Артур Арапов – Сказки для потомков — 3 (страница 10)
– Да зачем мне чужой ребёнок? – воскликнула в ответ девушка.
– Откуда же я знаю?! – взорвался парень. – Может, ты в эту жуткую ночь, в праздник Хэллоуин, ритуалы хотела какие-нибудь ведьмовские проводить?
– Что?.. Разве я похожа на ведьму?! – закричала девушка на парня.
– Я не это хотел сказать, – до парня, конечно, дошло, что он что-то не то сморозил, но отступать он не собирался. Это бы значило выставить себя идиотом. Поэтому он сам накинулся на девушку. – В общем, вас, женщин, не поймёшь! То надо, то не надо! Я же конкретно спрашивал, что тебе подарить?! Ты ответила, что хочешь ребёночка! Ты же мне не уточнила какого именно. Правильно?.. А, кстати, если не чужого, тогда какого же ты ещё имела в виду? Своего, что ли?
– Да, своего! – на глаза девушки уже навернулись слёзы.
– Ага-а-а! – завопил парень. – Так, значит, у тебя уже и свой ребёнок имеется! А почему же ты раньше мне о нём не рассказывала? Сюрприз мне хотела на праздник сделать?
– Да ты что, совсем с ума сошёл?! – покрутила пальцем у виска девушка.
– Хорошенький сюрприз, ничего не скажешь! – не желая слушать девушку, парень взял плачущего мальчика за воротник и направился с ним к двери. – Пойдём отсюда, пацан! Нечего нам справлять праздники с такими дурами!
– Ну и убирайся! – крикнула вдогонку девушка. – Сроду таких придурков не видела!
Выйдя на улицу, парень развязал мальчика, вытащил у него изо рта кляп и протянул ему причитающиеся деньги.
– Ну как? – рассмеялся мальчик, – Убедительно я сыграл роль плачущего сопляка?
– Молоток! – похвалил его парень. – Если бы я не знал, что ты – это ты, я бы и сам поверил!..
– Честно говоря, я чуть не рассмеялся, – признался мальчик.
– Спасибо, братишка, спас меня от этой заботы! – поблагодарил парень младшего брата. – Если подружка начинает говорить о детях, пиши "пропало"! Можно было бы, конечно, и другое что-нибудь придумать, но так романтичнее! Праздник всё-таки!
ЖОРИК
Молодой человек по имени, ну, допустим, Жорик, считает себя добрым и честным. Добр он к себе и к своим поступкам, а честен со всеми окружающими.
Любому дураку всегда честно скажет, что он дурак. Любого идиота, так прямо в глаза и назовёт идиотом, без всяких там лицемерных этикетов и прочей напускной вежливости. А уж дураков и идиотов он всегда и повсюду быстро выявляет. Глаз у него на них намётан. Кто на него косо посмотрит, значит тот и есть дурак и идиот.
Например, идёт он по улице, никого не трогает, а ему какой-нибудь вредный прохожий замечание делает:
– Молодой человек, извините, но у вас штаны мокрые, а ещё ширинка расстёгнута и конец от рубашки из неё выглядывает.
Посмотрит Жорик на свои брюки.
– Ну и что? – скажет. – Вам-то какое дело? Может, сейчас так модно! И, вообще, я перед всяким дураком оправдываться не собираюсь!
А ведь и вправду, что тут плохого? Ну проявляет себя человек в меру своих индивидуальных способностей, как умеет. Что же за это, намекать, что с ним что-то не в порядке? Ну кому он, скажите, плохо делает? Нормальный добрый человек! Полноценный член общества! Стоит ли обращать внимание на какую-то там расстёгнутую ширинку и обмоченную штанину? Толерантными надо быть, господа! Толерантными!
Сядет вот так Жорик на газоне справлять при всех естественную нужду, сразу найдутся какие-нибудь бессовестные негодяи, которые захотят ему высказать, что так делать не положено! А почему это, спрашивается, не положено? Что естественно, то не безобразно! Да, собакам нельзя! Но люди ведь не собаки, и нечего, значит, людей с собаками ровнять!
– Разинули, видишь ли, рты на проявление себя как свободной личности! – справедливо возмущается Жорик. – Нельзя!.. С собакой меня сравниваете? Дебилы закомплексованные!.. А как вас ещё назвать?! Нечего тут свободного человека ущемлять! Свободе рот не заткнёшь!
И доброта в поведении Жорика тоже налицо.
Вытащит из кармана у стареньких родителей последние деньги, пойдёт в кафе-бар, купит себе чего-нибудь деликатесного, да запить ещё чего-нибудь креплёного подороже. Раздобреет и ходит по городу, добрый такой, весёлый. Тумаки малолеткам раздаёт.
