Артем Сластин – Долг человечества. Том 2 (страница 30)
Из под скал в морозных воздух поднимались плотные клубы пара. Несколько озер, совсем крошечных, напоминали солевые отложения, сложенные чашами рядом друг с другом.
— Нет, я тоже вижу. — Подтвердил я. — Может ли это быть?..
Я не успел договорить, потому что перед глазами стали множиться системные сообщения, которые стремительно перекрывались одно за другим.
Добыча из убитого:
45 очков обучения.*
Ваш персональный вклад: 67%.
Ваша доля: 30 очков обучения
Добыча из убитого:
102 очка обучения.*
Ваш персональный вклад: 66%.
Ваша доля: 67 очков обучения
Добыча из убитого:
90 очков обучения.*
Ваш персональный вклад: 52%.
Ваша доля: 47 очков обучения
Добыча из убитого:
77 очков обучения.*
Ваш персональный вклад: 80%.
Ваша доля: 62 очка обучения
Внимание инициированному!
Вы стали причиной смерти другого инициированного впервые. За убийство вам начислено половина всех добытых убитым ранее очков обучения.
Получен титул: Первая кровь.
Первая кровь: Научиться пускать кровь врагу легче, чем кажется. Тяжелее перестать, когда знаешь, что за это полагается щедрая награда.
Внимание инициированному!
Вам предложена профессия: Траппер.
Профессия: Траппер — Мастер охоты и выживания. Вы узнали, как обратить безопасные вещи в смертельные ловушки, и научились превращать окружающую среду в оружие. Услуги такого мастера будут пользоваться спросом в каждом уголке Лоста.
Глава 14
Твою ж мать… Ну не бывает так, чтобы просто случилось что-то хорошее. Непременно должно быть нечто, что основательно испортит общую картину. В моем конкретном случае, это обухом ударившее меня по голове осознание. Я — убийца. Мои ловушки сработали и забрали жизни по меньшей мере четверых человек. Наших людей, тех, с кем я еще неделю назад мог пересечься на парковке или в супермаркете.
Мои ловушки сработали… Значит, система расценила мою диверсионную деятельность как основание предложить мне профессию траппера — ловушечника по нашему. Хочу ли я продолжать строить что-то, что отнимает жизни? И как именно будет формироваться мой прогресс в развитии этой профессии?
Еще одно наблюдение — трапперов, судя по всему, в округе хватает. Немудрено, ведь что приходит на ум в первую очередь, когда речь идет об охоте и выживании — конечно ловушки. Собственно, именно тот факт, что профессия далеко не уникальна, я подметил из системного сообщения. Траппер занимает единственный свободный слот основной профессии, не дает дополнительный титул и награду.
А могу я как-то скрыть пока это предложение и вернуться к нему позже? Вот совсем мне сейчас не хочется об этом думать. К тому же, глядя на лица своих союзников, я осознал, что и они сейчас в том же состоянии. Прострации и принятия неизбежного. Крови на своих руках.
Мысленно пожелав отложить решение этого вопроса в дальний ящик, я всё же сумел скрыть выскочившее окошко в специальную вкладку, которая полупрозрачным значком колокольчика висела где-то на границе зрения. Я перепроверил — не избавился ли я от этого предложения насовсем, и убедившись, что предложенная профессия еще там, а кнопка ее подтверждения активна, снова спрятал.
Но, если честно, я не особенно рисковал. Система наверняка предложит мне эту профессию вновь, ведь строить ловушки и укрепления мне, наверняка, придется еще неоднократно.
Теперь позакрывать окна… первая, мать ее, кровь. Спасибо, чертовы инопланетяне, за вечную метку на мне! Внезапно, у меня по спине пробежал холодок. Титул убийцы — а виден ли он? Возможно ли другим людям просканировав меня понять, что я запятнан? Это нужно непременно выяснить, но не прямо сейчас. В эту минуту есть дела поважнее.
Ком тошноты к горлу подкатил, когда я скрывал окошки с перечислением добычи из убитых. По правилам системы, я завладел половиной прогресса тех, кого убил. Они были довольно прокачанными, некоторые даже превосходили меня минимум в два раза. Но избавиться от этого болезненного опыта мне нужно обязательно, иначе я просто не смогу двигаться дальше.
Двести шесть очков обучения, да еще четыре что у меня оставались. К черту, я сейчас настолько уставший и злой, что наверняка наделаю ошибок, нужно все хорошенько подсчитать. Раз уж так вышло, что я добыл их, значит, пусть теперь послужат мне и моей команде. А думать о том, как именно я прокачался, буду в другой раз.
— Все получили всплывающие окна? — Спросил я негромко у присутствующих.
Люди, застывшие неподалеку, глазами бегали по своим окошкам. Мой вопрос вернул их в реальность.
— Все. — Ответили мне невпопад.
