Артемис Мантикор – Город, которого нет 7 (страница 2)

— И правда, — удивилась Маруслава. — Значит, организм борется.

— Нужно дать ему время. Полярис сейчас не может. Так что ты или я, — сказала Таня. — Иначе когда он очнётся, может попытаться нас убить. Блин, как я вообще об этом могла забыть? Мы сильно рисковали, не сделав этого сразу.

— Полярис сам хотел но поступай как знаешь, — ответила Маруслава. — Я пока принципы этого всего не до конца поняла.

— Передаю час времени своей жизни… — Таня запнулась, не зная имя незнакомца. — Этому стирателю!

Парень вдруг закашлялся и выгнулся, после чего захрипел:

— … ахиха… нут…

После чего заметался по кровати и снова потерял сознание.

— Ну и кровь у него, — поморщилась Маруслава, показывая испачканную чёрной слизью руку. — Что это вообще за существо?

— Теперь он привязан ко мне, — напомнила в первую очередь себе Таня. — Лишь бы он не был буйным. Полярис говорил, наша Красноглазка была спокойной…

— Тут я тебе точно не подскажу, — развела руками Маруслава. — Лучше скажи, как долго мы так будем сидеть? На сколько у тебя есть запасов пищи?

— Не очень много. Полярис любит свежие продукты, так что не набирает много. Но у меня всегда есть запас макаронов и гречки.

— А вода?

Таня задумалась.

— У нас фильтр. Там резервуар на пять литров.

— И всё?

— Без электричества нет насосов, подающих воду наверх, — пожала плечами Таня. — Так что есть что есть.

— Плохо…

— Проверь сначала, действительно ли её нет, — предложила Таня.

Маруслава что-то проворчала о том, как ужасно жить без магии, а Тень склонилась над Полярисом. Она знала, что это всего лишь откат, и очень скоро он придёт в себя, но всё равно ей было не по себе.

— Люблю… — прошептала она едва слышно и поцеловала его, насколько это позволяли сцепленные зубы.

В глазах Поляриса ненадолго прояснилось. Он улыбнулся и прошептал в ответ:

— Ангел…

Таня улыбнулась.

— Пошли, — сказала она и помогла ему дойти до дальней комнаты теплицы, небольшой пристройки, в которой он приходил в себя в прошлый раз.

Оставив его наедине со своими мыслями, Таня прогулялась к аптечке, вытащила пластыри, нашла инъекцию которая лежала на крайний случай. Что-то сильно повышающее регенеративные свойства организма, из того же похода в лабораторию.

— Нет воды, — хмуро сообщила Маруслава. — Как долго это продлится?

— Понятия не имею. Это происходит впервые.

— Впервые? Совсем?

— Привыкай, Город удивлять любит, — ответила усталая Таня. — Кстати, у тебя часом не т опыта медсестры?

— Есть опыт алхимика. Пойдёт?

— Сейчас буду обклеивать его пластырями, но надо наверное укол ещё сделать. Он вроде как чудеса творит.

— Ещё раны бы промыть той водой из источника, — задумалась Маруслава. — Потом всё остальное. Хотя ксенобиология никогда не была моим любимым предметом…

Началась долгая страшная ночь. В воздухе будто висела угроза, а время — застыло на месте. Вскоре Таня и Маруслава узнали, что нет не только воды и электричества, но даже времени. Все часы окончательно встали, и мир вокруг замер. Только они вдвоём были живыми свидетелями происходившей вокруг аномалии.

Идти часы отказывались все. Даже таймер на телефоне стоял на нуле, будто завис. Оставалось только лежать и… смотреть в потолок. Маруслава достала из ящика Поляриса книги, пока не видела Таня, но та не стала ей препятствовать. Там было что-то про осознанные сновидения.

