Артемий Лукьяненко – Анкер (страница 24)

— Самый обычный завтрак самого обычного землянина. — с энтузиазмом заявил регент.

Я все еще медлила.

— Нам нет смысла тебе вредить. Пойми, что ты наша опора, значимый символ мировой гармонии.

— Я вовсе не думала об отраве, — пробормотала я, но как-то не слишком уверено, — То есть думала, но не всерьёз. Просто чувствую беспокойство. Вдруг те монстры, что на меня напали, вернутся?

— Исключено. Мы находимся в самом защищенном месте во вселенной! Это ведь сердце мироздания! — регент громко и непринужденно рассмеялся. На нас стали оглядываться.

Я уперлась взглядом в тарелку с кашей и взмолилась, чтобы люди перестали таращиться на нас. Я и дома была интровертом, а путешествие в иной мир окончательно истребило во мне легкость в общении.

На смех регента к нашему столику подошли те самые двое анкеров.

— Ты здесь новенькая, анкер, — сказала девчонка не то с напором, не то с насмешкой, — Мы вчера виделись, но не имели возможности поговорить.

— Да, я вас помню, — призналась я.

— Помнишь? — девушка насмешливо повела бровью. — Как это лестно, право. Я с Орта, если что. Это восьмой слой. А ты откуда?

Я даже сначала не поняла, что это насмешка. Конечно же они знали, кто я и откуда, к чему спрашивать? Раз она подчеркнула в разговоре статус своей родины, значит, хочет обозначить свое превосходство.

Внутри у меня начал разрастаться паника. Я торопливо стала пить сок, пытаясь придумать достойный ответ. Регент незаметно пожал мне руку и в голове у меня зазвучал его голос:

«Это я, Тройка. Не обижайся, Алекс. Слои имеют лишь нотариальную субординацию, в реальности восьмой слой ничем не лучше третьего».

— Я с третьего слоя, — допив сок и поставив бокал, ответила я, — Только вчера здесь оказалась, голова кругом идёт. А как давно здесь ты?

— Больше пяти лет, — девушка, прищурившись, изучала меня.

Я сглотнула. Немудрено, что девица ведет себя здесь как рыба в воде. Да она, считай, выросла в Фокусе.

— Пройдемся? — новая знакомая бесцеремонно взяла со стола пару бутербродов с паштетом, передала юноше. — Тебе не нужен завтрак. Первые дни совершенно не хочется есть, по себе помню. Мы просто обязаны тебе все здесь показать, иначе заблудишься.

— Спасибо, конечно, но…

— Отличная мысль! — похвалил регент, — Но, уважаемые анкеры, верните ее, пожалуйста, к обеду, — Тройка прервал готовый сорваться отказ. — Вам, мой анкер, и впрямь стоит пообщаться с ровней.

Я понурилась. Кажется, прогулки с этими двумя не избежать.

По пути вниз анкеры представились: девушку звали Лиана, на Орте она принадлежала к какому-то важному и богатому роду, а юношу звали Мартиус — для друзей просто Мар — и с Риххора его забрали из-за разбушевавшейся эпидемии черной язвы. Как ни странно, там он был сыном бедного ремесленника и подобно мне не подозревал о своей важности.

— Запомни, анкеры олицетворяют сердца своих миров, — заявил Мар.

— У нас много полномочий, но и обязанностей хватает, — Лиана строго взглянула на проходившего мимо протектора, и тот вздрогнул, торопливо поклонившись. — Следить за порядком, контролировать слуг… Есть и запреты, конечно. Например, табу возвращаться на материнскую планету.

— В смысле? — это заявление застало меня врасплох.

— В прямом. Посещение анкерами материнской планеты после прибытия в Декаду исключено, а о встречах с кем-то из «прошлой жизни» не может быть и речи. Тебя ведь там больше нет, значит, для своего мира ты мертва. Если подумаешь хорошенько, поймешь, что в этом есть смысл.

Лиана бросила на меня задумчивый взгляд и, впервые без вызова в голосе, спросила:

— Скучаешь по дому?

— Мне не по кому там скучать, — я подавила дрожь в голосе, — Я теперь сирота.

— Приношу свои соболезнования. Очень многие попадают сюда вот так. Мы дети разных миров, но это нас и объединяет. Все мы чувствовали скорбь вначале, но скорбь — тоже лекарство: в малых количествах прижигает сердечные раны, не дает сердцу истечь собственной кровью.

— А в больших — разъедает его целиком, — вставил шпильку Мар.

— Я миновала траур по Орту и теперь свободна, — томно продолжала девушка, — Более того, я счастлива, что оставила всю суету там. Гувернеры, слуги, званые вечера… Все это — одна большая ловушка, искусный капкан, установленный самой природой и взведённый обществом. И капкан этот держит тебя все крепче с каждым годом. Я благодарна провидению, что высвободилась из него столь малой кровью, и пусть поначалу капкан все мерещился мне, напоминая о прошлом, более его призрак надо мной не властен, — она пожала плечами, — Что поделать, такова моя судьба, мой долг перед Декадой. Я не могу быть эгоисткой, заботясь лишь о собственном счастье!

