Артур Гедеон – Дух огненных озер (страница 13)

Три фонаря жадно выхватывали у темноты ее сокровища. Перед ними открылось новое подземное пространство, совсем не походившее на предыдущее. Три старателя осторожно переступили порог.

– Сейчас попадем в заколдованное царство, – прошептала Кассандра.

– Не исключено, – откликнулся Крымов.

Фонари жадно прожигали пространство.

– Берите телефоны и снимайте, – распорядился Антон Антонович.

– Не учите ученых, – весело заметил Крымов. – Разберемся как-нибудь. В отличие от вас, мы пыли не наглотались.

В ответ он услышал только тихое рычание старого компаньона. Просторная комната походила то ли на зал ожидания, то ли на курительную для солидной компании. Помпезные кожаные кресла в стиле модерн с круглыми подлокотниками стояли вдоль стен, под стать им – кожаный диван с потрескавшейся обивкой. Длинный низкий резной стол с бронзовой пепельницей и фигурой вольготно лежащего льва. В пепельнице имелись окурки двух сигар и нескольких сигарет. У дальней стены возвышался чрезмерно громоздкий высокий буфет с десятком створок, розетками, маскаронами и прочими резными накладками. Но интереснее всего было навершие буфета в форме герба в дубовых листьях.

Все это Крымов и Кассандра тщательно снимали на телефоны. Слева была одна дверь, справа – другая: обе так и звали к себе. Крымов выбрал правую и двинулся в ту сторону.

– Осторожно, Андрей, – попросила Кассандра.

– Ага, – отозвался он. Открыл дверь простым нажатием руки на медную ручку, посветил фонарем. – Это умывальня и клозет. Что ж, в такой комнате и без клозета? Никак.

Антон Антонович к этому времени уже подкрался к буфету в дальнем левом углу и стал дергать ручки. Центральные створки поддались быстро.

– Ого, – открыв и посветив внутрь, сказал он.

– Что? – подходя, спросила Кассандра.

– Графинчики и бутылочки, – констатировал Долгополов. – Стаканчики и бокальчики, рюмочки и стопочки. Все для приятного времяпрепровождения в такой вот комнате в кругу единомышленников за беседой и сигарой.

– Хотите приложиться? – тоже подходя, спросил Крымов.

– С ума сошли? Вампирское подземелье. Может, это кровь младенцев?

– Или девственниц? – спросил Андрей.

– Или девственниц, кстати, – очень серьезно подтвердил Антон Антонович.

– И как она сто лет простояла? – скептически поинтересовалась Кассандра. – Эта кровь?

– Вы правы, девушка, – Долгополов положил фонарь на буфет и сказал: – Светите, – встал на цыпочки и полез за квадратным ребристым графином, полным на две трети. – Ну-ка, ну-ка, чего у нас тут? – В лучах двух фонарей он подергал, а потом с силой крутанул массивную крышку, вывинтил и вытащил ее. И немного подумав, осторожно приложился носом к горлышку. – А! Так и думал: коньяк! И ведь не выдохся!

– Армянский, пять звездочек? – пошутил Крымов.

– Нет, французский, – как ни в чем не бывало ответил бодрый старик, он же опытный винодел. – «Курвуазье». Любимый коньяк Наполеона Бонапарта. Думаю, это букет 1900 года.

– Откуда вы это знаете?

– Я слышу в вашем голосе скепсис. Поживите с мое, товарищ Крымов, и тоже будете разбираться во многом.

Бодрый старик нежно покачал в руках графин, чуть взбалтывая напиток.

– Может, не надо? – спросил Андрей.

– Надо, Крымов, надо. На мизинчик.

Он наклонил графин и обмакнул палец в темный напиток. Затем лизнул его и стал глубокомысленно причмокивать.

– Да, я угадал, «Курвуазье», 1900 год.

– Издеваетесь?

