Артемис Мантикор – Клинковых деревьев край (страница 88)
На пределе возможностей, я начал прыгать разделённым надвое сознанием двух оставшихся копий мерцаниями вокруг. Поймать меня так будет непросто, особенно с учётом возможности уходить вверх и парить.
Арбалет тари без остановки посылал болты, другой же половиной сознания я сжимал рейлин и пытался снова и снова поймать врага. Но посланница каждый раз ускользала от меня в самый последний момент.
Определено заклинание: пепельный плач.
И я снова ошибся. Тварь выскочила из портала передо мной с готовой магией.
Волна пепла полетела в глаза. Даже с новыми навыками уйти из-под атаки было уже невозможно. Почти все способности Тиары действовали по площади.
Мерцанием я ушёл камеей под удар, и расставив руки, принял заклятие, чтобы сохранить васильковую форму.
Камеевый двойник развеялся, а из-за его спины вылетел рейлин, убивая Тиару в пятый раз.
Вспышка.
Поодаль у стены, пошатываясь, вставала посланница. Сейчас она походила на Рену — всё лицо девушки было в крови. Похоже, у неё разом разорвалось несколько сосудов.
Значит, у её навыка всё же есть свой предел. Каждое возрождение делало Тиару слабее и медленней.
Я устремился к ней, расплываясь в мерцании. Ещё миг, и змеиная посланница перестанет существовать в очередной, возможно — последний раз.
Но вместо этого китаровая обувь вдруг скользнула по льду, и я повалился на пол.
Приготовившись дорого продать свою жизнь, я быстро попытался подняться, насколько это было возможно на скользкой поверхности. Однако ожидаемого нападения не последовало.
Всё пространство вокруг затянуло туманом, так что я не сразу сумел разглядеть, что происходит.
Выйдя из мерцания перед лицом Тиары, я атаковал рейлин, но посланница снова меня удивила. Вместо раненой девушки меня вдруг встретила чешуйчатая химера, лишь отдалённо напоминавшая Змейку.
Пылающей рукой твари перехватила оружие и дохнула огнём.
Спасли рефлексы. Время снова замедлилось, а пространство потяжелело, давая мне возможность заметить угрозу и отреагировать. Вот только я не стал уклоняться, а лишь чуть отстранился и послал вперёд себя морозные небеса.
Змея зашипела и отскочила назад, а часть чешуек обсыпалась.
Это твой последний козырь, Тиара?
Подняв руку, я призвал к себе все потерянные цвета. Создать из них двойников вновь я пока не смогу, но хотя бы мне будут доступны базовые навыки каждого.
Направив на меня руку, посланница активировала огненные копья, но те вдруг погасли, столкнувшись с волной холода, усиленного камеевым насыщением.
Повышен навык: синкретизм. Текущий уровень — 12.
Я устремился к врагу, надеясь завершит всё одним точным ударом, однако только в этот момент подо мной вместо устойчивого камня вдруг оказался лёд, и я едва не упал. А затем в живот врезалась огненная волна Тиары.
Будучи ослабленной холодом, она не смогла меня прикончить, но всё равно сбила с нок и протащила по полу.
Перед лицом запорхали звёздные духи. Голова врезалась в твёрдый сталагмит, так что я едва не потерял сознание.
Рядом взорвалось несколько огненных сфер, но похоже, Тиара кидалась ими наугад, а не в конкретную цель.
Послышались далёкие голоса, но я не мог их различить — в голове гудело. Я попытлся сосредоточиться, прийти в себя, но мысли разбегались, словно сиин перед вороньей ротацией.
С большим трудом я расслышал хитрый голос змеи:
— Только сначала сотри их память!
— Не подходи, — рыкнул я невидимому пока противнику, поднимаясь и сжимая рейлин.
У меня осталась последняя жизнь, но так просто он её не заберёт.
Я бросил взгляд на лежащую неподалёку Рену с пробитой грудью. Полоса жизни перестала трепаться и мигать — девушка застыла, безжизненно глядя в каменное небо Подземья.
— Тогда твоя подруга умрёт, — ответил кошачий посланник. Наконец, я рассмотрел его и… едва не утратил дар речи.
Проклятие бездушному богу!
Одежда была другой, но я таканье, и главное, цвет, я бы ни с чем не спутал.
Кровавый кармин!
Но как? Что это значит? Он союзник Арахны? Не мог же он её убить! К тому же, чтобы похитить цвет, нужно самому быть цветомантом.
— Ты угрожаешь мне, посланник?
— Я констатирую факт, дружище. Я лекарь. — произнёс он.
— Хочешь сказать, можешь вернуть её к жизни? Сделать нежитью?
— Нет, — ничуть не смутился посланник. — Её дух всё ещё рядом, и он страдает. Это очень хорошо.
Кошачий посланник протянул руку с длинным серым посохом и ткнул навершием с грубым бирюзовым камнем в тело Рены.
Я был готов в любой момент активировать вихрь, и будь что будет. Сил у меня практически не осталось, но уровень посланника был ещё меньше, чем у Тиары.
Хотя… мне ли говорить об уровнях, когда змея едва не уделала нас с казавшейся непобедимой, Реной.
Я должен стать сильнее. Намного сильнее. Мне не одолеть Арахну, если я не в состоянии справиться даже с одним из посланников.
В уши ударил болезненный хрип. Рена Красный Сад задыхалась, подавившись собственной кровью. Выглядела она ужасно, но рана на груди н глазах заполнялась водой и обретала плотность.
Девушка возвращалась к жизни. По началу болезненно, но затем пальцы левой руки жреца засветились, и он коснулся мучившейся Рены. Друид затихла, на её лице проступило спокойствие.
А затем:
— Ты должен был стереть им память, Сион! — послышался голос Тиары. Змея выглядела заметно лучше, если не считать следов крови и копоти на горчичной мантии.
— Я должен довести как можно больше разумных до храма, — поправил её жрец. — Полагаю, боевой друид сто тридцать второго уровня будет полезнее с целой памятью.
— Хочешь, чтобы меня сожгли на костре, как пустотника? — в очередной раз пытаясь манипулировать, обиженно фыркнула Змейка.
— Было бы славно, — я растянулся в улыбке.
— Тиара была под контролем бехолдера, — произнёс жрец.
Так значит, в лагере бехи? Поведение Тиары и впрямь было ненормально — прежде она всегда избегала боя и делала любую грязную работу чужими руками и подставляя под удар других. Вот так атаковать в лоб для неё совершенно не свойственно.
— Помоги мне убить их, и мы вместе встанем во главе рейда, — сладко прошептала змея. — Ты ведь хочешь что-то от всех нас, не так ли? Что-то, чего от тебя хочет Безупречный.
— Ты вот сейчас ни разу не помогла. У нас всех одна цель, Тиара, — ничуть не смутился кошачий посланник. — И ваши пророчества с мелкой враждой — глупая помеха на этом пути. Вы все нужны рейду. Я же терплю ради общего дела придурка Фали?
— Хорошо, тогда эти крысы сдадут нас обоих. Ведь ты тоже пустотник, Сион. Все посланники одержимы стихией.
— Где… я жива? — пришла в себя Рена.
Каковы мои шансы против двух посланников? Пусть даже один из них и вымотан?
Нет, я не верю больше в низкие уровни. И Рена мне сейчас не помощник.
И… будет ли это правильным, если я нападу на того, кто исцелил моего боевого товарища?
Ничего не понимаю.
Айрэсдарк говорила, что самый вероятный предатель среди всех избранников древних — это кот.