Артем Сластин – Кодекс Практика: Страница 2 (страница 31)

Исходя из прочитанного получалось, что тёмный культиватор хотел обмануть судьбу, не даровавшую ему божественный талант, но не сумел, нарвавшись на более сильного собрата. Впрочем, туда ему и дорога.

Я на минуту задумался, о том, а есть ли у меня духовный талант? И если да, то, как об этом узнать? Если бы Кодекс выдавал информацию обо мне как в онлайн играх, типа сила такая-то, столько пунктов ловкости, и всё такое прочее, было бы значительно удобней жить в эту новую жизнь. Но чего нет, того нет, спасибо и на том, что показывает текущий прогресс очистки тела и мой ранг продвижения в статусе культивации, и то хорошо.

Но думаю, информацию о таланте если и появится, то только после того, как я вступлю на путь культивации, перестав быть обычным смертным.

Продолжая изучить открывшиеся разделы Кодекса, увидел обновление информации о кровавых пилюлях ци, полученных после того, как я потрогал все свитки. Получается, на основе полученной информации Кодекс открывает дополнительную информацию о предметах?

Чёртово дозирование. Выходит, то, что он пишет, это не стопроцентный и исчерпывающий факт, а лишь приоткрытие небольшой завесы тайны на основе моего уровня развития. Впрочем, это я уже и так понял.

В обновлённой информации, составленной на базе трактатов об алхимии, был указан альтернативный способ использования кровавых пилюль ци.

Объект: Бледная погань (1 ранг), растущая на теле умершего культиватора, обладает уникальной способностью абсорбировать и перерабатывать дефектную энергию кровавых пилюль. Раствор, приготовленный из одной пилюли и специальных реагентов, при поливе под корень растения, полностью усваивается в течение 7–10 дней, не нанося вреда окружающей среде.

Потенциальный эффект: регулярная подкормка ускоряет рост и созревание растения, повышает его ранг. При сохранении режима подкормки (1 пилюля в неделю) и оптимальных условиях (стабильная температура, умеренная влажность, отсутствие сквозняков) Бледная погань может достичь 4 ранга.

Примечание: растение, выращенное на кровавых пилюлях, сохраняет все свои целебные свойства, но приобретает дополнительную способность — нейтрализацию ментального шума. Экстракт из такого растения может использоваться для лечения практиков, пострадавших от неправильной культивации или воздействия тёмных искусств.

Я перечитал этот текст раз десять.

Так вот оно что. Вместо того чтобы использовать пилюли по их прямому назначению, что я точно делать не собирался, я мог использовать их как удобрение. Кормить ими растение, растущее на трупе. И через какое-то время получить выращенный на стероидах ингредиент четвёртого ранга, который, судя по описанию, стоит целое состояние.

Если так задуматься, то это было приемлемо. С этической точки зрения — более чем. Я не убивал людей, чтобы получить эти пилюли, я не поддерживал производство новых. Я просто нашёл то, что уже существовало, и нашёл способ использовать это без вреда для себя и без распространения зла. И, судя по запасам в шкафах, у меня были и необходимые реагенты для приготовления раствора.

Идея вырастить собственный ингредиент четвёртого ранга, в собственной лаборатории, собственными руками, казалась мне всё более привлекательной. Это был интересный вызов, которым я мог заниматься в процессе саморазвития. Потерянная рыбина второго ранга уже начала забываться мною как досадное и мелкое недоразумение, приведшее меня к обладанию неисчислимыми сокровищами.

— Значит решено! Первым делом, как закончу с делами, займусь выращиванием ингредиента, который позволит заняться культивацией, без поглощения человеческих душ! — Я звонко хлопнул в ладоши и тут же обернулся.

Сначала показалось, что от моего удара, где-то осыпался потолок и на пол рухнула каменная плита. Вот только я всё ещё не был таким сильным, а стены, выточенные в цельном камне, не могли пострадать от одного хлопка. Секунда… за ней вторая и снова этот звук.

Я инстинктивно положил ладонь на рукоять ножа, который ранее купил у кузнеца и медленно выдохнул. Кто-то ещё наткнулся на этот дом? Не может быть, я позаботился, чтобы люк невозможно было обнаружить, если только не знать где искать.

В голове проскользнула мысль, что возможно вернулся убийца. Мне ещё тогда показалось странным, что он, разделавшись с местным практиком, оставил всё как есть и попросту удалился. Почему не уничтожил пилюли или хотя бы не забрал с собой? Оставил богатство, не прервал алхимический круг… ничего! Если только он не планировал занять место и обжиться в этой лаборатории самостоятельно.

В таком случае — мне конец!

Перед глазами замелькали образы. В одних, меня размазывали, словно муху на стекле. В других тёмный культиватор одной рукой пробивал мне грудь, а затем подвешивал как тушу, из которой позже начнут произрастать грибы. Оба сценария, мягко сказать, меня не особо радовали, но бежать уже некуда.

