Artur Greeg – Бактр 2 Танцор в темноте (страница 3)
Вечером нашлись поставщики горючего камня, которые прятались от кочевников в горах и привели караван с большой партией. Поменяли уголь на инструменты и еду, деньги их не интересовали; договорились, что партия будет приходить каждые семь дней по каравану. Людей в городе заметно становилось больше, торговля оживала потихонечку.
На следующий день пришел очень крупный караван, который только охранников имел больше трех сотен. Об этом мне сообщил прибежавший мальчишка; встречать купцов не пошел, но приготовил образцы продукции, что можем продать. Купцы сами пожаловали ближе к обеду, один был явно навеселе после бактарки. С ними было чуть ли не пятьдесят охранников; встречал их в латах, во избежание, так сказать. Первый поднявшийся на третий этаж купец замер, увидев доспех из Wootz на мне, и внимательно меня осмотрел с ног до головы.
– Царь. Я купец, меня зовут Евбул. Вижу, что великая Бактрия сейчас не в лучшем виде. Я торгую на этом пути уже лет десять и повел караван, как только узнал, что кочевники ушли.
– Чем торгуешь, купец?
– Ткани и оружие. Беру и другие товары.
– Как разместились?
– Хорошо.
– Вот что я могу предложить… – выложил перед ними слиток Wootz, меч, арбалет, бумагу и мелкий камешек лазурита.
Купец взял меч, посмотрел на клинок, хмыкнул. Покрутил в руках крупный слиток Wootz, взял арбалет и болт. Бумагу согнул, понюхал и положил обратно. От лазурита глаза его разгорелись.
– Мы купим все, что есть. Царь!
– Купец, денег хватит у тебя? Одного лазурита на тридцать верблюдов.
Купец постоял, что-то посчитал и снова взял лазурит в руку и внимательно осмотрел.
– Евбул, у тебя есть вот такая ткань? – я выложил перед ним образец.
Купец взял, покрутил в руках кусочек, посмотрел на просвет.
– Да, такая есть.
– Купим всю.
– Царь! А что это за новый папирус? Или пергамент? Я никогда такого не видел.
Я взял кусок бумаги и свинцовый карандаш. Написал на одной стороне, согнул и написал на другой стороне и вернул купцу.
– Это тоже все покупаем.
– Все товары потянут на пятьдесят тысяч золотых монет, Евбул.
Купец немного крякнул, но от своего не отступил, и мы подписали с ним сделку на новом «папирусе», который я закрепил печатью на воске своим перстнем. За десять верблюдов с тканью я заплатил пятьсот золотых. Заказал у Евбула краситель для ткани цвета индиго, который обещал доставить с одним из следующих караванов. Арбалеты я дал попробовать охранникам, и те, увидев, что с пятидесяти шагов пробивает доспехи катафракта навылет, попросили продать им еще. Но, увы, купец выкупил все и сказал, что могут приезжать в следующий раз, и их точно будет больше. Почему я так легко продал арбалеты? Маркус уже подсуетился и запустил производство стальных плечей для арбалетов и был готов к запуску арбалетов мощнее в три раза с воротом. Со стальными плечами мы договорились продавать только горожанам, кто вступит в ополчение; на экспорт – только с деревянными плечами. Вот так и начала восстанавливаться торговля. В этот же день прямо рядом с главными воротами я нагнал больше тысячи строителей, большинство из которых сидело без работы, и дал задачу построить квартал из кирпичных двухэтажных коттеджей. Аналог стоял у нас во дворе, в котором жил кузнец с семьей. Этот двухэтажный дом был сделан по эскизам Маркуса и повторял типичные европейские городские дома средних веков. Ответственным за строительство назначил Маркуса. Поставщики кирпичей вернулись в город и начали понемногу производство своего самана. Топливо у нас появилось для обжига, и на следующей неделе будет новая поставка. Сюда же добавлялось брошенное на базаре топливо из навоза, которое мы уже все пережгли в уголь. Стену планировали делать в два кирпича, так что всего должно было хватить. Большинство строителей уже знали, как класть кирпич на раствор, так как строили наш замок. Основная проблема была – дерево, и я, найдя шесть повозок с волами, подрядил крестьян вырубить дерево в ближайшем лесу, который был примерно в двадцати километрах. Для работы пришлось выдавать всем топоры в виде аванса.
Дела у Маркуса на производстве бумаги шли неплохо. Вместо создания кучи дорогих прессов этот ушлый человек притащил каменные плиты с развалин, у мастеров по дереву заказал формы под листы из дерева с канавками для отвода влаги, и под плиту импровизированного пресса таких форм помещалось сразу три, а то и четыре штуки. За день с одного чана получали до тридцати листов. Отформованные и подсохшие листы просто сушили на солнце, а ненужное отсекали ножом по форме. На бумагу это пока мало походило, скорее на тонкий картон, но это было сильно лучше папируса, имевшего тут хождение. Увеличение количества производимой бумаги пока упиралось только в количество форм и отсутствие древесины для форм в нужном количестве.
Утро началось с резкого хлопка где-то в печах. Хлопнуло пару тигелей, видимо, попала какая-то добавка, которая и разорвала тигель. Главное, никто из рабочих не пострадал. Руда у нас начала подходить к концу, и в переплавку шел различный измельченный металлолом. Металлолом с города все так же привозили, и горы его только росли. Бактра город был, мягко скажем, не маленький, и жило тут минимум шестьдесят тысяч, а с временными жителями и все сто тысяч, поэтому металла тут еще на пару месяцев точно хватит. Косма тоже взялся за работу, и уже делались несколько горнов, а он бродил по двору и отбирал металл для стволов получше. Замки для оружия он тоже заказал, о чем и сообщил при встрече.
