Артем Тихонов – Проза (сборник) (страница 7)
–Неет, все из деревни мы – говорила сиделка.
–А почему Лизавета, а не Елизавета?
–Так папочка мой захотел. Сказал, что его дочь будут звать Лизаветой. Он очень меня любил, всегда обо мне заботился. Мне его очень не хватает – прослезившись говорила девушка, потом и вовсе зарыдала.
Долго успокаивала госпожа свою верную служанку, даже ей, стальной леди, стало жаль ее. Она сидела, гладила своей морщинистой рукой бережно заплетенные волосы девушки, смотрела в ее крупные и светлые глаза. «Мда… Не дура ты, не дура, а золото. Золото, которого еще не было в моей жизни», – говорила хозяйка.
–Я ведь со всем одна – продолжала сквозь слезы говорить девушка – я ведь поэтому и пошла в мед, чтоб помогать другим людям. Своего папочку любимого не уберегла. Но я дала клятву, я поклялась помогать всем, всем, кто действительно нуждается в помощи.
–Ну а парень у тебя есть? – нежно, как мама, спросила пожилая женщина.
–Нет, и не было никогда. Я вот все одна. Никак не найду своего принца, свое счастье, свою мечту – плакала и говорила девушка.
–Знаешь, я тоже уже очень много лет одна. Муж умер давно, сын ушел в самостоятельное плавание, меня даже не вспоминает. Эх. Никого. Совсем я одна на старости лет осталась. Никому не нужна. Всеми забытая женщина – наивно говорила женщина.
Так они и просидели всю ночь, говоря по душам.
***
Нине Афанасиевне становилось хуже с каждым днем. Врач не мог определить резкое ухудшение состояние госпожи. Конечно, тяжелая болезнь потихоньку съедала ее, но даже такое заметное ухудшение было слишком подозрительным. «Ну все, помираю я!», – вопила некогда стальная леди. «Даже полгода не осилила!». Дни пролетали быстро, уже давно отцвела та душистая медовая сирень, зелень с местной дубравы давно потемнела, летние дни пошли на убыль. Лизавета Петровна продолжала заботиться о своей старушке, целыми днями сидела возле нее. В один день та попросила ее вывезти на каталке в лес, чтоб на последок подышать свежим воздухом. Это желание было исполнено. Нина Афанасиевна в полубреду наблюдала мелькавшее августовское солнце в листве дубрав, жадно ловила нотки чистого воздуха. Не знаю точно, но в этот день она была счастлива. Она увидела то, чего не замечала ранее – окружающую ее жизнь. Вечером этого же дня она скончалась.
В величественную усадьбу стали то и дело стекаться не менее величественные юристы северной столицы. Даже объявился непутный сын Гриша. Он нагло вошел в дом, облил всей грязью России матушки всех знатных юристов, не обошел стороной и юную Лизавету Петровну.
–Ага, стоит такая невинная вся! Это ты мою мать сгубила! Не могла она умереть так скоро! Не могла! Врачи сказали, подтвердили давно, что это невозможно – вопил молодой человек.
Юная девушка стояла испугано, молчала, нервно закусывала губы.
–Молодой человек, успокойтесь, Ради Бога! Ваша покойная матушка умерла своей смертью – в один голос говорили юристы.
–Да не верю я! Бред это – настаивал юноша.
Очень долго шла вся эта сумятица. Григорий по-черному запил, ушел в разгул. В завещании покойной Нины Афанасиевны было сказано, что все имущество передается ее верной подруге суровой жизни Федоровой Лизавете Петровне. То, что это был скандал – ничего не сказать. Вся северная столица гудела аж целый год. Многие видели в этом что-то нечистое, противозаконное, но всем было, по большому счету, все равно, ибо по-настоящему родных людей у Нины Афанасиевны действительно не осталось. Что касается Григория, так тот через два месяца сгинул в своих бесконечных пьянках и азартных играх. По сути, не к кому было и завещать величественный особняк, поэтому никто не стал заниматься этим делом.
Через два года в этот особняк пришла юная девушка по объявлению. Уж очень ей нужна была работа горничной. В просторном и светлом зале никого не было. Как сказал дворецкий: «Ждите! Хозяйка к вам выйдет». И действительно. Буквально через пять минут по винтажной лестнице спускалась, на первый взгляд, влиятельная женщина. Она села в массивное позолоченное кресло, уставилась прямым и строгим взглядом на провинциалку.
–Так, это вы пришли за вакансией горничной? – властно спросила леди.
–Да, знаете, ищу работу – быстро ответила женщина.
Хозяйка казалась настолько величественной, складывалось ощущение, будто она восседала на троне, как самая влиятельная королева. Ее строгий взгляд иногда смягчался легким лукавством, тонкие губы то кривились, то прямо выражали улыбку.