После очередного удара, послышались человеческие шаги и едва различимый шёпот. Незнакомцев явно было больше одного, а значит шанс появления загадочного убийцы постепенно сходил на нет. Я осмотрелся по сторонам, пытаясь отыскать место, где можно было спрятаться, но лаборатория и без того была слишком мала.

— Пошли, пошли, вдруг… опа! — Взвизгнул парень, увидев меня посреди комнаты. — Я же тебе говорил, что мы его здесь найдём! Сумо может и дурак, но дурак с той ещё чуйкой! Ну что, поварёнок, думал мы тебя не выследим?

Лун и Вэй. Два упыря, которые следовали за Сумо и исполняли все его приказы.

Вэй хихикнул, оглядывая комнату. Его взгляд скользнул по столу, по полкам, по шкафам — и замер на ключе, лежавшем на виду.

— А это что у нас тут? — он шагнул к столу, игнорируя меня, словно я был пустым местом.

— Не трогай! — рявкнул я, загораживая ему путь.

Лун расхохотался. Гулко, раскатисто, словно я сморозил великую глупость.

— Слышь, Вэй? Он нам угрожает. Смертный угрожает культиваторам. Скажи кому, не поверят. — Он шагнул ко мне, и я невольно отступил. — Ты, смертный червь, хоть понимаешь, что мы можем сделать с тобой одной левой? Размажем по стенам тонким слоем.

— Оставь его, — отмахнулся Вэй, уже взявший ключ со стола. — Давай лучше посмотрим, что тут интересного. Может наконец старейшина вознаградит нас, и мы получим нормальные трактаты по культивации.

Лун скривился, но любопытство пересилило. Он схватил меня за шкирку, отшвырнул в сторону — не сильно, но достаточно, чтобы я впечатался плечом в стену, где раньше лежало тело практика, коротко застонав от боли.

— Сиди тихо, — бросил он, даже не взглянув в мою сторону. — И не рыпайся.

Вэй тем временем уже возился со шкафом. Замок щёлкнул, дверцы распахнулись. На полках, так же как я их оставил, лежали слитки — серебряные и золотые. Он замер, раскрыв рот, и рука его, всё ещё сжимавшая дверцу, мелко задрожала.

— Небеса… — прошептал он, не в силах отвести взгляд. — Сколько же это… сколько же это всё…

Лун, стоявший у него за спиной, вдруг издал сдавленный, почти звериный звук — не то всхлип, не то рык, — и отпихнул товарища в сторону, буквально втиснулся между ним и шкафом.

— Дай сюда! Дай глянуть! — зачастил он, хватая один из золотых слитков дрожащими пальцами. — Тёплый… смотри, тёплый! Настоящий! — он поднёс его к свету, повертел, даже куснул уголок и, убедившись, что металл настоящий, судорожно сунул слиток за пазуху.

— Ты чего творишь, очумел⁈ — заорал Вэй, вырывая у него слиток обратно. — Я первый нашёл! Я ключ нашёл! Моё! Это моё!

— А я за тобой в эту дыру полез! — взвизгнул Лун, неожиданно для себя проявив характер. — Без меня б ты сюда даже не сунулся! Я выследил его с верхнего яруса! Я заметил его на отборе, а не ты. Пополам делим!

— Поровну⁈ — Вэй аж задохнулся от возмущения, лицо его налилось кровью, на шее вздулись жилы. — Да ты очумел, образина? Да ты больше сотни медяков в руках никогда не держал, зачем тебе столько.

— Как зачем? Чтобы купить пилюли, и трактаты, и вообще… — он вдруг замолчал, потому что его взгляд упал на небольшой кожаный мешочек, лежавший в глубине полки, за слитками.

— А это что? — спросил он шёпотом, указывая дрожащим пальцем.

Вэй протянул руку, взял мешочек, развязал тесёмки и высыпал содержимое на ладонь.

— Духовные камни… — выдохнул он, и голос его сорвался на писк. — Это же… это же духовные камни, Лун! Я о таких только слышал! На них… на них можно купить всё! Всё, что захочешь!

Лун стоял, вытаращив глаза, и его лицо, выражало такую жадность, такую животную, всепоглощающую алчность, что Вэй невольно отшатнулся.

— Дай… дай сюда… — прохрипел Лун, протягивая руку. — Дай посмотреть…

— Стоять! — рявкнул Вэй, отступая на шаг и пряча мешочек за спину.

Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша, и воздух между ними, казалось, накалился до предела. Ещё минута — и они вцепились бы друг другу в глотки, не поделив ещё не поделенное богатство.

Но тут Вэй, отведя взгляд от Луна, снова посмотрел в шкаф. И замер.

— А это… — снова прошептал он, и в голосе его вдруг появились новые нотки — не жадность даже, а какой-то благоговейный, почти мистический ужас. — А это что там, в глубине?

Лун обернулся и мне захотелось стукнуть себя по лбу. Шкатулку с кровавыми пилюлями то я не закрыл, и они сейчас лежали на бархатной подушке.