– На, – смеётся, отвешивая очередной подзатыльник. – Получи! Мне не жалко, я же добрый!
Обматюкает прохожих по доброте души.
– У нас свобода слова! – кричит.
Нагадит кому-нибудь под дверь.
– Дарю от всей души! Как с барского плеча! Носите, не стаптывайте!
Иной умный человек бы спасибо ему за это сказал, а идиотам ничем не угодишь! Вредничают, ворчуны этакие, жалуются на доброго Жорика. Нехорошими словами называют, достоинство его человеческое оскорбить пытаются.
Да уж мало культурных людей осталось в мире. Только Жорик один и остался, если подумать. Но, увы, понимают это далеко не все.
Вот выйдет он на улицу в костюме Адама – чего, мол, красоту-то таить! – а ему всякая сволочь нахамить норовит.
– Молодой человек, вы поступаете некультурно! – говорят. – Не хулиганьте, пожалуйста!
– Много вы в культуре понимаете, дегенераты отсталые! – справедливо негодует Жорик. – Скажите спасибо, что я добрый, а то заявление на вас написал бы прямо сейчас за оскорбление личности! А так, из жалости – живите пока! – завтра напишу! Надо же, всякие крендели недоделанные ещё учить меня будут! Никакой толерантности проявлять не желают!
– Ну, молодой человек, как вы можете так выражаться? – спрашивают недоделанные.
– А вы чё, против свободы слова?! – удивляется Жорик. – Или против толерантности?
– Так ведь это у вас не свобода и не слово! А произвол и хамство! – пытаются унизить человеческое достоинство свободного человека всякие недалёкие крендели. – И проявлять толерантность к неадекватности, сравнимо с поощрением сумасшествия!
– Что?! – чуть не теряет дар речи от подобной наглости Жорик. – Да как вы смеете?! Да вам, бездарностям, просто не дано понять культурной ценности моих действий! Мировоззрение моё вас не устраивает?! Ну я вам покажу!.. Я вам ни какой-нибудь там совковский овощ! Я дискриминацию не потерплю! Я личность, между прочим! Личность!.. И требую к себе уважения!
И ведь прав. Человек и должен быть личностью. И каждый индивидуум имеет право отличаться от других, имеет право на своеобразное проявление, и может – и должен! – пользоваться свободой слова. А уж если кто-то не понимает такую личность, то не её это вина, а тех дураков и идиотов, что не понимают! А разве не так?
ДИТЯТЯ
Жили-были дед и баба. И вот однажды говорит дед бабе:
– Слушай, баба, а чё это у нас ни детей, ни внуков нет?
– Ну ты даёшь, дед! – усмехается баба. – Совсем сбрендил на старости лет? Раньше надо было об этом думать, а сейчас уже поздно.
– Ага, – кумекает себе под нос дед. – А чё, если нам всё-таки рискнуть? Вон счаз новые всякие технологии пошли. В каком тока возрасте не рожают! А на иных звёзд экрана глянешь, вообще диву даёшься! В любом возрасте деток заводят!
– Да ты чё! – снова усмехается баба. – Всерьёз чоль задумал?..
– Ага, – кивает дед бородатой головой. – Давай вон позвоним по этому номеру, я его с экрана списал специально. Там, говорят, какое-то искусное оплодотворение делают.
– Да они не бесплатно небось? – забеспокоилась баба.
– Ну и пусть, – отмахивается дед, как от мухи. – Мы ж на чёрный день откладывали…
– На чёрный день, это на чёрный день! – замечает баба, пальцем указательным в потолок тыкая. – Их и трогать нельзя! А то худо будет!
– Да брось уже старым приметам верить! – опять отмахивается дед. – Чай не в пещере живём, а в двадцать первом веку! Так давай людями цивилизованными будем!
– Ну, ладно, – выдохнула баба, – поступай как знаешь.
Позвонил, значит, дед в специальную фирму…
Прошло пять лет.
Кормят дед и баба своё дитятко из ложечки, поят из бутылочки. Ничего для него не жалеют. Всю пенсию на игрушки тратят, все силы отдают.
– Пущай побольше кушает, – умиляются старики. – Вырастет большим, сильным, помощником нам будет!.. Что, добавочки хочешь, сыночек?.. На-ка, кушай! А мы уж перебьёмся…
Кушает дитятко, кушает и к хорошему привыкает.
Прошло ещё лет десять.
Выросло дитятко большое-пребольшое. Сидит себе на диване, как слон, лишний раз зад поднять не хочет, чтобы на двор по нужде сходить.
– Эй, дед! – орёт. – Горшок принеси! Приспичило!
Принесёт дед горшок, потом вынесет.
– А теперь жрать хочу! – орёт дитятко. – Баба, тащи щей! Да побыстрей!