Артем Сластин – Мастер Рун. Книга 8 (страница 34)

— Фууух… — я коротко выдохнул.

Держите меня семеро, да я только разогрелся!

Глава 14

Третий бой запомнился мне не из-за сложности, в техническом смысле он был, пожалуй, самым простым из четырёх. Запомнился он тем мерзким послевкусием, которое остаётся, когда тебе врут в лицо, знают, что ты понимаешь это, и им абсолютно всё равно.

Противник оказался невысоким, плотным парнем с хитрыми, чуть прищуренными глазами и пустой рубахой, никакого знака и принадлежности. Вольный практик. Таких на турнире было человек пять или шесть, не больше. Большинство из них вылетело ещё в первом круге, растворившись в толпе так же незаметно, как появились. Но этот добрался до третьего, а значит, что-то за душой у него было.

Он начал провоцировать с первых же секунд. Ухмылка, которую он, видимо, считал обезоруживающей. Серия дёрганых обманных движений, рассчитанных на то, чтобы я дёрнулся раньше времени и поймал пустоту. Руки демонстративно опущены, стойка расслабленная, мол, стою, скучаю, жду, пока ты сам себя угробишь.

Но когда он всё-таки двинулся, то двинулся быстро. Три удара, один за другим, жёстких и грязных, без какого-либо украшения. Первый, прямо в горло, я убрал подбородок, и его кулак скользнул по скуле, обжёг кожу. Второй, крюк снизу, в пах, я успел повернуться на полкорпуса, принял на бедро. Третий, открытой ладонью в глаза, пальцы растопырены, и вот это было уже откровенным свинством, никак иначе не назову.

— Нарушение! — крикнул кто-то с трибун, и не один голос, а сразу несколько, слившихся в одно возмущённое месиво.

Судья стоял и молчал. Формально, и тут я вынужден был признать его правоту, хоть и через зубы, ни один удар не прошёл чисто. Он промазал, а я успел отдёрнуть голову в самый последний момент, когда пальцы были уже в ладони от моего лица.

— Повторное нарушение — снятие, — произнёс судья ровно, без эмоций.

Ухмылка исчезла, будто он снял маску и убрал в карман. Он перестНал разыгрывать спектакль и перешёл к делу, осторожнее. Начал прощупывать мою защиту короткими точечными ударами. Методично, почти педантично и совсем не похоже на то, каким он казался в начале.

Я позволил ему начать. Пропустил удар в левое плечо, несильный, скорее зондирующий, принял его чуть подчёркнуто, сместив центр тяжести так, чтобы это выглядело как реакция на боль. Он замер на долю секунды, считывая. Ответ, судя по всему, его устроил. Второй удар туда же. Третий.

Когда он в четвёртый раз пошёл к моему левому плечу, с тем же подшагом и разворотом корпуса, я не стал уходить. Развернулся навстречу и вложил прямой удар в грудь. Тяжёлый, без изящества, и от всей души.

Он явно не ждал, что я выйду вперёд вместо отступления, тело среагировало раньше головы, ноги запутались, и он сел на каменный пол арены, приложившись копчиком. По его лицу было видно, что досталось ему разом с двух сторон — и от удара, и от падения.

Я шагнул вперёд и встал над ним. намекая что могу продолжить, и он это видел, и я видел, что он видит. И тысячи человек на трибунах видели всё то же самое. Но бить лежачего, тем более вольного практика, который пришёл сюда один, без школы и поддержки, и дрался на пределе того, что умел, я не собирался. Здесь можно и в рыцаря поиграть, только очки наберу. Он посмотрел на меня снизу вверх, потом скосил глаза на судью. Тот начал счёт.

Он не поднялся. Понял, что его всё это время читали и вели.

Победа. Третья.

Перерыв затянулся. Несколько боёв подряд были долгими. Один длился минут пять, что для турнира считалось вечностью. трибуна начала подвывать от скуки, пока два парня примерно равной силы мутузили друг друга на площадке, не давая и не получая чистого преимущества, пока один из них не оступился на камне и не упал. Трибуна к этому моменту уже так извелась, что взревела с облегчением, радуясь не столько победе, сколько тому, что это наконец закончилось.

Я сидел на скамье, прислонившись спиной к холодной стене, и дышал, собираясь с собой и смотря за боями. Парень из клана Ли, бритый, проиграл в четвёртом круге. Нарвался на одного из двоих Драконов, того самого пятнадцатилетнего, и продержался сорок секунд, что, если честно, было неплохо, потому что предыдущего противника мальчишка в зелёной рубахе ушатал за двадцать.

Бритый сидел на скамье рядом со мной, прижимая мокрую тряпку к разбитой губе, и ничего не говорил. Я тоже ничего не говорил. Не тот момент. Есть ситуации, когда молчание рядом ценнее любых слов, и мы оба это понимали.

— Тун Мин! На площадку! Четвёртый бой!

Четвёртый противник. Сунь Бо, из клана, герб которого я наконец рассмотрел, стилизованный ястреб с раскрытыми крыльями. Клан Сунь, не самый крупный, но уважаемый, с традициями и деньгами на пилюли и хорошую еду.