Отток людей из города тоже имел место быть, и с караваном уходила часть ремесленников, у которых мы выкупили мастерские. Сейчас по сути формировалось ядро будущей промышленной корпорации Бактра. В обед меня снова позвали к главным воротам, прибыли делегации из Александрии Эсхаты, Александрии Кавказской, Александрии Арахозии. Это были просто люди, оставшиеся после нашествия, которые хотели узнать: что дальше-то? Я просто предложил собрать оставшихся людей и переселиться в Бактрию. Тут хотя бы стены мы чиним и совместно возможно сможем отбиться, если снова заявятся кочевники. Сил для защиты этих, не маленьких, мягко скажем, городов на сегодня у меня не было, о чем я честно и поведал им. По словам прибывших людей, в этих трех городах осталось от двух до пяти тысяч, остальные или были угнаны в рабство, или убиты при нашествии. К вечеру прибыла еще одна делегация из города-крепости Антиохии-Заяксартской. У них в городе осталось вообще пятьсот человек, и все близлежащие земли были разорены. Я ходил и показывал им работы, которые проводятся в городе, все это строительство и прочее. Наконец-то мастера по дереву нашли подходящее дерево для восстановления центральных ворот и во время моего показа тесали доски. Вернулся я ближе к восьми вечера весь уставший от бесчисленных этих переговоров. Меня ждал Маркус для разговора.
– Аундрей, что ты думаешь по поводу армии?
– Маркус, я пока ничего не думаю. Нужно сначала стены хотя бы восстановить.
– У меня появились некие соображения, Аундрей. В мое время только появился новый вид войск. Мы называли их рейтары. Это всадники в полудоспехе, вооруженные обычно двумя или четырьмя пистолетами, которые расстреливали пехоту, используя приемы караколь и улитку. Я предлагаю создать и тут такой вид войск. Вооружить их рапирой, как ты называешь свой меч, пистолетами и использовать верблюдов вместо лошадей. Еще можно копье использовать римское – вот это.
Он положил передо мной свои зарисовки оружия, доспехов и техник. Я их внимательно осмотрел.
– Маркус, идея безусловно здравая. Но римское копье, он же пилум – это метательное оружие. Второе, доспех можно максимально упростить; я тут начал закупки крепкой ткани. Из нее можно сшить чехол для металлических пластин спереди и сзади и чехол для стальных наплечников или вообще без них. Этот вид брони из моего времени называется словом «plate carrier», в переводе с английского – носитель пластин или держатель пластин.
Я взял лист бумаги и изобразил ему, как устроен обычный типовой «лифчик» для брони из 2026 года. Маркус очень задумчиво принялся все это изучать.
– Тут можно еще сделать отсеки для пластин сбоку и для пластины, которая прикрывает паховую область. А теперь подумай, что дешевле: ковать пластины или латный доспех?
– Аундрей, это же гениально. В мое время существовало что-то похожее, мы называли это бригантиной, но очень сильно устарело.
– Я тебе уже показывал, что нужны валы для прокатки металла. Тогда мы сможем получать более-менее одинаковые металлические пластины, прокатывая их между валами.
– Я займусь, Аундрей. Ты меня сегодня снова поразил своими предложениями.
Потом я просто пошел спать, так как за день вымотался весь.
Сто сорок первый день моего пребывания в этом времени или мире начался со встречи с вернувшимися двумя поставщиками руды. Как выяснилось, от кочевников они тоже скрывались в горах, и руды у них скопилось великое множество, поскольку рудники так и продолжали работать с максимальной осторожностью. Они узнали от местных крестьян, сбывающих в городе продукты, что какая-то жизнь в Бактре еще остается, и, навьючив всех верблюдов, привезли руду на продажу. Я просто за золото выкупил у них всю руду с сорока трех верблюдов, и мы условились о поставках каждые семь дней. Восстанавливать город оказалось полным адом. Я то и дело набирал людей на разбор разрушенных и сожженных домов, а то и целых кварталов. Люди тоже побежали из города, так как не видели тут перспектив; снова пошли караваны в обе стороны, и базар начал оживать понемногу. На месте разбираемых кварталов я планировал возводить дома по чертежам Маркуса в средневековом стиле. Но для всего требовались рабочие руки и просто прорва ресурсов. Строить из местного самана я просто запретил, мне хотелось видеть город из более крепких материалов, а не очередной горный аул. Поэтому на месте снесенных кварталов сразу начинали обжигать кирпич и складировать его там же. Рабочие в основном занимались разбором и сносом старых построек, пострадавших при нашествии. Основную массу людей я переселил в «богатый район» около цитадели, разделяя каждую виллу на четыре семьи. Маркус пока смотрел за возведением нового района около центральных ворот, где я делал «караван-сарай кластер» с отдельными домами-номерами. Тут же строилась и большая харчевня, и я оставил место для десятка небольших, которые будут принадлежать частникам. В строящейся харчевне мы совместно с Дзерассой составляли пару дней типовое меню из местных продуктов. Получились лепешки, похлебки, шашлык, рыба жареная, рыба вареная, что-то похожее на десерт из фиников и местной груши и прочие такие незамысловатые блюда. Тут же я планировал разместить и бар, в котором продавать крепкие напитки. Дзерассой было заказано еще четыре перегонных куба из той медной посуды, что была собрана с города, и они ждали своего часа. Сырья все равно не было, и брагу по сути гнать было не из чего. Сезон на местные груши прошел, мед караваны не привозили, вина с базара все утащили кочевники. Если в качестве сырья использовать зерновые, то есть будет вообще нечего.