Артем Сластин – Провинциальный остеопат. Том 4 (страница 9)
— Расслабься.
— Я расслаблен, — сквозь стиснутые зубы процедил Костя.
Понадобилось какое-то время, но минут через пять ткань наконец стала мягче. Защитный спазм не исчез, но ладонь уже погружалась глубже, а Костя перестал вздрагивать от каждого прикосновения.
— Теперь на спину, правую ногу согни.
Я зафиксировал положение таза, подвёл бедро до барьера движения и попросил слегка надавить коленом мне в руку.
— Двадцать…
— Двадцать процентов, — перебил меня Костя. — Я помню.
— Хорошо, что помнишь, Орехов, — сказал, переходя к изометрическому напряжению. — Только память у тебя выборочная.
Костя недовольно цокнул, но говорить ничего не стал.
На третьем повторении, когда на выдохе немного увеличил амплитуду, наконец стало получше, и интерфейс тут же подтвердил изменение.
«Правое КПС: подвижность восстановлена на 82%.»
Хорошо, теперь настала пора самого главного. Я перевернул Костю на живот и положил левую ладонь на проблемную область поясницы, а правую сверху. Со стороны всё выглядело почти как обычная статическая техника, но перед глазами у меня происходило совершенно другое. Я мысленно отдал команду, и руки окутало видимое только мне через интерфейс золотистое свечение.
По ладоням практически сразу растеклось вязкое тепло и принялось проникать сквозь кожу и мышцы. Перед глазами развернулась трёхмерная модель диска, и красная линия микроразрыва начала медленно стягиваться.
«Локальная регенерация активирована. УСР-1.»
«Синтез коллагеновых структур: усилен.»
«Стабилизация повреждённого участка: 31%… 44%.»
Орехов пошевелился.
— Опять тепло стало, как тогда.
— Тогда ты не дёргался, лежи ровно, — спокойно ответил я, концентрируясь на процессе.
Ткани под пальцами едва заметно пульсировали, и отёчность постепенно уходила, в то время как на виртуальной модели перед глазами корешок освобождался от давления.
Десять минут требуемые на процесс тянулись дьявольски долго. Королёв постоянно прочищал глотку, будто ему туда насыпали песка, а Костя смотрел задумчивым взглядом на стену, где висел мой диплом. Я же, в свою очередь, держал руки на пояснице и с терпением привязанного к мачте Одиссея следил за цифрами.
«78%…82%…85%.»
«Восстановление фиброзного кольца: 95%.»
«Компрессия корешковых структур: устранена.»
«Рекомендация: исключить осевую нагрузку минимум на 72 часа. Последующее возвращение к тренировкам: поэтапно.»
Я убрал руки и выдохнул.
Орехов медленно сел, поправил затёкшие мышцы спины и нагнулся вперёд. Королёв внимательно следил за выражением лица подопечного, скрестив на груди руки, и заметно дышал. Костя встал, выполнил круговое движения бёдрами и прищурился.
— Опять не стреляет, — произнёс он, не глядя на меня. — Ты опять это сделал, Алексей.
— Так что, всё? — хлопнул в ладоши Королёв. — Он готов к выступлению? Всё так просто?
— Не так просто, — ответил я, вытирая руки полотенцем. — Потому что ничего не изменилось. Я не вылечил его, не вернул десять лет жизни, а всего лишь временно избавил его от проблемы. Выступать твой атлет может, но в ближайшие трое суток никаких нагрузок, или порвётся сто процентов.
Костя посмотрел на меня.
— А ты, если хочешь и дальше выступать, задумайся над тренировками. Будешь приезжать ко мне раз в две недели на платный приём коррекции, контроля стабилизаторов и нагрузки. Ты больше не член СКД. Я помогу тебе, как помог бы любому другому, Костя, если ты и сам в этом будешь заинтересован, но если нет…
— Тогда мы знаем к кому обратиться, — хлопнул меня по плечу довольный Королёв. — Вон, как ты его быстро на ноги поставил. Значит, можешь так каждый раз делать.
Я медленно перевёл взгляд на его массивную ладонь у меня на плече.
— Нет, Королёв. Постоянно тушить пожары, которые ты разводишь, я не собираюсь. В следующий раз, если ты доведёшь своего подопечного до рецидива, исправлять уже будешь всё сам. Так что это касается вас обоих. Я готов за плату поддерживать и следить за состоянием Орехова, раз уж тебе плевать, но, если… Слушайте меня оба, внимательно слушайте. Если вам обоим плевать с высокой колокольни, то и мне станет тоже. И никакие деньги не заставят меня заниматься бесполезной работой. Это понятно?