Я вгляделся в каждого. Лиза посинела пуще прежнего, ведь и до текущего момента вид у нее был болезненный, а сейчас она и вовсе выглядела как хладный труп. Катя закусила нижнюю губу и натужно соображала, что ей теперь делать с вновь открывшимися гранями человеческой сущности. Варя, как мне показалось, выдержала удар судьбы стоически, и сейчас тихонько переваривала новый для себя опыт. Борис просто стал мрачнее обычного, и никак это не комментировал. Да уж, именно по его виду мне сложнее всего понять, что у человека на душе.
— Нам нельзя сейчас предаваться панике и расклеиваться. Я знаю, как это звучит, но нельзя. — Не знаю даже, зачем я это говорил. Наверное даже больше для себя.
— Мы понимаем. — Ответили мне нестройно.
— Давайте… давайте осмотримся. Поищем материалы, место для дома, хорошо? — Подбородок Вари искривился и налился подушечкой.
Нет, все же я ошибся в своем предположении насчет Вари. Она осталась человеком и еле сдерживается, чтобы не зареветь.
— Да. Хорошая мысль. Мы все обсудим за ужином, ладно? Пока просто делаем дело. — Подтвердил я.
Так мы и сделали: постились исследовать скрытую от прочих глаз долину.
Расходиться в стороны было небезопасно, я это понимал, это понимали все. Но никто ничего не мог поделать со своей потребностью пережить произошедшее в одиночестве.
Впрочем, одно дело, отнять жизнь у монстра. Другое, если обличье человека — всего лишь шкура монстра. Я сильно сомневаюсь в том, что нас бы оставили в живых или не угнали в рабство, прими мы бой в открытую. Тем более, судя по привалившему опыту, они были более прокачаны чем мы, а значит могли обладать абсолютно неизвестными навыками, с помощью которых нас бы и пленили. Там же целый лагерь рабов был, верно? Значит опыт в поимке у них явно есть. Вернее был.
Наверное, именно эта мысль позволяла мне сейчас заглушить клокочущее в груди сердце и скрипящих кошек на душе. Нужно отбросить всё в сторону и обустроиться.
Итак, что у нас тут. Если мысленно поставить в центре долины точку, то вся впадина меж скал — это овал. Пользуясь принятой ранее системой координат и извращенной розой ветров, я могу объяснить положение ключевых точек здесь по сторонам света: именно на севере выпадал водопадик, на юге искусственный сделанный мною тоннель, бассейны с клубящимся паром на востоке, а подозрительно темные пещеры на западе.
Борис направился к чашам с водой и там осторожно все осматривал, трогал, нюхал. Это хорошо — пусть он отвлечется. Катя ушла на запад, к пещерам, и я почему-то ни капли не сомневался, что именно они ее заинтересуют. Варя же двинулась прямиком к крошечному озерцу и почти полностью замерзшему водопаду, который сейчас выглядел просто куцей струйкой, стекающей по льдам и черному ониксу.
Я с Лизой остался на месте. Мне нужно было оценить долину комплексно, со всех сторон, и я намеревался пройтись по следам товарищей позднее, а сейчас хочу видеть картину целиком. От входа до водопада вперед метров сто, может сто двадцать, а с запада на восток метров восемьдесят. Каких-то других входов, подъемов или спусков я здесь не вижу — мы полностью окружены чашкой устремляющихся в небо еще метров на тридцать заснеженных пик.
— Есть хочется. — Сказала ослабевшая девочка.
— Скоро поедим. Бульона сварим, да? — Озвучил я идею.
— Да. — Ответила она и повесила нос. — Типа, это же ничего страшного?
— Что именно? — Выдернула она меня из размышлений теперь уже полностью.
— У меня девять очков обучения прибавилось. Я, типа, приложила руку к работе в лагере. Та стрела, что я сделала. Она убила кого-нибудь? — Присела она на корточки и стала тонкой рукой ворошить снег, вынимая на поверхность какой-то подснежник с лиловыми лепестками.
— Ты сильная, и ты защищалась. — Ответил я пространно, ведь сам в действительности не до конца понимаю, ради чего вообще нужно все это испытание, если мы просто перебьем друг друга.
— Наверное… — Прошептала она.
— Устала? Пошли посмотрим, что там у Кати? Может, найдем подходящее место для отдыха. — Решил я перевести тему.
— Устала. Кринж такой, сама идти не могу, носят меня на руках, как младенца. Тьфу. Сильная, говоришь? Да я без помощи Степы даже пятнадцать килограммов майонеза в промышленной пачке поднять не могла. Самостоятельная, блин. — Стала она злиться, но мне почудилось, будто злится она сама на себя.
Жаль конечно, что при поднятии уровней не дают очки характеристик. Так было бы проще — закинул единичку в силу, стал сильнее. Можно было бы прокачать эту девочку до уровня Халка. С другой стороны, у нас тут мать его не игра.
Я не стал ничего ей отвечать, ей нужно самой уложить это в голове. Я не заменю ей родителя, ведь даже не знаю, кем были эти люди. Ворошить прошлое и задавать вопрос, где они могли бы быть, я тоже не буду. Ей уже сейчас нужно принять для себя то, что мир и уклад в нем никогда не будут прежними.