– Дитя! Сбор, если не ошибаюсь, 1870 года.

– И ведь никак не проверишь, Касси, – заметил детектив. – А зная, как наш глубокоуважаемый Антон Антонович умеет обводить вокруг пальца доверчивых людей, скажу…

– Вам нечего сказать, дорогой мой, – прервал его тираду Долгополов. – Все равно попадете пальцем в небо.

– А вдруг там цианид?

– Не думаю, – бодрый старик поставил графин, – миндалем не пахнет.

Он взял одну из рюмок, вытянул из кармана носовой платок и тщательно протер ее. И только потом налил полрюмки.

– Антон Антонович, – заботливо пробормотала Кассандра. – Может, правда не надо, а?

– Надо, девушка, надо, – ответил Долгополов, высокопарно сказал: – За минувшие века! – сделал глоток, а следом и опрокинул рюмку. – А-а! – счастливо выдохнул он. – Хорош, крепок, душист! У этих вампиров был отличный вкус, милостивые дамы и государи. Превосходный напиток! Молодцы французики. Хотите? – предложил он Крымову.

– Это вы живете вечность, – ответил Крымов. – Я могу и не сдюжить.

– А вы, Касси?

– Ага, щас.

– Ну как хотите. – Главный эпидемиолог закупорил графин, вернул его на место и закрыл створки буфета. – На обратном пути возьмем с собой. И возможно, не только этот. А теперь к заветным дверям, – кивнул он влево. – Я уверен, за ними скрывается все то, ради чего мы здесь. Сколько у вас осталось взрывчатки, вы сказали? Ну так, напомните на всякий случай?

– Осталось еще две.

– Пойдет.

Но взрывать ничего не пришлось – сыщик Крымов обошелся отмычками. Они открыли высокую дверь с застекленным витражным верхом и направили лучи фонарей вперед. Перед ними был длинный коридор, увешанный картинами, в конце коридора виднелась еще одна роскошная дверь с витражом.

– Когда подумаю, что Кучерём проникал через эти стены, жутко становится, – прошептала Кассандра.

– Как нож сквозь масло проходил, ветерком пролетал, – подхватил Крымов. – И двери ему были не нужны. Ну что, пошли?

– Разумеется, – уверенно кивнул Антон Антонович. – А то вы до ночи будете языками чесать.

– Что, коньячок действует? – усмехнулся Андрей.

– Греет, – сказал бодрый старик.

Они двинулись по коридору

– Какое счастье, что он лежит в психушке и себя не помнит, – сказала Кассандра, разглядывая картины, на которые падал свет ее фонаря.

– Да, лежит, прикованный к койке и без яиц, – зло и весело усмехнулся Долгополов. – Простите за грубость, Касси.

– Да нет, Антон Антонович, сейчас она как раз кстати. Как бальзам на душу.

По пути они обозревали живописные полотна. Тут были и пасторали на итальянский и французский манер, и батальные сцены, и сцены из жизни богов Олимпа. Одним словом, ничего особенного. Жанровая эклектика купеческого особняка.

Двери в конце коридора были открыты теми же отмычками за две минуты, и они вошли в холл еще с тремя запертыми дверями. Свет фонарей быстро доказал это.

– Где мы сейчас территориально? – спросил Крымов. И сам же ответил: – Думаю, практически под бывшим дворцом Губина. И вот эти правые двери – они ведут в те самые апартаменты, где развлекался Кучерём, средние, возможно, наверх, туда, где сейчас ничего нет, асфальт и детская площадка, а левые…

– Открывайте левые, – распорядился Долгополов. – Начнем с них.

– Ладно, – согласился Крымов.

В ход были вновь пущены отмычки, двери быстро открылись, и Антон Антонович выпалил:

– Так я и знал! Так и знал!

Прохода не было – он оказался плотно заложен кирпичом.

– Фальшьдвери? – спросил детектив.

– Нет.

– А что?