ArtTax – Я ничего не понимаю в культивации, но зато я бог (страница 17)
— Бери деньги, — практически не раздумывая, Лан остановилась на последнем варианте.
— Разве ты не хочешь, чтобы твой муж стал главой столь богатого и именитого рода?
После того, как Лан услышала данный вопрос, она лишь театрально закатила глаза и не удержалась от скептического вопроса:
— Богатого, возможно. Но «именитого»… Чжао, ты серьёзно?
— А что не так с родом Ван?
— Твой род Ван и мой род Цзы, это торговцы, — напомнила Ивану его супруга. — Ваны изготавливают шёлк. А Цзы шьют из этого шёлка одежду. С таким же успехом можно говорить и об «именитости» почтенного целителя Ху. Он в одном шаге от того, чтобы ему дали фамилию, и он стал главой своего собственного рода, который производит лекарства.
Но можно ли сравнить наши фамилия с родом Ляо? Этот род уже несколько поколений удерживает бразды правления в местном отделении торговой гильдии. Через этот род проходят почти все финансовые потоки нашего города. А в случае каких-то торговых споров, Ваны и Цзы идут на поклон к Ляо (именно этот род будет выступать третейским судьёй).
То же самое и с родом Хань. Этому роду принадлежат огромные участки плодородной земли на которой трудятся тысячи крестьян. А ещё роду Хань принадлежит большинство зданий нашего города. Без их разрешения и покровительства, тут даже свой собственный магазинчик не откроешь.
Я уж не говорю о роде Гао. Их далёкий предок основал нашу секту. Люди с этой фамилии на такой вершине, что семьи Ван и Цзы не имеют права даже мечтать породниться с ними. Мы для них всего лишь жалкие торгаши.
Поэтому Чжао, спустись на землю. Род Ван не правит этим городом, и у этого рода нет никакого влияния в секте. Максимум о чём тут можно говорить, так это о твоей бабушке по отцовской линии, которая занимает должность старшего старейшины. Но это не столь уж и значимое достижение. Тут особо нечем гордиться.
— Постой, — немного запутался Иван. — Но разве Хан и Ляо не наши родственники?
— Вот именно, — кивнула Лан. — Твой отец вынужден был породниться с Хань и Ляо, чтобы продолжить работать в нашем городе. И совершенно не важно, кто станет приемником твоего отца, твой брат Хань или брат Ляо. Обе эти фамилии имеют одинаковый вес. Поэтому кто-то из них будет вынужден молча признать своё поражение в этой борьбе.
А теперь, давай представим, что твой отец делает наследником рода Ван тебя. Что дальше?
— Полагаю, что Хань и Ляо возмутятся. Ведь получается, что я их обыграл, — догадался Иван. — У Ляо торговая гильдия и деньги. У Хань земля и магазины. Эти две семьи сговорятся и не дадут мне возможности торговать в этом городе.
— Тебе придётся либо родниться с этими фамилиями (как это сделал твой отец), либо уступить место главы рода Ван одному из своих братьев. Так есть ли смысл начинать всю эту борьбу? «Тётушка Ань-ди» дала тебе очень хороший совет. Вместо того, чтобы развязывать заранее проигранную войну со своими братьями, возьми деньги и отойди в сторону. Иначе Ляо и Хань у тебя просто всё отнимут на совершенно законных основаниях.
— Непростое это дело, торговля, — в свою очередь сокрушённо покачал головой Иван.
Собственно теперь ему стало понятно, почему в этом поместье столько «необычных женщин». У тётушки Ань-ди — обжорство. У «надменной Ляо» — отсутствие каких-либо чувств. У родной матери Чжао тоже были какие-то проблемы со здоровьем (иначе бы она не умерла при родах). В общем-то, получается, что более знатные фамилии от родства с Ванами, вроде бы и не отказывались. Но при этом они спихивали отцу Чжао «дефектных» женщин.
Исключением тут может быть лишь «мудрая Хань».
Но отец Чжао для неё школу построил, позволив ей заниматься тем, чем ей нравится. И ни о каких трёх подчинениях женщины, о которых недавно поведала Ивану Лан, тут даже речи не идёт. «Мудрая Хань» присутствует на деловых переговорах, открыто высказывает своё мнение по любому вопросу и не боится спорить со своим мужем. В общем, эту женщину Ван прельстил полной свободой и возможностью заниматься любимым делом. И почему-то Ивану кажется, что вряд ли бы «мудрая Хань» получила столько же прав в более знатной и родовитой семье (скажем у тех же «небожителей Гао»)
Впрочем, тут возникает весьма интересный вопрос, который и решил озвучить Иван:
— А что если я решу всё грубой силой и заставлю Ляо и Хань поклониться мне в ноги?
— Это будет самой большой ошибкой в твоей жизни, — ответила Лан. — За Хань и Ляо обязательно вступится наша секта. Она вообще не позволяет знатным и богатым семьям нашего города вести междоусобные войны и всячески пресекает любые кровавые конфликты.
