Артемис Мантикор – Город, которого нет 7 (страница 7)

— Ну и какого хрена? — спросил я у пустоты. — Будем водить меня по лабиринтам?

Спросил я это беззлобно. Каждый бывший стиратель был с придурью. Мало ли, какая беда в голове у этого парня?

Развернулся и побрёл наугад. На изнанке обычно приходишь в то место, о котором думаешь, но я понятия не имел, где искать хозяина поместья.

— Лукаш! — произнёс я. — Мы пришли с миром! Я хочу поговорить! Мы можем быть полезны друг другу!

В тот же миг перед глазами появился текст. Светящиеся васильковые буквы в воздухе, будто голограмма. Сперва текст был на том же непонятном языке, что и книги. Затем он начал видоизменяться — сперва на забавные символы, вроде надписей в пирамидах, изобилующих стилизованными человечками. Затем — что-то вроде корейского, иероглифы с кружками и овалами. Затем текст наконец-то собрался в нечто странное, но уже разбираемое по смыслу.

Идётъ ини҇̂̀͗̃́̌͒цы å ли҇̂̀͗̃́̌͒зацiя…

Nедосtат̶очно дан̀̓͑̽̿̊̀̆͂͠ных dля воспрiятиR.

— Лукаш, это ты? Ты можешь слышать, что я говорю?

Надпись рассыпалась. Будто распалась на множество отдельных изменяющихся символов и осталась на полу в виде светящегося песка. Перед лицом же всплыл новый текст, выдававший вполне однозначную инструкцию:

Пrøд0лs̶h̶ай ит’ъи.

3. Голос Цвета

Как и прошлый, этот текст рассыпался на крохотную светящуюся пыль и остался лежать на полу, медленно выцветая.

Комнаты менялись. Проходя мимо кабинета с монитором, я уже видел совершенно иное. Теперь здесь был альков и алтарь с силуэтом незнакомой девушки. Каменная статуетка смотрела куда-то вверх, и я тоже глянул на потолок. Куполообразный свод и витражи, за которыми вместо стен — набор колонн и синее космическое пространство.

Внезапно, статуэтка ожила и приняла облик некоей улучшенной версии Тани.

Существо начало подниматься и выходить из камня, сбрасывая одеяние и представая во всей наготе. Меня охватило сильное желание обладать ей. Сердце забилось как бешенное, мир вокруг перестал существовать, и я думал лишь о похоти.

…а затем сработала акцессия, поднятая сильными эмоциями, и подняла волю.

В следующий миг я применил астральную плеть. Способность видоизменилась под спутывающие существо верёвки.

Проходили это уже. У Луричевой, нужно отдать ей должное, это получалось намного лучше. Но суть та же. Пробить мою акцессию противник не смог.

Поняв, что это бесполезно, статуя снова стала всего лишь статуей.

— Ну и зачем? — спросил я у хозяина дома. — Ты что, извращенец?

Пrøд0лs̶h̶ай ит’ъи.

— А ты не охренел?

Недосtат̶очно дан̀̓͑̽̿̊̀̆͂͠ных dля воспрiятия.

— Ладно, сочтём это за извинения. Но если твой супер-навык — призывать буквы, то лучше скажи сразу.

Отвечать он не стал.

Дальше шёл большой зал с ложем по центру. В окнах был яркий дневной свет полуденного солнца. Обставлено было в антураже эльфийских принцесс. Ну, насколько я их представлял.

Я увидел смеющуюся Таню, играющую с сыном и дочерью.

— Папа! — воскликнула девочка и бросилась к двери.

— По-твоему я идиот и не знаю, что это иллюзия? — спросил я, и морок развеялся. И хорошо, потому как на сердце стало паскудно.

Про себя напомнил о том, что нас с ней всё это ждёт в скором будущем, и состояния тоже может быть наведённым.

— Похоже, мне попался псионик, — произнёс я, после того как несколько раз вдохнул и выдохнул. — Если в следующей комнате будут мои родители или что-то такое, я могу решить, что проще тебя убить.

