Артем Сластин – Мастер Рун. Книга 9 (страница 33)

— Да.

— Понял, но в общем это хорошая конструкция, и я бы сделал для правой.

— Нет, нужна именно для левой.

— Понял, вопросов нет.

Я кивнул. Умный мужик. Двадцать лет в ремесле — это не хухры-мухры, даже уточнять не стал зачем заказчику нужны определённые вещи, пусть хоть колом на голове чешет, лишь бы платил.

— Тогда слушайте, — продолжил он, и теперь его голос стал жёстче, деловитее. — На пластинах тыльной стороны и чешуйках пальцев — гравируйте что хотите, площади хватит. Кольчужные перемычки трогать не советую, слишком мелко, да и при движении кольца смещаются друг относительно друга, ваши линии поплывут.

Всё же за руны мастер-кузнец совсем не шарил, ну да и ладно. Тот факт, что показал, как лучше меня устраивал полностью

— А ладонь?

— Ладонь, — он постучал по нижней части чертежа. — Тут я бы сделал иначе. Вместо сплошной кольчуги, вплету в центр ладони одну круглую пластину, вот здесь. — Он нарисовал кружок размером с крупную монету. — Заподлицо с плетением, вровень, чтобы не мешала хвату. Но у вас будет ровная площадка прямо в центре ладони. Пальцы пережимать не будет, они подвижная, смещается чуть при сжатии в кулак.

Я уставился на этот кружок. Потом на Тань Фу. Потом снова на кружок.

— Мастер Тань, — сказал я, — Можете начинать, меня всё устраивает.

— Не вопрос, — ответил он без тени улыбки. — Покажите руку.

Я протянул левую ладонь. Тань Фу взял её обеими руками, профессиональным жестом, как портной берёт ткань. Ощупал каждый палец, суставы, ширину ладони, обхват запястья. Достал из-за пояса мерную ленту и быстро снял десяток размеров, диктуя цифры младшему Ма, который записывал на обрывке бумаги.

— Где бруски? — спросил Тань Фу, закончив обмеры.

Я показал ему три бруска синего льда, лежавших на дальнем конце стола, каждый размером с ладонь и толщиной в два пальца. Сплав был красивый, тёмно-голубой, с серебристыми прожилками, холодный на ощупь даже через ткань. Когда свет из окна падал на поверхность, по ней бежали тусклые искры, словно в глубине металла были заморожены крошечные молнии.

Тань Фу взял один брусок, взвесил в руке, пощёлкал по нему ногтем, послушал звон. Потом кивнул.

— Хватит. Впритык, но хватит. Из трёх брусков выйдет перчатка и останется обрезков на два-три десятка колец.

— Когда начнёте?

— Сейчас. — Он повернулся к братьям. — Старший Ма, горн. Младший, тигли и волочильную доску. Проволоку тянем первой, она дольше всего.

Братья исчезли так быстро, словно растворились, я невольно подумал об Инь Сине и его тенях. Тань Фу аккуратно завернул бруски в кожаный лоскут и пошёл в соседнее помещение, где стоял горн. На пороге обернулся.

— Через пару часов покажу первую чешуйку. Если размер устроит, пойдём дальше.

— Одного раза хватит, — сказал я.

— Посмотрим, — ответил Тань Фу и вышел.

Я остался один. Точнее, почти один. Бабай вылез из сумки, потянулся на столе, понюхал чернильницу и улёгся прямо на стопку чистых листов, свернувшись калачиком. Через мгновение из соседнего помещения донёсся мерный звон — братья Ма разжигали горн.

Ладно. Пока мастера превращают бруски в перчатку, мне нужно закончить свою часть работы.

Я вернулся к записям и развернул перед собой три листа, исписанных ночью и дополненных сегодня. На первом, защитный режим, уже проработанный. На втором самый настоящий ударный, пока в черновике. На третьем, схема переключения между ними.

— Ну переделывать, не мешки ворочать. — решил я, и заодно отмечая, как упростилась задача.

Потому что у меня в голове было только два варианта защищенных перчаток, это как раз кольчужная варежка и как у рыцаря в средневековье. Хотя сам я обычно пользуюсь простыми перчатками с кожи с металлическими вставками на тыльной стороне ладони, и пока они не подводили. Даже возникло пожелание сделать когти на пальцы, но я передумал. Слишком пафосно. Так по рисунку, получается рабочая крепкая сборка, а с когтями уже не то.

Начнём со второго. Раз мы теперь знаем, что и куда совать.

Ударный режим активировался раскрытой ладонью. Пальцы врозь, ладонь вперёд, импульс этера через центральную пластину — ту самую, которую Тань Фу предложил вплести в кольчужное полотно. Идеально. Словно перчатку проектировали вместе, хотя мы познакомились полчаса назад. Хотя изначально я планировал бить немного не так, зато получилось вполне себе в духе железного человека.

Что использовать в качестве атакующей силы, я выбирал долго, сразу отставляя огонь, и всё тот же усиленный удар, способный оттолкнуть врага достаточно далеко. Нет, мне нужно было нечто, от чего у старого оружейника дёрнется бровь.

