Артем Сластин – Долг человечества. Том 2 (страница 3)

— Хороший настрой. Ладно, Марк, что будем делать? — Добавила сегодня необычайно разговорчивая Женя.

— Если с любезностями покончено, то вот. Вдруг кто не в курсе, но у нас там сидит некий Леонид Каверин. Нам нужно решить, как с ним поступить. — Голос мой был мрачен, потому что меня совсем не веселила перспектива решать его судьбу. Уж лучше бы он не приходил…

Глава 2

Вопрос, поставленный ребром. Такой вопрос, который, казалось бы, еще неделю назад ни за что не был бы поднят, но вот сейчас, в сложившихся обстоятельствах, мы вынуждены его поднять.

Выслушав рассказ Леонида, я сделал для себя неутешительный вывод. Этот парень — странный. С какой стороны ни посмотри. Его история звучит складно, но если копнуть глубже, возникает целый ворох сомнений. Как будто она… отфильтрованная, что ли. Он многого не рассказал, я не знал этого наверняка, но чувствовал.

Выходит так, что можно было бы его пытать, чтобы вызнать больше. Но это выше моих сил. Потому, своим людям у костра я так и объяснил — я не знаю, что с ним делать, и предлагаю послушать остальных.

Первым руку поднял Дима:

— Заносчивый он какой-то, смотрит хитро, словно все вокруг ему обязаны.

— Мне он тоже не нравится. Я хоть и не был свидетелем самого начала разговора, но то, что мне удалось услышать, наталкивает на плохие мысли. — Добавил Антон.

— Какие? — Спросила его супруга.

— Мы метки на деревьях оставляли для Вари всего половину пути, а дальше вновь пустились в погоню. — Поделился он соображениями. — Плюс он упоминает тысячи греллинов, а это само по себе странно.

— Соглашусь. — Кивнула Катя. — Помните, мы когда напали на это место, упустили парочку особенно юрких гнид? Вот они и привели подмогу, да что-то больше никого и не было.

— Мы тогда всех перебили, — покачал я головой, — это еще ничего не значит. Но если у нас тут целая свора этих псин, мы в большой опасности.

— Это надо проверить, пойти по его следам. — Кивнула Катя в сторону привязанного к столбу. — Ведь если он не соврал…

— Пока что надо решить, как с ним поступать. — Оборвал я рассуждения, к которым мы, непременно, вернемся позже.

— Но не можем же мы его просто убить… — Испугалась перспектив Женя.

— Если посчитаем, что он опасен, нам придется это сделать. Важно понимать, что у нас тут друзей и союзников кроме нас самих быть не может. А он уже глаз положил на наши постройки. — Пожал я плечами, и старался сохранять хладнокровие.

— Какие у нас вообще варианты тогда? — Спросила Варя, и я поспешил объяснить.

— В общем-то, я вижу три варианта. Первый — оставить его здесь и поручить работу под присмотром. Нам катастрофически не хватает рук.

Лица присутствующих нахмурились в думах. Я продолжил:

— Второй — выгнать его, но я лично буду голосовать против этого варианта.

— Почему? — Спросил Дима.

— Если он где-то соврал, и он принадлежит к какой-то другой группе, он сможет навести их на нас. Я не могу этого допустить.

— А третий? — Спросила Катя, подкидывая веток в огонь.

— Я его уже озвучил. Убить его. — Мою фразу сопровождал треск сырых бревен.

— Жестко… — Прокомментировал Дима. — Голосование?

— Получается, варианта у нас три, я верно поняла? — Уточнила Варя.

— Угу. — Кивнул я. — Пусть я и не согласен с одним из, вас я такого выбора лишать не могу.

Каждый взял по камешку. Всего семь штук. На земле вывели три кружка, и каждому присвоили обозначение плана. Первый кружок означал принятие Леонида в нашу группу и поручение ему работ. Второй и третий обозначали соответственно его освобождение и смерть.

Мы взяли несколько минут на раздумья. Тяжело вот так, сходу, заниматься чем-то подобным. Но я свой камень положил в первый кружок почти сразу. У меня были аргументы для того, чтобы занимать эту позицию.

— Знаете, чувствую себя как в ток-шоу, помните, по телеку крутили. — Взял слово Дима, замявшись со своим камнем. — Там было что-то такое же, с камнями, только те были выкрашены в черный и белый цвета. Тоже вот так, в конце серии, голосовали.

