Артем Сластин – Кодекс Практика: Страница 2 (страница 29)

Я выдохнул, отгоняя мысли о деньгах, и продолжил инвентаризацию. Нужно было знать, что у меня есть, даже если я не могу этим пользоваться. Обнаружил большое количество предметов быта, немного провизии, по большей части испортившейся от времени. Но самое интересное я нашёл в жилой комнате практика. Шкатулка из тёмного дерева, инструктированная серебром. Она даже по виду была очень непростая, поэтому я поспешил полюбопытствовать, что внутри.

Внутри, на бархатной подушке, снова лежали камни. Я даже подумал, что это опять духовные, но потом заметил, что они отличаются. Красные, как кровь, размером с горошину, с чёрными прожилками внутри, напоминающими сгустки запёкшейся крови. Их было десять. Десять маленьких, зловещих камешков, от которых веяло холодом и какой-то неправильной, искажённой энергией. Даже на вид они казались больными и уродливыми — в отличие от чистых, переливающихся духовных камней.

Я коснулся одного из камней кончиком пальца.

Объект: Кровавая пилюля ци (дефектная)

Ранг: 2 (нестабильный)

Свойства: концентрат жизненной энергии, полученный в результате алхимической переработки человеческих тел (не менее 100 единиц биомассы на одну пилюлю). Технология изготовления нарушена: отсутствует этап очистки ментального шума и стабилизации энергетической структуры.

Потенциальное применение: при приёме внутрь вызывает временный мощный прилив ци, оказывает мощный регенеративный эффект, но с высокой вероятностью (78–92 %) приводит к необратимым изменениям личности, помутнению рассудка, появлению галлюцинаций и неконтролируемой агрессии. Длительное использование гарантирует превращение в одержимого — существо, лишённое разума, движимое только инстинктом поглощения жизненной энергии.

Предупреждение: объект содержит фрагменты разрушенных сознаний. При контакте с живым существом без защитной ментальной брони (стадия Зарождения Ядра и выше) фрагменты могут инициировать процесс слияния, что приведёт к множественной диссоциации личности и полной деградации практика.

ps: ВНИМАНИЕ! Мимимишной истории про становление повара не получилось, и она всё больше и больше скатывается в кровавое безумие. Дальше вы читаете на свой страх и риск. Мир ожил и сам диктует свои правила. Я больше не могу на него влиять. Лишь описывать происходящее с точки зрения стороннего наблюдателя.

предупреждение 2!!! До конца 2 книги будет кровь кишки и чернуха, потом гг вывезет ситуацию и всё нормализуется (наверное)

Глава 12

Я отдёрнул палец, словно меня за него кто-то цапнул и я мог заразиться.

Слово то какое — биоматериал. Гадкое и с душком, отдающее застенками пыточных. Сто единиц биоматериала, я ведь правильно пронимаю, про что это? Сто человеческих жизней в каждой этой маленькой красной горошине? А их здесь десять. Получается, тысяча человек. Тысяча загубленных жизней, превращённых в эту мерзость, лежащую на бархатной подушке. Теперь понятно, почему этот район трущоб необитаем. Если тут пропало под тысячу человек, то страшно подумать, какие слухи ходят об этом месте. Родителя явно рассказывают детям страшные истории о монстрах, да и сами не рискуют сюда соваться, чтобы разграбить прилегающие дома. Жизнь не стоит того хлама, что можно найти в этом месте.

Меня самым натуральным образом замутило, я с трудом подавил рвотный позыв, положил на место шкатулку и отошёл к стене, прислонившись к холодному камню. Закрыл глаза, пытаясь унять бешеное сердцебиение.

Ну почему? Почему я не мог оказаться в мире с розовыми пони и единорогами, где нет мерзких ублюдков, занимающихся такой непотребщиной, от которой хочется выжечь всё напалмом. Чем больше я узнаю о мире, тем больше жалею, что нет у меня ядерной бомбы. Впрочем, если вспомнить Землю, то и там хватало подобного отребья, в закрытых лабораториях творящих ещё более страшные дела. Все эти рассекреченные архивы времён Второй Мировой, где людей тоже, прям как тут, перерабатывали на сыворотку и различные лекарства, морили голодом и тестировали различные методы

Получается, никакой особой разницы? На Земле свои проблемы, а тут свои.

Тут жесточайшее социальное неравенство, люди, гибнущие за миску еды и вдобавок к этому, чёртовы супермены, летающие на мечах, и ни во что не ставящие жизни обычных граждан. Дело ведь даже не в тёмных культиваторах, таких как бывший владелец этого убежища, а во всех практиках, потому что на моих глазах охранник управителя рынка мимоходом убил старосту поселения и даже не поморщился при этом, словно комара прихлопнул. И я уверен, что никакого наказания он не понёс.

