто-то схватил под руки и вышвырнул на улицу. Когда зрение начало возвращаться, он уже стоял на коленях в стороне от грузовика. Он пригляделся и увидел, что кабина лежала в паре десятков метров от фургона. Оторвавшись от кузова, она ещё несколько раз перевернулась и теперь лежала на боку, вся искорёженная, словно лист бумаги. Переднего колеса не было, рычаг отлетел в сторону, дверь изогнулась наружу подобно лепестку, переднее стекло отсутствовало, а из узкого проёма между смятой крышей и капотом, наполовину высунувшись, висел Белуга. С головы на асфальт капала кровь, лицо было обожжено – одного взгляда было достаточно, чтобы понять: напарник Валеры мёртв.