Обычно я не такой вспыльчивый, но в глубине души я его ещё и покрыл отборным матом.

— В общем, ты по-людски скажи, что не любишь гостей, и я пойду. В целом, я уже понял твои пристрастия. Мне такое общение не заходит.

К счастью, следующую комнату он приготовил с соблазном иного рода.

Это была крупная библиотека с мистической литературой и учебниками стихийной магии. Пособия по ритуалистике, руководства для создания сложных печатей, контрактов с сильными духами.

А на стене… Карта Несбывшейся. На ней были отмечены жилища Руты, Лоралин, Церхеса, Альфриды, самого Лукаша. И ещё одна метка чуть выше. Верх карты уходил под потолок, и чтобы его увидеть, нужно было шагнуть за порог, что я едва не сделал.

Выругался. На этот раз матом.

Пространство менялось, комнаты сменялись друг другом, будто их генерировала пьяная нейросеть. Дверь в следующую комнату я пнул ногой. Та неожиданно выпала внутрь и показала мне белую комнату со стоячей болотной водой из которой росли тощие странные растения, почти лишённые листвы.

В общем, какой-то сюр.

Следующую дверь я тем более не пожалел. За ней было странное помещение — пол устилал густой белый туман, из которого высился медный постамент с лестницей, на вершине которой был телескоп.

— Ну и какая пакость будет здесь? — спросил я. — Это будет моё детство в мире фэнтези? Ну так я себе такое сам организовать могу…

Затем мой взгляд опустился ниже, к странной фигуре, сидящей под телескопом.

А за ним — сюрреалистичное ночное небо со светящимися облаками, яркими розовыми разводами туманностей и необычайной густотой ярких звёзд.

Существо махнуло рукой в приветствии и перед моим лицом появился текст.

Вот. Вроде бы настроился. Извини за приветствие. Но иначе мы бы просто не понимали друг друга.

Я Лукаш, один из Цветов Полночи, несущий силу Васильковых Небес. Но тебе это ни о чём не говорит, верно? Спасибо за тестирование.

Теперь я знаю о тебе всё.

— Что ты твою мать такое?

Бранные слова — символ эмоций. Я понимаю тебя. В тебе течёт сила хаоса.

Что касается контекста. Я дал тебе ответ. У тебя нет аналогов этого титула. Говоря вашим языком, мой родной мир находится за четыреста сорок четвёртым эхо от вашего. Очевидно, что наши способы восприятия отличаются.

— Теперь понял, спасибо.

Злиться на него долго не получалось. Это существо, похоже, вообще было лишено всего человеческого.

Существо со светло-серой кожей, тёмно-синие волосы с васильковыми кончиками. Некоторые из них торчали, и я с удивлением отметил, что они… делятся, как ветви деревьев, на нечто более тонкое и воздушное.

Рта и носа я не увидел, только два глаза персикового цвета.

Одежда такая же, совершенно чуждая человеку — чёрная с градиентом до синевы мантия с лоскутами, светящиеся разветвлённые белые узоры, что-то вроде шали с камнями. Но, надо отдать должное, существо было гуманоидом. Так что… может люди выглядят на каком-то эхо именно так.

Теперь я — немножко ты. В том смысле, что я пережил часть твоего опыта.

Не волнуйся, это безвредно.

— И как тебя только угораздило здесь очутиться. Сложно даже представить себе твой родной мир.

Ха-ха. Да, это так.

На самом деле, я пытался преобразовать этот дом так, чтобы он напоминал мне мой. Этот мир мне в этом помогал.

— Ты говорил, что знаешь обо мне всё. Значит, знаешь и зачем я здесь?

Это не совсем так. Я имел ввиду, что знаю, как ты мыслишь. И мыслю так же на 24%

Если понимания будет недостаточно, потребуются новые тесты. Но этого достаточно, чтобы прогнозировать твои реакции, будучи самим собой.

Но могу предположить, что ты хотел заключить со мной сделку?

— Теперь уже не уверен, — ответил я. Потому как теперь это напоминало сделку с какой-то могущественной хтонью.