Я, если честно, не вижу особой разницы между тёмным путём культивации и обычным, если ему цена полная потеря человечности. Относиться к обычным жителям как к ресурсам… В случае с обычными практиками как к биомассе, пусть полезной, приносящей травы, еду и прочее, но всё равно биомассе, а в случае с тёмными культиваторами, и вовсе, использующими их как ингредиенты для саморазвития.

— Я не такой, — тяжело выдохнув, громко проговорил я, а потом закричал в пустоту, давая себе обещание. — Я никогда не буду таким!

Хватит… Я в своё время не опустился до подобного, не став бандитом, выбрал честный путь, хотя и были у меня возможности, как в принципе у всех выходцев из детских домов, и тут не стану отходить от него. Не спился, не стал употреблять вещества или вступать в банды, а честно работал, пока не вылетел из окна башни от взрыва, поэтому не вижу смысла менять парадигму своего существования идя на сделку с совестью.

Но знание, полученное от Кодекса, никуда не делось. Оно теперь лежало в моей голове, тяжёлым, грязным грузом. И чем больше я думал о нём, тем больше понимал, что должен изучить его, как минимум для того, чтобы знать и понимать, с чем я могу столкнуться. Чтобы уметь распознать подобное зло, если встречу его в будущем, и уничтожить его, как уничтожил кто-то, продырявив грудь мумифицированному уроду.

Я подошёл к шкафу со свитками и начал притрагиваться к ним, один за одним, проверяя Кодекс, пока не нашёл то, что было нужно.

Рецепт. Детальный, пошаговый рецепт того, как из человеческих тел делать такие пилюли. С указанием точных пропорций, температурных режимов, и необходимых катализаторов. И с комментариями о том, где именно предыдущий практик ошибался, нарушая технологию.

Я читал, и с каждой строчкой внутри меня росло отвращение. Я бы ещё понял, если бы это было просто убийство людей для получения силы, но то, что делал практик, было за гранью. Превращая людей в расходный материал, он уничтожал их энергетическую оболочку и сущность. Уничтожал их душу. А я на собственном опыте убедился, что нечто подобное существует, иначе, как бы я оказался в новом мире? Как раз нечто подобное со мной и произошло, неизвестная сила переместила мою сущность в новый мир, а этот практик использовал их как катализатор для улучшения свойств конечного продукта, пережигая в котле.

«Отсутствие этапа очистки ментального шума, — гласил комментарий Кодекса, который и утвердил меня в этой мысли, — приводит к накоплению в пилюле фрагментов разрушенных сознаний. При приёме внутрь эти фрагменты атакуют ментальную сферу практика, вызывая эффект, известный в некоторых традициях как „одержимость тысячей демонов“. На начальных стадиях это проявляется как повышенная раздражительность, паранойя, галлюцинации. На поздних — полная потеря контроля над собственным телом и разумом, трансформация в существо, движимое только инстинктом поглощения жизненной энергии. Такие существа известны как „кровавые монстры“ или „одержимые“. Они не поддаются лечению и должны быть уничтожены».

— Жуть, — выдохнул я.

Но это было не всё. Дальше в Кодексе следовал большой раздел про духовные таланты, от которого у меня волосы на затылке зашевелились. Практик создавал метод извлечения и передачи духовных талантов, а Кодекс на его основании описывал технологию. Ужасающую, чудовищную технологию, которая позволяла забрать талант у одного человека и передать его другому. Для этого нужно было поймать носителя таланта, живого, потому что талант — это не что-то эфемерное, а связь между телом, духом и внешним миром. Затем, с помощью специальных массивов, того самого рунного круга в комнате с котлом, и алхимических реактивов, извлечь эту связь, превратив её в нечто материальное, что можно было имплантировать в другого человека.

Судя по описанию, процесс был долгим, мучительным, и всегда заканчивался смертью донора.

«Технология является запрещённой, — сухо констатировал Кодекс. — Любой практик, уличенный в её использовании, подлежит немедленному уничтожению без права на пощаду или искупление. Исключение не делается ни для кого, независимо от ранга, силы или влияния».

И следом, словно издеваясь, шёл пошаговый рецепт с указанием необходимых материалов, массивов, температурных режимов, последовательности действий. И снова, с комментариями о том, где именно практик, чьё убежище я теперь занимал, ошибался, пытаясь воспроизвести эту технологию.

Но даже тут он хотел большего. Не просто красть таланты, потому что эта технология уже была вчёрную отработана, не зря же её сделали запретной. Он хотел создать способ изымать таланты у нескольких человек и объединять их в одном, чтобы получить сверх-талант. Он экспериментировал с разными комбинациями, разными способами извлечения, разными реактивами. И каждый раз терпел неудачу, потому что не понимал главного: таланты нельзя просто сложить. Они конфликтуют, подавляют друг друга, разрушают носителя изнутри. Для того чтобы объединить несколько талантов, нужно сначала создать основу, способную их удержать, а это требует таких ресурсов и такого уровня мастерства, которых у него не было.