Артемис Мантикор – Истинный враг (страница 37)
Задание «уничтожение системных червей» выполнено.
Благодарим за содействие делу проходчиков, верификатор!
Выполняется поиск подходящего легендарного предмета.
Награда найдена!
Комплект белья Мисы Зеркальной (легендарный).
+2 к харизме, + 1 к ловкости, +38% к привлекательности.
+ 10% к защите от магии пустоты
+ 10% к синхронизации со стихией циррус [аспект зеркало]
+ 15% к эффективности зеркальной магии
15% шанс отразить чары противника.
— Серьёзно? За квест мне отдадут мои же трусы⁈ Это издевательство!! — вспыхнула прежде хладнокровная девушка. Пришла очередь Альмы хватать комья земли и швыряться в голографический текст.
— Расслабься, это просто механика.
— Механика? Она специально! Стена — это один огромный эстерноид!
— У тебя есть мифическая одёжка, легендарные сапоги Ласточки и что-то из амулетов. А из всех легендарных героев ближе всего к твоему пути развития, ты не поверишь, Миса Зеркальная. Потому что в глазах Системы ты одновременно беглый бог и храбрый верификатор. Что ещё она должна была тебе дать, как не самый идеально подходящий тебе артефакт? Радуйся пассивным бонусам лучше. Мне бы за ношение трусов давали защиту от пустоты. Это вообще треш какой-то…
— И червей ты не убивала, — добавила Селена. — Арк, что будем делать дальше?
— Ну, к нам оно пока что не ломится. Предлагаю отдохнуть и вырастить хороший купол со звукоизоляцией. Потом наверное большую толстую стену, чтобы с первого раза точно никто не пробил. Но это потом… сначала нужно ещё трипофию найти.
Селена передала мне картинку через растительную эмпатию — хтоническое облачко вместе со своим выводком жрало яблоневый сад. Хорошо, на некоторое время это их займёт.
— Что будем делать дальше, Арк?.. — спросила богиня трав.
Мне оставалось только вздохнуть.
— Будем создавать маршрут для трипофии в Оазис Тефнут. Остаётся только идти в двадцать третий сектор, в бывшие владения Хостера.
— Зачем?
— Если повезёт, в двадцать четвёртом цепей больше и в Оазис никто левый не забрался, так что он находится выше. Ну, или следующий за ним. Облачко у нас ручное, может получится.
— Или попробовать прорыв снаружи, — предложила Альма. — Кстати, а трипофию нельзя заставить нам прорыть путь с другой наружной стороны? Из того окна что мы делали, до сих пор ни одной твари не прилетело, хотя наверху летунов хватает и над лучшей частью стены. Может, на нижних этажах там безопасно?
— Ты ещё прыгнуть оттуда предложи… хотя, может ты и права. Посмотрим, вдруг получится.
Работы было много. И о чём подумать — тоже.
После отдыха были построены стены со звукоизоляцией. Высажен сад каменных древ, усиленных генетикой цветов церу. Невесть какая преграда для той жути, которая пробивает системный барьер и аделитовую стену.
Начался новый этап рутинной работы.
Мы ещё раз осмотрели Оазис. В первый раз это делалось походя, теперь же я понимал что сбежать через двадцать первый — точно не вариант, а значит нужно думать.
Разговор Мисы с Селеной произвёл на богиню трав сильное впечатление. Обвинение в том, что сама богиня уже не похожа на прежнюю себя, а больше напоминает слегка истеричную особу, сильно её встряхнуло. Ну, и та тварь ни у кого не выходила из мыслей.
Следующие дни Селена провела в медитации. Альма — в мрачной задумчивости, сидя за столом перед яркой игрушкой. Она подолгу смотрела на неё, положив голову на руки, таким образом полулёжа за столом.
Первая теория состояла в том, что можно покинуть Стену через окно на нормальную сторону. И это была ужасная мысль, которая надолго испортила всем настроение.
Мы привлекли существо к окну, зарастили окно зеленью, чтобы монстр её слизывал вместе с барьером, отошли подальше, и трипофия потянулась за работу. Эти существа вообще оказались очень предсказуемы, управлять ими было относительно просто с нашими силами, за счёт создания растительной массы.
Как только путь наружу был свободен, мы активировали удалённое ускорение роста и через открывшийся барьер начали растить лианы наружу.
Ответ Стены последовал незамедлительно — барьер подстветился, последовала яркая вспышка, и два монстра, которые успели вылететь наружу, полетели к земле в виде горстки пепла, окружавшей голые кости.
Две других мелких трипофии оказались достаточно умными, чтобы отступить и перепуганно полететь куда-то прочь.
Вот и ответ… А ведь была у меня мысль самому так попытаться спуститься.