–Вы подойдете мне! – сказала госпожа.
После общения с горничной дама в роскошном платье встала и направилась обратно по винтажной лестнице.
–Извините! – крикнула горничная – как мне к вам обращаться?
–Лизавета Петровна!
Старая мелодия
Светлана Залесская поступала в театральное училище в Москве. Тверь – был ее родным городом. Как провинциалке, ей было некомфортно отвечать перед уважаемой комиссией, смотреть на лица влиятельных и успешных людей, слушать речи столичных мажоров. Она росла в бедности. Ее мать – Наталья Игнатьевна работала простой посудомойкой в кафе, зарабатывала мало, воспитывала дочь одна. Отцом Светы был приезжий актер с приятной внешностью, родом из Рязани. Совместную с ним фотографию Наталья хранила по сей день. В юности она была в него влюблена, хотя знала, что этим отношениям не суждено было быть. Ну она родила, решила растить дочь одна, работала на двух работах, во всем себе отказывала. Света изначально была достаточно творческим ребенком. С ранних лет пела, позже училась в музыкальной школе, также посещала театральную студию, всегда участвовала в школьных постановках. Наталья оплачивала дочке все кружки, лишь бы она развивалась. По окончании школы, юная Света решила поступать в Москву в театральное училище. Вот теперь она стоит перед комиссией в тускло освещенном зале и читает «Евгения Онегина». Она поступила. Теперь ей приходилось не только учиться, но и работать, денег катастрофически не хватало. За последние месяцы ее мама резко сдала, тяжело заболела, не выходила с больничных. В конце ноября ей поставили онкологию желудка, она не могла больше работать. Свете пришлось взять академический отпуск, устроиться на вторую работу, дабы помочь своей матери. Днем она работала официанткой в столичном кафе, вечером мыла троллейбусы в депо.
В феврале месяце владелец кафе Николай Голубев предложил ей работу домохозяйки в его особняке. Деньги предлагал он хорошие, Света согласилась. Она переехала к нему в усадьбу, он выделил ей небольшую, но светлую комнату. Каждый день она меняла белье, стирала вещи, выполняла уборку по дому.
В начале июня мама Светы скончалась. В старой квартире девушке все напоминало счастливое прошлое. Как она играла с мамой, как училась за тем небольшим письменным столом, как музицировала на старом и протертом пианино. Все ей напоминало о прошлом. Будущего Света не видела, или оно было слишком темным, чтобы его разглядеть. Как бы то ни было, она решила вернуться в Москву, чтобы быть подальше от навязчивых воспоминаний. Светлана устроилась на новую работу – теперь она мыла посуду в элитном московском ресторане. Со старой работы ей пришлось уйти, так как Николай Сергеевич стал приставать к ней. Теперь она могла спокойно выполнять свои обязанности. Работала на двух работах: днем продолжала работать официанткой, вечером мыла посуду. В следующем году планировала восстановиться в училище.
Холодной и дождливой осенью она познакомилась с парнем в ресторане, в котором сама работала. Он оказался солидным и достойным юношей из прекрасной и образованной семьи. Они стали встречаться, каждый поздний вечер он заезжал за ней на своем элитном автомобиле класса люкс, после чего они ехали либо к нему, либо в кино. Света наконец-то расцвела за эти последние месяцы, впервые улыбнулась и почувствовала счастье. Через месяц она переехала к нему, больше ей не приходилось работать, денег им вполне хватало. Владимир Пряников был из рода знаменитых предпринимателей Пряниковых. Его отец владел собственной сетью кафе и ресторанов, мама занималась салонами красоты. Родители не одобряли выбор сына, настаивали на том, чтобы он выбрал себе более достойную невесту. Володя же пытался усидеть на двух стульях: родителям обещал не заводить никаких серьезных отношений, Свете говорил, что несмотря ни на что никогда ее не бросит. Она ему верила, она его очень сильно полюбила. Каждый день она ждала его на белоснежном балконе, ждала, когда он приедет на своем черном автомобиле. Несмотря на наемный штат поваров и горничных, Света не могла сидеть на месте и постоянно пыталась сделать приятное любимому. То сама что-то сготовит, то повесит новые стильные шторы в комнате. Он делал вид, что ему все нравится, она верила.
В декабре родители поставили Владимиру условие: либо он бросает Светлану и женится на достойной девушке и получает прежний доход каждый месяц, либо он остается со Светланой и лишается всех родительских благ. Тут Володя не мог уже усидеть на двух стульях, ему пришлось сделать выбор. В этот же вечер он заявил Свете о расставании, собрал ей вещи, и наказал личному водителю увезти ее в город. Разочарованная Светлана вернулась в родную Тверь. Через месяц она узнала о своей беременности, написала Володе, тот сразу заблокировал ее страницу.