В окружении зажжёных свечей она сидела в обнимку с книгой и в этот момент вокруг будто весь мир исчезал. Таня изредка любила наблюдать за людьми и их реакциями. Зрелище читающей Маруславы Лакомчевой казалось ей чарующим. Воображение рисовало её в фентезийном доме где летающие хомячки носят ей чай от гигантского самовара, а она продолжает не отрываясь читать книги.

— Ты так любишь читать? — спросила Таня после того, как прошло неизвестное количество времени, показавшееся ей субъективно парой часов.

— В школе у меня было прозвище «буквоежка» и «книжная лакомка»… в честь какого-то персонажа. Ещё дразнили, что я знаю всё и без остановки читаю, — сказала она не отрываясь.

Таня тоже любила читать. Но не настолько всё же.

От нечего делать она занялась наведением уюта в теплице, подмела дорожки и сделала всё что можно было сделать в условиях дефицита воды. Затем ещё какое-то время смотрела с крыши домов на светящиеся туманы под чёрным беззвёздным небом. Несколько раз заходила к Полярису. Сама не заметила, как зачем-то надела его джинсовый плащ. Он давал ощущение спокойствия и защиты. Будто он совсем рядом и вот вот вернётся.

И он был рядом. Только смотрел в стену.

Полярис спустя несколько часов сна постепенно собрал себя и сел в медитацию. Она считала его вдох и выдох и поражалась тому, как медленно и глубоко он дышит.

Время…

Оно просто не шло.

Сутки, двое, трое… а может, ей только казалось, что прошло столько времени. Есть почему-то не хотелось, как и спать. Она прогуливалась по теплице, иногда перебрасываясь парой слов с Маруславой. Она читала уже третью книгу. Илим может, четвёртую. Она сбилась со счёта очень быстро. Но по ней можно было хоть как-то отмерять ход времени в черноте.

Так было долго. До тех пор, пока она наконец не уснула. Укрывшись чёрным джинсовым плащом и положив голову на колени медитирующего Поляриса.

Отключилась. Всего на миг. Как ей тогда показалось. Но когда открыла глаза, чёрное наваждение уже ушло, будто его никогда и не было.

— Доброе утро, Тенька, — послышался мягкий голос её шамана. А за его спиной из-за стеклянных стен теплицы был виден любимый Город с утренним солнцем, запахом свежести и шумом людей, по которым она так соскучилась.

1. День победителей

Новый день встретил меня спокойствием. Когда все внутренние демоны наконец ослабли, а откат воспринимался как лёгкое шевеление картин и склонность к залипанию на мыслях и образах.

Тело ломило. Повышение физической силы на столь долгий период тоже не прошло даром. Мышцы болели так, что руки дрожали.

Рядом была Таня. Она лежала у меня на коленях, но будто почувствовала, что я очнулся. Похоже, я заснул в медитации. Ну и хорошо. Интересно, сколько дней я провёл так?

— Доброе утро, Тенька, — произнёс я и провёл рукой по тёмным волосам.

Она улыбнулась. Как-то так солнечно и радостно, что и мне на душе стало тепло и уютно. Ярко светило утреннее солнце. Пахло свежестью и чистотой.

— Как ты?

— Уже прекрасно, — улыбнулся я и с усмешкой показал дрожащую руку. — Ну, почти.

— Ложись.

— Что? — не сразу понял я.

— Ложись на спину. От этого отлично помогает массаж.

— Спасибо. Ты какая-то странная. Что-то случилось, пока я был под откатом?

— Многое, и ничего.

— Где стиратель? — спохватился я.

— Когда я видела его в последний раз, он был в отключке. Его задело чем-то. Мы с Маруславой вкололи ему укол, промыли раны живой водой и обклеили регенеративными пластырями из той лаборатории. Если это ему не помогло, то… мы сделали что могли.

— Ничего, мы все сделали что могли, — я потрепал её по голове и девушка улыбнулась. — Не знаешь, чем закончилось на площади?

— Ты помнишь, что Мару пробудился?

— Нет…