Девушки погружались в пучину мрачной депрессии. Селена ни с кем почти не разговаривала, всё время пребывая в своих мыслях и медитации. Альма — патрулировала периметр или подолгу сидела за столом, глядя на детскую игрушку.
Иногда по ночам мы слышали звуки со стороны оазиса Мисы. В такие ночи нам снились кошмары. А я, слыша вой монстра, уже знал, что лучше в такие ночи вообще не спать, и уходил возиться с телом мёртвого лангольера.
Работа проходила ужасно. Я не понимал устройство этого существа, оно будто состояло из сплошных парадоксов. Подвижность зубов обеспечивались цепью металла, но как-то завязывались на магию хаоса. Не зря существо было именно «металлохаотическим». То есть эти две чуждые мне цепи сплелись воедино, но как некая служебная связка для управляющего элемента.
Муталиск, или двойное био, были тем, что обеспечивало его рефлексы и управление сложным телом существа, тем же хаотичным вращением зубами. Нервные центры располагались некими очагами, равномерно по всему телу. Разум же, с возможностью перестраивать своё тело и источники, был от ланцета. Фактически, его мозг имел общее с ними. Хотя как такового мозга у лангольеров не было, он тоже был везде в других нервных центрах.
Иными словами, тварь не зря имела в имени приставку «мута» и «ланцет», хотя фактически они обе представители био цепи, только в удвоенной и утроенной версии. У неё было две независимые нервные системы для внутренних и внешних задач, и работали отдельно, как два разных органа.
Строение цепей начинало мне напоминать устройство молекул из атомов. Разные атомы соединяются в молекулу и в итоге получаются различные вещества. Вот как тут. Цепи тасуются между собой и в разном положении могут давать совершенно различный эффект.
Но самое главное и зловещее свойство лангольера было в адаптации ланцета, позволявшей ему создавать внутри себя новую цепь, которая была в его памяти и была способна проедать барьеры. Иными словами, не имеет никакого значения, какой это подвид лангольера, это всё один вид монстра, просто способный взращивать в себе полные копии структур нужных ему в моменте цепей.
Я видел, как они использовали фрактал и энтропию. Системная стихия и неизвестный аспект пустоты, который лежит дальше от нашего понимания, чем даже мёртвая магия. Но как возродить лангольера подконтрольным мне полурастением, я не знал, потому работа с телом чудовища шла медленно и было непонятно, будет ли прорыв в этом проекте в будущем.
На утро шестисотого дня, празднуя мрачную круглую дату нашего заточения, Селена решила немного выпить, хотя в последние дни вела себя как отшельница.
— Теперь я понимаю, что ты говорила, когда рассказывала, что «слышишь свою смерть».
— Может, есть способ вспомнить, как я в прошлый раз выбросила осколок своего сознания и найти новую жрицу? — не глядя спросила Миса.
— Я хотела сказать… я думаю, у нас осталось мало времени, — сказала Селена.
— Да, нужно готовиться отступать в Оазис Тефнут. А оттуда думать как перебираться в двадцать третий, — сказал я. — Уже думал об этом.
— Даже если он сюда не придёт, нам конец, архидруид. Мы не должны были провоцировать эту тварь. Теперь мы все за это поплатимся…
— О чём ты?
Селена подняла голову и посмотрела на меня с холодной обречённостью.
— Арк, та тварь заняла оазис Мисы. Она уже в нашем секторе. Как думаешь, куда сместится баланс и сколько нужно новых цепей, чтобы соответствовать тому существу как боссу Оазиса?
18. Еж, бредущий сквозь морок ½
— Так. Сегодня уныние мы отбрасываем в сторону и начинаем отсюда выбираться удвоенными темпами, — объявил я своё решение. — Нас ждут великие дела! Мы идём в двадцать третий сектор!
После обеда мы собрали свой нехитрый скарб. Повезло, что Альма прихватила ящик Мисы, в котором можно было переносить много всего полезного, а не тащить на тачке.
Я снова создал древней-носильщиков для переноски гигантской туши лангольера.
Трипофии вскоре после происшествия с гибелью их родителя и одного детёныша, повели себя очень странно, дав в очередной раз понять, что мы ни черта не знаем об этих существах.
Два оставшихся в живых детёныша сплелись в один клубок, провалялись так сутки в созданном для них лесу, а на утро мы увидели одну здоровую взрослую особь. То есть они… слились в одну тварь, что-ли.
Как это работает в их физиологии — даже предполагать не берусь. Но главное, что трипофия была такой же послушной и предсказуемой. Она прожрала нам путь и вскоре мы покинули Оазис Селены.
На ходу оценили состояние Оазиса Тефнут. В локации оказались улитки, количеством в двадцать четыре штуки. Откуда они взялись и в таком количестве — отдельный большой вопрос без ответа. Локация вместе с землёй была уничтожена где-то на треть. Потому первое, чем нам пришлось заниматься на новом месте — чистить свой новый дом от них.