Артур Газаров – Путь к звездам (страница 5)

Мы ехали молча. Солнце, поднимаясь выше, заливало салон жёлтым, обманчиво обыденным светом. Впереди был Керченский мост, а за ним – не просто другая территория. Первый шаг по пути к разлому реальности. Первый шаг к порталу.

И у нас не было пути назад.

Глава 5

Колодец

Спустя сутки, на рассвете, когда серое, лишенное цвета небо Подмосковья только начинало теплеть от первых солнечных лучей, я привёз командира инопланетного корабля на старую дачу.

Участок был моим фамильным наследством – заброшенным, но идеально подходящим для конспирации. Небольшой, почерневший от времени дом тонул в буйных, никем не стриженных зарослях сирени, бурьяна и молодой поросли клёнов. Он был отгорожен от мира глухим двухметровым забором из профнастила, ржавеющего по швам. Соседи слева, горожане, появлялись раз в сезон на шашлык. Справа – тихие пенсионеры, поглощённые своими грядками. Напротив, за пыльной просёлочной дорогой, влачили существование два дома: в одном доживали век старики, в другом – своё незавидное существование алкоголики. Здесь царила глухая, забытая богом и риелторами провинция.

Я загнал машину в покосившиеся, скрипящие на ржавых петлях ворота и закрыл их на щеколду.

Помог Кавасиджо выбраться. Он стоял, неустойчиво опираясь на косяк, и медленно поводил головой, словно не глазами, а иным органом чувств сканируя пространство. Воздух здесь пах сырой землёй, прелыми листьями и затхлой водой из старого колодца.

– Место подходит, – наконец прозвучал в моей голове его голос, слабый, с помехами, как плохая радиосвязь. – Геомагнитный фон стабилен, техногенные помехи минимальны. Но требуются модификации.

– Какие? – Я уже внутренне вздрогнул, предчувствуя список и смету.

– Первое: энергоснабжение. Существующая линия – это ничто. Нужна отдельная, усиленная подводка, способная выдержать пиковую нагрузку в десятки киловатт.

– Электрики есть в посёлке. Скажу, что ставлю мастерскую, – пожал я плечами. – За деньги сделают.

– Вызовет вопросы?

– Только финансовые. Чем толще пачка, тем меньше вопросов.

– Примитивная, но эффективная система регуляции, – констатировал Кавасиджо. – Второе: логистика. Подъездной путь ненадёжен. Грунт просадочный. Для доставки оборудования потребуется усиление.

– Щебень, арматура, бетон. Решаемо за неделю.

– Третье и критически важное: связь. Мне необходим канал с пропускной способностью, которую ваша оптоволоконная сеть может предоставить лишь на магистральных линиях. «Диалап», как вы называете эту архаику, – неприемлем. Нужен прямой, высокоскоростной доступ.

– Заявку подам сегодня. За «ускорение» доплачу. Завтра будут монтировать, – легко согласился я.

В его мысленном поле промелькнула вспышка чего-то вроде холодного изумления.

– Доплата. Снова иррациональный стимул. Понимаю. Эффект печатного станка, – резюмировал он.

– С чувством юмора у тебя всё в порядке, Кавасиджо, – хмыкнул я. – Наш человек.

Инопланетянин не ответил на шутку. Его «взгляд» упёрся в хаотичные завалы участка: горы старого кирпича, прогнившие доски, скелет разобранной теплицы, два ржавых газовых котла, похожих на доисторических жуков.

– Это – помеха. Всё необходимо утилизировать. Расчистить площадь минимум десять на десять метров.

– Знакомый с КАМАЗом вывезет. За «десятку», – автоматически прикинул я.

– И растительность. Эти деревья, – он мысленно обозначил несколько старых яблонь и дикую грушу, – их корневые системы создают нежелательные аномалии в геопатогенной сетке. Спилить. Пни – удалить.

Мне стало искренне жаль старый сад, пахнувший в детстве антоновкой и осенним дымком. Но я кивнул.

– Последнее: вода. Давление в системе недостаточное для охлаждающего контура.