— У нас тут немного сложнее ситуация. — Прокомментировал я ностальгию Димы. — Решайте неспеша, время есть. Если хотите подумать — сделайте это.

Второй камень упал в третий кружок. Это был Антон. Лицо его в этот момент выражало невероятную гамму эмоций, из отвращения и боли. Женя же, вопреки своему мужу, свой камень оставила во втором кружке.

— Я не доверяю ему, но и убить не могу. — Прокомментировала свой голос наша целительница.

Три голоса, все три в разные кружки.

А я думал над тем, что нам сулит тот или иной выбор. Если мы его оставим, под присмотром он может работать. Не ставить его в дозор, чтобы всегда был кто-то бодрствующий из наших, и его силу можно использовать. Отпустить его, как я озвучил всем остальным, никак нельзя. А убить… ну, избавимся от мук выбора и недоверия. Но рискуем потерять себя. Не думаю, что это так уж важно в сложившихся обстоятельствах, теперь балом правит только сила, однако я все еще цеплялся за надежду выйти сухим из воды.

— Я думаю, нужно его оставить. — Голосует Борис.

— Понимаю. — Кивнул я, а остальные выбор нашего здоровяка поддержали. Не конкретно выбор, а сам факт того, что он был сделан.

Пятый камень в третий кружок поступил от кинжальщицы.

— Почему, Кать? — Спросила девушку Женя.

— Он нас бабами обозвал, и вообще он какой-то мутный. А как сказал Марк — отпускать его нельзя, и я с этим согласна. — Объяснилась девушка.

Еще минуту все сидели молча и без движения. Наконец, Варя обратилась ко мне.

— Марк, могу тебя попросить? Мне тяжело тянуться.

— За что голосуешь? — Принял я у нее камешек.

— Отпустить его. Кто знает, на что он способен, вдруг пока мы спим перережет нас всех. — На выдохе сказала она.

— Ну а если этого не допустить? — Обратилась к Варе Катя. — Известным методом.

— А кто исполнит приговор?.. — Многозначительно спросила волшебница.

Ответом ей была тишина.

— Дим, — окликнул латника Антон, — твой выбор будет решающим.

— В бездну все. — Выругался он. — Давайте обсуждать! Я не могу просто так справиться с этим решением.

Собственно, каждый еще раз высказал свою позицию. Объяснил, почему сделал такой выбор, и предположил, к чему приведут другие.

— Никто не против, если я поговорю с этим парнем с глазу на глаз? — Спросил разрешения Дима. — Не потому, что он там что-то про деньги ляпнул, или еще что-то. Хочу как человека его понять. В его байки я все равно не верю.

— Не вижу преград. — Пожал я плечами. — Но учти, сейчас он наплетет тебе что угодно, ведь понимает, в какой он ситуации.

— Я не забыл. — Сказал воин и поднялся, а после уверенной поступью направился к сторожевой башне.

— Мда уж… — Огласила общее состояние Варя.

Под треск костра каждый закопался в своих мыслях. На лагерь упала кромешная темнота, разрываемая только сполохами большого лагерного огня, и подкралась тишина. Такая, при которой слышно собственное сердцебиение.

Я огляделся по сторонам — минуло меньше недели, мы повстречали первого человека из наших, землян, и сейчас гадаем, как с ним поступить. Какие времена — такие и решения, но мне было решительно невыносимо думать об этом. А сделав свой выбор самым первым, я избавил себя сейчас от мук, какие переживает Дима.

— Когда мы на охоту отправимся? — Ловкачка решила не сидеть в тишине. — Кстати, чай будете?

— Будем. — Нестройно, но почти единогласно согласились присутствующие. Лишь Варя покачала головой.

— Что, — ухмыльнулась Катя, набрала в легкие воздуха, а вместе с ним и яда, — мои напитки тебе не нравятся?

— Не в этом дело, — удрученно покачала головой Варя, — просто подумала, что вы и над моим раненым телом так же голосовали.

Повисла тишина.

— Умеешь ты пилюлю подсластить. — Несколькими мгновениями позже все же ответила Катя. — Так что насчет моего вопроса?

— Я думаю, завтра нужно будет собирать новую экспедицию. Подготовиться основательно, взять припасов, оружия, побольше людей, и выдвигаться. Меня тревожат слова этого, — я вскинул голову в сторону прикованного Леонида, — нужно понять, в действительности ли у нас под боком орудует толпа греллинов.

— Наконец-то! — Просияла Катя. — Что-то я засиделась тут.