Артемис Мантикор – Истинный враг (страница 35)

Миса была более решительной. В прошлом я видел её как прилежную ученицу, но с любознательным характером и стремлением полученные знания применять на практике. В ней каким-то образом уживались зубрёжка и гиперактивность. В большинстве зеркал она что-то читала, чертила, выписывала — всегда очень увлечённо и сосредоточенно, не видя мира вокруг.

Альма — профессионал, который жил работой. А работа у неё с раннего детства была связана с играми. Именно работа, поскольку она всегда вела стримы со своей игрой. Я видел её отца, высокого усатого мужика, который учил её стрелять из ружья лет в десять. Не удивительно, что потом, когда она пошла в виртуальные игры, стала одним из топовых снайперов.

Ночевали там же. Короткий сон, перекус фруктами, выращенными на месте, и снова путь.

Достигнув края локации, мы снова разбили лагерь. Селена создала травяные врата, чтобы перенестись в начало локации. Нужно было проверить наших подопечных, достаточно ли у них корма, чтобы те не интересовались локацией дальше.

Новости, с которыми она вернулась, были неоднозначны. Компания монстров покончили с нашей растительностью. Мы слишком недооценили их скорость поглощения пищи. Но самого плохого, то есть их возвращения в предыдущий сектор, не случилось.

Трипофии познакомились с местной фауной, то есть червями, и оказались в восторге. Сейчас существо из-за Стены вместе со всем выводком активно чистило зеркальный лабиринт. Селена передала увиденное через оставленные травяные метки в лужу на полу. Там как раз материнская особь сидела на полу, высматривая следующего червя.

— Хорошо, значит время у нас пока есть, — решил я. — Сделаем проход на ту сторону и посмотрим, что там, и стоит ли туда рыть.

17. Находки, пожирающие нашедшего

Линза установлена и направлена на стену. Посох Рены в руках у Альмы. Девушка пропускает ману в форме света, та проходит через линзу и впивается в стену. Лёгкий дымок. Первые признаки того, что аделит имеет предел термостойкости.

Затем посох переходит в руки мне, а Альма ложится рядом на пол, устало переводя дух.

За мной — очередь Селены. Немного перевести дух, и садиться в медитацию, чтобы быстрее восстановить силы и на второй круг.

За время нашей медитации с богиней трав Альма прошлась вдоль разделявшей сектор преграды, и когда я открыл глаза, предложила прогуляться.

В углу локации, с той стороны, что идёт к худшей части Стены, была крупная дыра. Даже серия отверстий, но остальные были поменьше. Лазейки, через которые сюда пробрались черви. Несколько было и тут, но на нас они пока внимания не обращали.

— Я вспомнила это место. Они прогрызают дыры. Однажды стена просто не выдержит.

— А почему вниз не роют? — спросил я.

— У них спроси, — ответила Альма.

— Выходит, мы и сейчас можем проникнуть в соседний сектор?

Чтобы узнать это, нужно было избавиться от двух червей. А как долго и сложно это делать, мы помнили. Но, видимо, такова судьба.

Получив ещё два фрагмента, мы продолжили исследования нор. Пролезть на ту сторону было пока нельзя. Норы постоянно зарастали фрактальной плёнкой. Но черви, очевидно, регулярно делали новые.

— Ещё через пару тысяч дней ты бы точно сбежала, — заметил я.

Альма поморщилась.

— В Оазис сектора смерти? К тому, что убило богов?

Мы попытались исследовать дыры и глянуть, что на той стороне. Но там была лишь мгла, камни и покосившиеся древние колонны. Ну, и черви, само собой. Их светящиеся тела были хорошо видны на фоне кромешной тьмы.

Пришлось смириться и вернуться к старому способу — плавить стену.

К счастью, трипофия чувствовала себя отлично. Многоглазое облачко активно истребляло червей, запас которых был ещё достаточным. Младшие особи, кстати, сильно подросли на мясной диете.

Медитация, перекус, плавка, медитация, перекус, плавка, медитация…

Стена между секторами оказалась заметно толще.

Когда оставалось совсем немного, я решил снова восстановить силы, на случай, если понадобится мана делать что-то сразу же после открытия окна. Потому когда посох выпил силы Селены и открыл окно в двадцать первый сектор, мы с Альмой ещё были в полной силе.

Благодаря этому худшего не случилось.

— Есть, — довольно улыбнулась Альма. — Теперь будем расширять?

— Нет, сначала хочу глянуть, что там. Для этого окна уже хватит.

Мы приблизились к переходу и вгляделись во мглу двадцать первого сектора.

А тьма — вглядывалась в нас.

Посреди черноты возник глаз с тремя зрачками и множеством полопавшихся сосудов.

Затем последовал грохот. Такой силы, что, казалось, сотряслась вся Стена до самого основания.

Мы не удержались на ногах и повалились на пол.

Послышались странные звуки. Будто низкое уханье пещерного человека. Удар повторился. Затем ещё и ещё.

— Стена! Оно рушит барьер! — воскликнула Селена.

— Бойтесь своих желаний, — многозначительно заметила Альма.

— БЕЖИМ!!! — воскликнул я и бросился назад к лабиринту Мисы.

Уханье и удары продолжились. Удержаться на ногах было сложно, но по мере удаления от барьера, они становились не так ощутимы.

Я обернулся и увидел, как по разделявшему сектора барьеру пошла светящаяся голубая трещина, из которой вылетали с каждым ударом хлопья из светящихся белых кубов. Так же выглядел эффект способностей «мага удаления» Хиро.

— Какого хрена оно рушит барьер⁈ — всхлипнула Селена.

— Хочется ему! — бросил я на бегу. — Что за вопросы?

— Это же не мы его привлекли? Оно же не за нами ломает барьер?

— Да пофиг! — бросил я.

— Пофиг? Арк, оно же нас сожрёт!!

— Добро пожаловать в Орден! — с ухмылкой бросила Альма.

Особенно сильный удар сотряс Стену, и я услышал, как за спиной на пол посыпались куски аделита.

Послышались тяжёлые шаги за нашими спинами.

— Антигравы! — бросил я и подхватил ойкнувшую Селену.

Мы с Альмой подпрыгнули, и пояса Сайны понесли нас вверх.

Сильно разогнаться было нельзя. Массивные зеркала заполонили почти всю локацию, оставляя просветы лишь у самого края, на границе с другим Оазисом.

Пришлось спешно учиться маневрировать между зеркал.

Шаги приближались. Сквозь мрак проступали очертания чего-то колоссального, против чего мы всего лишь букашки даже со всеми нашими регалиями.

Сердце сковывало ледяным ужасом от соприкосновения с чем-то, чему не место ни в нашем мире, ни в любом из миров.

— Да-а-ай… — пророкотал мрак так, что полопались стёкла рядом с нами, и нас осыпало осколками.

Щиты покрова были сняты, а Альма лечилась. Селена держала какой-то энергетический кокон, который блокировал часть урона.

— … мне-е-ехх… — он перешёл на хрип.

— Сверху! — воскликнула Селена и создала над нами деревянный барьер.

Цепи над нами со свистом треснули, и тяжёлые громадные зеркала Мисы посыпались нам на голову.

Шаги приближались. Как и зловещий рокот неизведанного во мгле.

— … имя!

Зеркала, мимо которых мы пролетали, вдруг разлетелись, словно шрапнель. Защиты не помогли. Но, к счастью, у нас было два целителя. Альма подлечивала себя, а Селена — себя и меня.

— Арк, я не хочу умирать! — воскликнула Селена.