— Лирическое настроение, Мерци? — Мар гнусно захихикал и даже пару раз хрюкнул.

Мы вышли в сад, и пушистые кусты сирени скрыли нас от посторонних глаз. Стоило свернуть на окружающую дом тропинку, как мои попутчики перевели дух, и циничная ухмылка слетела с их лиц.

— Извини за мерзкое поведение, анкер, на самом деле мы не такие сволочи, как ты могла подумать, — Лиана улыбнулась, и её голос, взгляд, мимика — всё преобразилось, — Это просто наши маски.

— Маски?

— Все в этом особняке считают Лиану мегерой и стервой, — Мар усмехнулся, — А себе я вылепил образ простака, не знающего этикета.

— Маски полезны, — Лиана виновато улыбнулась, — Я слепила себе свою не сразу, но теперь ношу ее, чтобы держать людей, нелюдей и полулюдей на расстоянии.

Глава 5. Часть 2

Девушка достала из кармана свисток и дунула в него. Почти сразу откуда-то из-за дома донесся лай. Мы прошли по тропинке немного дальше, и в поле зрения появились два здоровенных косматых пса, смахивавших на жутковатый гибрид волка и медведя. Псы неслись нам навстречу: языки вывалились от радости, уши от быстрого бега мельтешили на ветру.

— Собаки? — я шарахнулась назад, — Я б-б…

— Не бойся, они послушны и никогда не укусят кого бы то ни было… без разрешения.

— Меня в детстве собака соседки укусила, — я поджала губы, — И ей никто никакого разрешения не давал.

Я вцепилась вспотевшими пальцами в ткань джинсов и постаралась не выдать паники. Говорят, животные хорошо чувствуют запах страха, а его у меня сейчас хоть отбавляй.

Собаки уже добежали до нас и теперь прыгали у ног хозяйки, бросаясь на нее и облизывая лицо. Девушка жестом потребовала у Мара бутерброды с завтрака и предложила питомцам. Те с энтузиазмом съели все до последнего кусочка, а потом еще долго лизали руки Лианы.

— Как их зовут? — я постаралась придать голосу спокойствие. — Барбос? Шарик? Или лучше Страх и Ужас?

— Их никак не зовут, — девочка улыбнулась, — Если бы я дала им имя, их могли бы позвать другие. А так они откликаются не на свое имя — лишь на мой голос.

— Давайте пройдемся до холма? — Мар махнул рукой куда-то в лес, — Оттуда открывается отличный вид на особняк.

Сопровождаемые псами, мы прогулялись по тенистой аллеи вдоль небольшого пруда с неизбежными лебедями и утками (я подумала, что птицы тут как на работе), вышли на поросший клевером холм и, забравшись по крутым каменным ступеням на вершину, сели в уютной беседке на вершине. Псы устроились у ног хозяйки, шумно сопя.

— Я их забрала из родного мира, — сообщила Лиана, помолчав, — Единственное напоминание о нем.

Мы посидели в тишине. Я вдруг поняла, что рада тому, что сбежала с завтрака.

— Лиана, Мар? Извините за бестактность, я забыла представиться: меня зовут Алекс, полное — Александра.

— Странное имя, но красивое, — Мар окинул меня взглядом, словно примерял его на мне, — Подходит.

— Я читала, оно на Земле входит в перечень самых распространенных, — заметила Лиана. — Сокращенно Саша, да?

— Са-ша? — Мар попробовал имя на вкус, — Можно звать тебя Саша?

— Ну, да, наверное… — я тотчас же пожалела о сказанном, ведь так меня звали в семейном кругу, и имя это было для меня особенно дорого, а я взяла, да и отдала его в руки незнакомцев. Хотя семьи у меня больше нет, меня это волновать не должно. А эти «незнакомцы» теперь мои друзья, и я не должна закрываться от них.

— Заметано! — Мар просветлел лицом, — Уверяю, Лиане, как и мне, очень приятно, что ты находишь в себе силы идти нам навстречу. Знаю не понаслышке, как это тяжело — заводить друзей, — он положил свою руку на мою, но тут же убрал. — Хочешь о чём-то расспросить нас?

— Хочу, — обрадовалась я. — Кто мы такие?

Мар нахмурился, сбитый с толку.

— Она имеет в виду анкеров, — пробормотала Лиана. Сбросила с ног туфли, положила ступни на собак. Псы, похоже, не были против — одна даже принялась покусывать ей пальцы. — Саша, тебе будут говорить множество красивых слов, но ответ прост — мы всё и ничто одновременно.

— Как это?

— В каждом мире Декады есть человек, особым образом связанный с лимфой. Когда-то их исследовали, изучали, но так и не пришли к пониманию. Эта связь… похожа на магию, но магия как таковая есть только на Элиоре.

— Анкер — это как цвет волос или родинка на коже, — рассмеялся Мар. — Знаешь, наверное, сказки и легенды, как пропавшего наследника трона находят по родинке в форме короны? Так вот, признаки анкера в человеке заметить гораздо труднее: на это способны лишь элиорские маги. Анкер живёт самой обычной жизнью, рождается в любой семье… Лиана вот родилась в богатой, я — в нищей…

— Я в самой обычной, наверное, — сказала я. — Средней такой.