Ток.

Электрический разряд. Руна, которую в боевых контурах казалась бесполезна, потому что она капризная, опасная для самого мастера и требует точнейшего контроля и огромного моря этера. Большинство рунмастеров знали её только по справочникам. Я сам до этого с ней не работал, а тут вот решил. Потому что Синий Лёд, хехе. Была бы обычная сталь, был бы огонь скорее всего, за универсальность.

Но именно из-за металла, в котором этера было много изначально, ток был идеален. Правильная связка накопителя, добавит ему еще мощности, и даст возможность нанести один, максимум два удара. Но против практиков закалки мышц и кожи, которые привычны к ударам этером и огнём, электричество было штукой крайне неприятной.

Должно быть неприятной.

Проблема была в изоляции. Если я бью током через перчатку, которая надета на мою руку, то я, по всем законам здравого смысла, бью током прежде всего себя. И тут начиналась настоящая работа: кропотливая и ювелирная.

Я чертил, стирал, перечерчивал, исправляя найденные ошибки и не отвлекаясь больше ни на что.

Через какое-то время, как и обещал, вернулся Тань Фу. В руке он держал маленькую пластинку, чешуйку размером с ноготь большого пальца, безупречно отполированную, с двумя крошечными отверстиями по краям для заклёпок. Синий лёд на свету играл холодным мерцанием.

— Вот, — сказал он, положив чешуйку на стол передо мной. — Смотрите. Если устраивает — делаю остальные.

Я взял пластинку. Выглядело очень красиво и качественно

— Устраивает, — сказал я и не удержался. — Вы хороший мастер, Тань Фу.

— Я знаю, — ответил он и ушёл обратно к горну.

Лу Цзюнь дважды заглядывал из соседней комнаты, видел мою согнутую спину и молча уходил. Один раз принёс чай и миску лапши, за что я был благодарен больше, чем за любой рунный справочник. Щенка то кормить нужно, в отличие от меня. Бабай сожрал всю лапшу и очень жалел, что там не было мяса, пока я отвлёкся на перерисовку контура, и совершенно не раскаивался. Мясо я ему пообещал позже и много, так что договориться удалось быстро.

К ночи все три рунные схемы были готовы. Правда пока только на бумаге.

Тань Фу заглянул перед уходом. Показал заготовку ладонной пластины с центральным диском и четыре готовых чешуйки для указательного пальца.

— Кольчужное полотно для ладони на половине готовности, братья Ма доплетут утром, днем я соберу каркас, — отчитывался Тань Фу передо мной. — К вечеру подгоню по руке и будет готово. Дальше ваша работа.

— Спасибо, мастер Тань.

Он кивнул и ушёл, забрав братьев. Я остался один в мастерской.

Неспешно вернулся к столу. Разложил все двенадцать листов с рунами в порядке нанесения. Пересчитал расход этера для каждого режима, проверил контактные точки между пластинами, места, где рунный контур одной пластины должен был соединяться с контуром соседней через общий символ Узла. Нашёл одну мелкую ошибку в расчёте пальцевой связки, руна Фокус на безымянном пальце, потенциально могла начать конфликтовать с руной переделанного Барьера в режиме щита, потому что обе тянули этер из одного канала одновременно. Пришлось добавить руну Дел, разделитель потока, на тыльную пластину, между управляющим контуром и исполнительными связками. Это стоило мне ещё час работы и два испорченных листа.

Но к полуночи схема была готова. Полностью. Каждая руна на своём месте, каждый поток этера рассчитан, каждый переход между режимами проверен трижды.

Я смотрел на эти двенадцать листов и понимал — это лучшее, что я сделал за всё время работы с рунами. Не самое сложное, нет. Пространственный рюкзак был сложнее с точки зрения математики, да и другие мои изделия, были весьма серьезными, взять ту же кирасу. Но перчатка была первой вещью, которую я создавал с нуля, от идеи до чертежа, для себя, под свою руку и под свой стиль боя.

Заодно эта перчатка послужит началом создания полноценного доспеха для меня, останется только закупить нужное количество металла, и начать по немного собирать узлы и сборочные конструкции, чтобы потом собрать их в единый сет. Конечно, костюм железного человека у меня не получится, но и то, что может выйти в итоге будет весьма неплохой вещью.

При этом я всё же нехотя признал, что затеял все это сейчас только с одной целью, заставить злого старика с молниями на вывеске признать, что не зря открыл мне дверь.

Вот доделаю и посмотрим, кто кому утрёт нос.

Глава 15

На следующий день, в мастерскую я пришел только к обеду. Моя часть была сделана, нарисована и я ждал только рабочей перчатки, чтобы заняться своим ремеслом. С утра мы с Бабаем ходили по местным садам и лесочкам, в обилии находящимся в городе, пометили, так сказать, всё, куда дотянулся мохнатый, и вкусно поели сразу в двух забегаловках. Не каждый день ешь пельмешки из духовного мяса лосося, да и лапшу сделанную из золотого риса я проигнорировать не смог, дорого, но вкусно.