Технически он был сильнее меня в плане чистого развития, и это я видел невооружённым глазом. Его движения были быстрее моих, реакция острее, и когда он разминался перед боем, каждый удар по воздуху выходил отточенным и завершённым, с хирургической точностью, появляющейся только после нескольких лет ежедневной практики с хорошим наставником.

Академически идеальный боец, вот что я увидел, когда считал его стойку и манеру двигаться. Каждая комбинация, как из учебника, стойка правильная, переходы между позициями чистые, ритм дыхания ровный. Его тренировали долго, дорого и качественно, и это чувствовалось в каждом движении, в каждом повороте корпуса, в том, как он ставил ноги.

Красиво, но предсказуемо.

Судья дал команду. Сунь Бо пошёл вперёд, не собираясь задерживаться на мне.

Минуту я уходил. Просто уходил, отступал, скользил, качался, позволяя ему атаковать и тратить силы на удары, которые проходили мимо. Он бил, я уворачивался. Бил, я уворачивался.

Каждая серия была безупречна, три-четыре удара, жёстких, точных, направленных в уязвимые точки, и каждая серия шла мимо, потому что я знал, куда полетит кулак, раньше, чем его плечо начинало разворот.

Трибуна начала недовольно гудеть. Кто-то крикнул «Дерись, трус!» и ещё что-то обидное, что я не расслышал и расслышать не стремился. Пускай кричат. Мне было не до них, у меня была своя арифметика, и в этой арифметике каждая пропущенная секунда стоила дороже любого аплодисмента.

Я ждал.

И дождался. Через минуту его дыхание сбилось. Не сильно, на четверть тона, едва заметно для обычного глаза. Удары потеряли звенящую точность, которая была в начале. Между сериями появились паузы, крошечные, в полсекунды, когда тело восстанавливало баланс и мышцы требовали кислорода.

Вот этой паузой я и воспользовался.

Сунул кулак в печень.

Он не ожидал, потому что я до этого ни разу не атаковал, и его тело рефлекторно согнулось вправо, защищая пострадавший бок и открывая подбородок. Локоть снизу, в челюсть, короткий, без замаха, из тех, которые мастер Цао вбивал в меня каждое утро, приговаривая, что на площадке у тебя нет времени размахиваться. Голова Сунь Бо дёрнулась назад. И ладонь в грудь, тяжёлая, с толчком, используя инерцию его же отклонения. Каждый следующий удар вырастал из предыдущего, три звена одной цепи, которую я собрал за долю секунды.

Сунь Бо лежал на каменной площадке, раскинув руки. Дышал часто, ровно, но встать не мог. На счёте «четыре» попытался, опёрся на локоть, локоть подломился.

— Пять. Победа — Тун Мин, Секта Каменного Молота!

Трибуна загудела. По-настоящему, не жидкими хлопками, а гулом, в котором было удивление и что-то вроде интереса, неожиданного, настороженного, но живого. Четыре боя подряд, четыре победы, и этот разноглазый парень в серой рубахе с непонятным молотом на спине ни разу не получил чистого удара. Ни разу. Я слышал обрывки фраз из трибуны, отдельные голоса, которые долетали сквозь общий шум и мне это льстило:

— … как он двигается, хорош…

— … Каменный Молот, это что ещё за…

— … худой, а четверых победил, ты видел третий бой?..

Я вернулся на скамью. Тело пело от адреналина, мышцы были разогреты и готовы, и я чувствовал себя так, как давно не чувствовал, до кончиков пальцев, до последней клетки, здесь и сейчас, без остатка. Да, на турнир стоило пойти только ради этого!

Хороший день.

— Тун Мин! Пятый бой!

Я встал и подошёл к распорядителю, который стоял у края площадки с длинным списком. Он нашёл моё имя, провёл пальцем по строке и посмотрел на меня.

— Тун Мин, Секта Каменного Молота. Против — Тан Цзюнь, клан Железной Горы.

— Насколько я знаю, он находится на средней стадии закалки мышц? — спросил я, хотя знал ответ.

Распорядитель посмотрел в список.

— Срединная закалка мышц. — подтвердил мужчина. — Ты или дерешься или я засчитываю тебе поражение.

— Но…

— Это заказной бой секты Нефритового Дракона. — раздраженно сказал распорядитель. — Так надо. Ты дерешься?

Ну чего началось-то!

Меня этот кабан как капусту разделает. Я медленно обернулся и посмотрел на площадку.

Он уже стоял там. Лицо спокойное, ни злости, ни бравады. Он ждал боя, и от него шло то, что мастер Цао называл «давлением бойца», когда человек одним присутствием заставляет окружающих чувствовать, что они стоят не в том месте и не в то время. У меня такое никогда не получалось, слишком мал.

— Да.

Я вдохнул и пошёл к площадке. В конце концов, не корову проигрываю, убивать тут не будут.

А то, что бой нечестный, так они уроды.