Костя надел обратно футболку и застегнул дутую куртку, а Королёв внимательно посмотрел на меня и приподнял правую бровь.
— Знаешь, Смирнов, прошлый раз я назвал тебя размазнёй и сказал, что в этом бизнесе тебе не выжить. Может, я всё же оказался не прав, но это мы ещё посмотрим. Спасибо, что поставил на ноги Орехова, полтинник переведу на карточку, — вдруг он усмехнулся. — И кто знает, может, когда Костян будет забирать медаль, упомянет тебя в своей благодарственной речи.
— Посмотрим, — коротко ответил я и указал на дверь.
«Критическое функциональное нарушение устранено.»
«Структурная целостность сегмента L5-S1 восстановлена.»
«Поэтапное возвращение подопечного к спорту.»
«Награда: +110 очков».
«Текущий баланс: 156 очков.»
Глава 4
Я сидел за столом, глупо улыбался и уже в третий раз проводил пальцами по поверхности свеженького документа: «Свидетельство о профессиональной переподготовке. Инструктор-методист по лечебной физкультуре и адаптивной физической культуре.»
Вот и всё. Учёба на этом была закончена.
Последние зачёты, комиссия и несколько вопросов, а затем короткое рукопожатие и поздравления. Никаких фанфар и торжественной музыки, просто в один момент я перестал быть простым парнем, который пытался объяснить окружающим, как и почему их самочувствие улучшилось после обычного массажа. Теперь мне не придётся придумывать отмазки почему физрук восстанавливает людей, и с официальной бумагой смело могу заниматься этим открыто. И даже можно устроиться на работу, если бы мне хотелось конечно. Да и врачом, я тоже не стал, но и цели такой у меня пока и не было.
Зато теперь мог вполне законно вести восстановительные занятия и работать в направлении адаптивной физической культуры. Так что план пока выстраивался весьма интересный: заниматься возвращением спортсменов к нагрузкам и зарабатывать на этом деньги и очки Системы раз уж на то пошло.
Я поднялся и пристроил свидетельство рядом с дипломом ГЦОЛИФКа.
— Неплохо выглядит. — Заключил я, отойдя на несколько шагов назад.
Ещё бы неплохо заиметь кабинет побольше, купить аквариум с декоративными рыбками, как Илья советовал, и посадить администраторшу, чтобы занималась скучной частью моей работы.
Впрочем, всё это со временем будет. Обязательно будет, но только не сейчас. Сейчас я всё ещё в начале своего пути и прежде, чем вкладывать деньги в развитие, нужно разобраться со здоровьем отца, который должен приехать на операцию через несколько дней.
Стрелка часов отбила ровно 13:00, и я инстинктивно взглянул на тёмный экран телефона. Тишина. Уже было приготовился набирать номер, как меня опередило входящее сообщение от знакомого абонента.
Буквы выстраивались в предложения, а я поймал себя на мысли, что не чувствую абсолютно ничего. Ни злости, ни грусти за отсутствие благодарностей… ничего. Лишь холодное безразличие к тому, кто ещё несколько дней назад смог воззвать к моей совести.
— Ну и хрен с тобой. — Произнёс вслух и убрал телефон.
Через мгновение он вновь зажужжал, и я сначала подумал, что Орехов решил объясниться, всё же позвонив, но на экране всплыло имя Максима Ковалёва. А вот это уже интересно… надеюсь у него-то хоть рецидива не будет.
— Привет, Максим. — Произнёс я, прикладывая трубку к уху.
— Алексей Николаевич! — Голос Ковалёва звучал так, будто он только что выиграл в лотерею. — У меня получилось!
— Ну тогда поздравляю. — Улыбнулся я, поглядывая на часы, — Неплохо бы ещё знать, с чем именно я тебя поздравляю.
— Мастер спорта! Я сдал норматив на мастера спорта! На областных! У меня получилось!
Я невольно улыбнулся ещё шире.
— Ну тогда ещё раз тебя поздравляю, только следи за своим коленом, не перетруждайся сильно.
— Это ещё не всё! — Продолжил он взахлёб. — Там был тренер резервного состава сборной, после заплыва он подошёл сначала к моему тренеру, а потом ко мне. Короче… меня приглашают на ближайший сбор на озере Круглом!
Мне пришлось быстро загуглить, насколько элитным считается данное место среди пловцов и удивился, когда выяснилось, что оно одно из самых престижных.