– Насос повысительный поставлю. За…

– …доплату, – закончил за меня Кавасиджо. – Удивительная планета. Логистика и физика, опосредованные универсальным растворителем – вашими денежными знаками. Приступаем. Времени у нас критически мало.

Мы начали работать работали как проклятые. На сон оставалось по четыре часа. Я стал руками и ногами Кавасиджо, Лена – нашим логистом и бухгалтером, а когда подоспел мой брат-майор в гражданском, у нас появилась ещё и жёсткая, армейская дисциплина. Он задавал минимум вопросов, а его взгляд, выполненный из стали и льда, заставлял даже самых болтливых электриков работать молча и быстро.

Цель была безумной: соорудить в глубине этого заброшенного подмосковного участка стабильный пространственно-временной портал. Не магический, а продуманное инженерное сооружение, принцип действия которого Кавасиджо объяснял на пальцах, используя аналогии с квантовой телепортацией и управляемыми червоточинами.

– Почему именно здесь? – вопросительно подняла бровь Лена, изучая чертежи, которые Кавасиджо проецировал прямо на стену сарая. – Для такой технологии нужны особые условия. Геологический разлом, аномалия гравитационного поля…

– Они здесь есть, – мысль Кавасиджо была твёрдой. – Место отмечено. Сильный узел в энергетической решётке планеты. Я чувствовал его с орбиты. Именно поэтому ваш дом так долго не продавался. Люди, лишённые сознательного восприятия, подсознательно избегают таких зон. Их организм реагирует на повышенный фон тревогой, дискомфортом.

Я вспомнил, как потенциальные покупатели, походив по участку минут пять, внезапно бледнели, торопливо прощались и больше не перезванивали. Лена потратила кучу сил на рекламу, заклеивая город жёлтыми листовками, которые кто-то тут же заклеивал своими.

– Здесь что-то было раньше, – уверенно сказал Кавасиджо. – Очень давно. Капище, менгир, точка силы – назовите, как хотите. Почва помнит.

Для черновых работ – рытья котлована на месте старого, заваленного хламом колодца и заливки фундамента особой сложной формы – мы наняли бригаду молчаливых, угрюмых азиатов. Они не задавали вопросов, работали быстро, с невероятной, отчаянной энергией, и смотрели на наши странные указания (разметка не по уровню, а по приборам Кавасиджо) с пугающей покорностью. Все наши сбережения, включая отложенные на ипотеку, превратились в бетон, арматуру, редкоземельные элементы для «фокусирующих линз» и пачки хрустящих купюр в заскорузлые руки прорабов.

И вот, спустя три недели адского труда, в центре участка стояло нечто, напоминавшее то ли бункер, то ли маленькую обсерваторию. Внутри, в бетонной чаше, мерцала сложная композиция из металлических спиралей и кристаллов, добытых Кавасиджо Бог знает откуда. Я из последних сил верил в успех, но внутри скреблись ледяные кроты сомнения: а что, если всё это – бред, а мы просто похоронили здесь кучу денег и времени?

Кавасиджо, истощённый до предела, почти прозрачный, отдал последние команды. Брат подал напряжение. Воздух над конструкцией замер, потом дрогнул. Раздался низкий, на грани инфразвука, гул, от которого задребезжали стёкла в доме. А потом в центре чаши вспыхнула не точка, а вертикальная линия света. Она была не ослепительной, а глубокой, словно щель в самой ткани реальности, и от неё потянуло ветром из ниоткуда – сухим, стерильным, пахнущим озоном и холодным металлом. Мерцающие радужные переливы бежали по её краям.

Лена и брат непроизвольно отшатнулись. У Лены вытянулось лицо.

– Ощущение, будто сейчас засосёт, как в воронку, – прошептала она.

– Кавасиджо, – я обернулся к нему, и голос мой сорвался. – Лететь без тебя… Это безрассудство. Ты нужен там, как проводник.

– Невозможно, – его мысленный голос звучал тихо, но окончательно. – Физическое состояние нестабильно. Криогенная капсула, которую ваш брат поможет мне построить, – мой единственный шанс. Рисковать нельзя. Я – носитель второй части плана. И… резервный канал связи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.