Но наша секта ещё полбеды. Не забывай о том, что род Ляо возглавляет лишь местное отделение торговой гильдии! Сама же торговая гильдия расползлась чуть ли не по всему континенту. Как и с кем ты собираешься торговать, если столь огромная и могущественная торговая организация объявит тебе бойкот?
— Хорошо, — сдался Иван. — Ты меня убедила. Я откажусь от борьбы за место будущего главы рода Ван. Пусть мои старшие братья между собой грызутся. Но на что мы будем жить и как мне зарабатывать на жизнь?
— Чжао, ты серьёзно меня об этом спрашиваешь? — удивилась Лан.
— Хочу услышать, чего ты от меня ожидаешь, и что ты мне посоветуешь.
— Первым делом, ты благословишь мою подругу, — начала было составлять план действий Лан. — Если она достигнет уровня основы, то нам обеим не составит труда охотиться на монстров высокого ранга. Ой!!! Мамочки!!!
— Что случилось? — забеспокоился Иван.
— Я же договорилась сбежать из города вместе с ней. Она в лесу сегодня должна меня дожидаться! Чжао, ты должен мне помочь добраться до места нашей встречи!
— А твоя подруга разве не в курсе того, что ты прикована к постели? По-моему, новость о твоём прорыве на уровень основы уже всему городу известна.
— Ей не совсем рады в нашем городе. Поэтому она его посещает лишь при острой необходимости, — начала было объяснять Лан. — Вполне возможно, что…
— Госпожа, — несмело прервала Лан вошедшая в гостевой домик служанка. — К воротам нашего поместья «это» пришло. Говорит, что она ваша подруга и требует её впустить.
Слова служанки Ивана несколько смутили. Что ещё за «это»? В смысле, подругу Лан даже человеком нельзя назвать? Или тут что-то иное? Ведь пропустили же эту женщину в город. Значит, она не кровожадный монстр.
Само собой, Ивану стало весьма любопытно, с кем же Лан дружбу водит.
Впрочем, вслух свои мысли Иван не высказывал, а лишь беззаботно улыбнулся и обратился к Лан:
— Вот видишь, слухи о твоей успешной культивации дошли и до твоей нелюдимой подруги. Я её лично провожу сюда. Кстати, как её зовут? Не буду же я к ней с порога обращаться: «Эй ты, подь сюды!»
— Хули Цзы
— Кхе-кхе-кхе, — закашлялся Иван, никак не ожидавший сейчас такое услышать. — Как⁈
— Хули Цзы, — повторила Лан. — Ты её знаешь?
— Нет, — замотал головой Иван. — Просто имя несколько… Неважно. Ничего страшного, если я буду обращаться к ней просто Цзы? Кстати, она твоя родственница? Ведь у неё фамилия твоей родни.
Лан некоторое время раздумывала над ответом, а потом решительно заявила:
— Я с тобой пойду!
— Лежи. Хватит с тебя и утреннего подвига.
— Ты не понимаешь. Она никогда бы не пришла в город, если бы считала, что я в полном порядке и в безопасности. Скорее всего, она решила, что меня удерживают здесь силой. Поэтому я должна лично с ней встретиться и всё объяснить.
— То есть, она может штурмом взять наше поместье?
— Она не воин и потому ещё более опасна для тебя. Помоги мне подняться.
— Лежи! — ещё раз приказал Иван своей супруге.
И не желая больше спорить на эту тему, он решительно вышел с гостевого домика вместе со служанкой.
— Где тут врата поместья? — обратился он к этой девахе. — Точнее, которые из них? Веди.
— Это, — в свою очередь пробормотала испуганная служанка, указывая пальцем куда-то в сторону. — Господин, «оно» само пришло.
Резко повернувшись в указанном направлении, Иван увидел весьма необычную женщину в чёрном платье. Эта красотка была где-то возраста Лан. Черноволосой и чернобровой, стройной и весьма высокой.
Улыбнувшись мужику, который вёл её прямо к гостевому домику, она ласково проворковала, указывая на Ивана:
— А кто это у нас такой молоденький?
— Хозяин Чжао, — пробормотал ведущий её мужик как завороженный. При этом, наверное так оно и было. Ведь на лоб этого мужика был приклеен странный листок бумаги, исписанный непонятными иероглифами.
— Ах, — тем временем, восхищённо закатив свои глазки, черноволосая красотка начала приближаться к Ивану. — Так вот каков наш соблазнитель!
— Господин, бегите, — самоотверженно потянула Ивана за рукав служанка.
— Брысь!! — весьма резко огрызнулась на неё черноволосая красотка, и какой-то мелкий зверёк заскочил служанке под юбку.
— Мамочки, — испуганно заверещала служанка и повалилась наземь.
А черноволосая красотка уже провела своим тоненьким пальчиком по щеке Ивана, заигрывающе ему подмигнула и проворковала:
— Не обращайте внимания, дорогой Чжао. Это просто женская ревность. За такого статного мужчину просто обязана быть жёсткая конкуренция.
В следующий момент на лоб Ивана был прислюнявлен точно такой же листок бумаги, как и на лоб мужика. И… Ивану на эту бумаженцию было как-то начхать. Тяжело вздохнув, он лишь посетовал на свою нелёгкую судьбу: