Artur Greeg – Кифты цикл Минойцы книга 1 (страница 9)
Ну что мелочиться-то? Надо тогда и шлем делать путевый. Отрисовав разные типы средневековых шлемов, понял, что тут мы их точно не сделаем и весить они будут, как хрен знает что. Порисовав еще немного, пришел к выводу, что тут можно точно попробовать вид раннего «каркасного шлема» с защитой лица или, как ее называли, «личиной». Для его изготовления отстучать четыре пластины и потом скрепить их клепками – не есть большая проблема. В качестве бармицы использовать клееную ткань для облегчения веса, за неимением тут пока еще кольчуги. Самое сложное – это будет выковать личину для защиты лица.
Лук делать я начну не раньше чем через месяц, и то еще надо будет найти еще одно дерево, а попробовать я хотел найти дикую маслину за ее вязкость – ее сложно сломать. В общем, предстояло много экспериментов, и не все они будут удачными. Наверняка что-то, как обычно, сломается или отклеится, да и долго все это будет. Пока надо будет лабрис хотя бы сделать и меч с кинжалом. Местные тут делают длинные пыряла из бронзы
На следующий день я пошел на охоту с Кикеру. Нас пошло больше двадцати человек. Опять ловили кроликов. Как выяснилось, от них страдают посевы, поэтому вождь распорядился
более активно на них охотиться. Мой дротик мало подходил для такого типа охоты, лучше всего получалось у тех, кто охотился с местным охотничьим луком и имел немалый навык стрельбы из него. Как итог, к обеду я имел всего десять тушек, у других результаты были немногим лучше. Охотились мы сегодня до пяти вечера по моим часам и обошли территорию раза в четыре больше, чем обычно. Обратно пришлось идти еще часа полтора, и во дворец мы вернулись уже часов в восемь. Я просто обессиленный упал на топчан в комнате и сразу заснул.
Последующие дни я тоже ходил с Кикеру, и нас уже набиралось до тридцати человек. Аналогично проходили огромные расстояния и охотились практически до вечера. Я очень уставал и практически сразу ложился спать.
Наконец я снова вернулся в кузницы и подошел к Капари:
–
Ka-pa-ri, wo-ke-no me-ta, pu-ka-te-ri-ja e-ke-e e-ne-ka? te-u-ke-a de-mi-jo te-re-ja-e wa-ka. (
)
–
Ku-ri-lo,
e-e,
e-ke-si. (
)
Оставшись после работы, принес грамм четыреста бронзы и сплавил ее в один слиток. Мне необходимо было изготовить форму для отливки лабриса, но своей формы. То, что я рисовал у себя в комнате, больше походило на небольшой обоюдоострый колун. Все следующие дни я выполнял работы как углежог и вечером колдовал с формой для отливки. Что-то более-менее подходящее у меня получилось только на пятый день. Для этой секиры я заготовил хорошо высушенную ветку акации и обил ту около топорища пластиной из бронзы для большей прочности.
Тесты я проводил тоже вечером, но ничего толкового из отлитого топора у меня не получалось. Он был слишком мягкий и тупился об удар по бронзовой пластине примерно в один миллиметр. В конечном итоге лопнула деревянная рукоятка, которая не выдержала моих издевательств над ней. На рукоять нужно было другое дерево, по крайней мере для боевого топора.
Черт, я же помнил, что бронзу старили и она становилась более твердой чуть ли не в несколько раз. В очередной раз проковав топорище, принялся за эксперименты с искусственным старением бронзы. Первый блин комом, как говорится, и мой лабрис после старения разлетелся на две части после первого же удара по бронзовой пластине. Надо было делать не лабрис, а томагавк с шипом.
Все началось заново: добавление веса до полукило, новые формы, и через пять дней я снова держал в руках уже не лабрис, а бронзовый томагавк. Деревяшку из дикой оливы на рукоять мне принес Кикеру, за что ему огромная благодарность. От него же я узнал, где растет нужное мне дерево, и планировал сходить туда напилить веток, когда все будут отдыхать.
Второй эксперимент прошел уже более удачно, и шип на томагавке из состаренной бронзы уже пробивал и миллиметровую пластину, и полуторамиллиметровую. Но рукоять из акации опять треснула; надо было ждать, пока подсохнет принесенная ветка из дикой оливы. Получившийся томагавк был тупой, как фиг знает что, но запасенные мною кости для клея колол и проламывал как щепки.
После двух недель работы в кузнице я наконец начал снова ходить с Кикеру на охоту.
–
Ke-ke-ro,
i-je-re-ja
ka-pa-ro
o-u-di-wo-ko-me?
(