Артем Сластин – Долг человечества. Том 2 (страница 2)

Антон, как выяснилось позднее, знал эту компанию, и часто заказывал у них подряд для наших металлоконструкций. Но с самим Леонидом знаком он не был.

Эта часть рассказа дала мне понять, что местоположение людей прямо, или по крайней мере косвенно, перекликается с тем, откуда они входили в порталы. То есть, налицо прямая зависимость — если два портала оказались рядом, то и после инициации такие люди оказывались неподалеку. Но кое-что заставило меня усомниться в этом.

— Мы праздновали год моего назначения. Бассейн, девочки, все дела. Такая вечеринка под открытым небом. Это нас и спасло… Меня и шестерых бабочек, которые тусовались рядом со мной.

— «Мы», это ты имеешь ввиду себя и проституток? — Уточнил Дима.

— Брось, верзила, какие проститутки. Эс-корт-ни-цы. Слышал о таких? А, чего это я, нищуки наверняка не знают. Это такие подруги, которым ты платишь хорошую денежку, а они делают вид, что очень тебя любят. Со всеми вытекающими, хе-хе, из этого, последствиями.

— Не отвлекайся. Отвечай на вопрос. — Одернул я Леонида, сидя по правую руку от него, а копье мое располагалось у меня на коленях, острием к допрашиваемому.

— Да-да. Много нас было, человек пятьдесят. Корпоратив же. Но большинство были в гостевом доме, ерундой страдали, пили. Но были и еще парни, которые возле мангальной зоны крутились, и их, по идее, не должно было… ну, убить, скомкать в эти кубы чертовы, короче вы понимаете.

— Так в чем проблема? — Спросил я.

— Когда мы с девчонками в портал побежали, открывшийся совсем неподалеку, парни с мангала рванули в другую сторону. Хрен его знает, испугались, замешкались, бухие слишком были — но побежали в другое место.

— Дальше.

— Я их больше не видел. — Горестно выдохнул Леонид, но эта его эмоция была чертовски наигранной.

— Значит, ты оказался здесь в окружении шестерых голых девушек. Что было дальше?

— Ну… я, конечно, на правах единственного мужчины стал раздавать указания. А бабы-то, какие пошли! Белоручки, ничего тяжелее хрена в руках не державшие! Все наперекосяк пошло. Еще и, сучки такие, все шесть выбрали колдуний, или как их там, ведьмы сраные. Ни подраться как следует, орут постоянно, ругаются, пытаются разбежаться! Я этот чертов цветник уже в первые сутки возненавидел, буквально, ну, из там каких-то людских соображений непопереубивал.

— Охрененно благородно ты поступил. Что дальше? — Возвратил я рассказ в конструктивное русло.

— Забрались мы на деревья. Я кое-как топором нарубил палок, мантии девок пошли на веревки, связали мы платформы, вон, вроде вашей, на вышке, — он ткнул пальцем в нашу новую постройку, — и там три дня торчали, ссались спуститься. Но голод, сука, доканал.

— Ты сказал, что у тебя был топор. Где он и как ты его получил?

— Нашел. Сейчас его у меня нет, потерял по пути. — Ответил он, скосив глаза.

— Дим. — Кивнул я парню, и Леонид получил смачный подзатыльник.

— Ты, петух недоваренный, был предупрежден, что за ложь мы тебя на ливер пустим. Где топор⁈ — Разъярился на него мой коллега.

— Потерял, потерял! Рубил я ветки, хотел ловушку какую придумать, так меня псы мохнатые погнали! — Испугался, по настоящему сильно, Леонид.

— Дальше что⁈ — Наседал Дима дальше.

Рассказ он продолжил.

В первые дни он и его группа прятались на деревьях, в качестве жилищ используя платформы. Сам Леонид иногда спускался вниз, чтобы попробовать добыть пропитание и воды, избегал битв, потому что очень боялся, и к исходу четвертых суток у них случился переломный момент.

Он описал ту тварь примерно так же, как описывал ее я. Броненосец, только размером с поезд. Его в ту ночь что-то особенно разозлило или испугало, потому он верещал так сильно, что у тех, кто оказался слишком близко, из ушей полилась кровь. В качестве доказательства он убрал длинные, грязные, спутавшиеся волосы, которые наверняка ранее были модной прической, и продемонстрировал черные потеки по щеке и до шеи.

Непонятно, что именно послужило причиной ярости того животного, но оно свернулось в шар и покатилось через лес, прямо через те деревья, на которых располагались платформы. Леонид своими глазами видел, как людей из его группы вдавливало в землю. Он сбежал, и уже больше суток в пути, пытается спрятаться и найти пристанище.

В один день ему повезло наткнуться на метки на деревьях, которые показались ему искусственными. Вот он и пошел по ним, в надежде найти людей, укрытие и еду. Однако по пути, когда он был, судя по моему внутреннему навигатору, где-то в двух километрах от нашей стоянки, столкнулся с оравой греллинов, от которых драпал. Там топор он и выпустил.

Это объясняет, почему он вышел с востока, а не юга, как я предполагал.

— Их там тысячи! Огромное количество! Как же мне повезло, что я наткнулся на вас, тут в принципе уютненько, сделано основательно. Вон тот шалаш занят? — Указал он пальцем на тот, что стоял левее нашей дозорной башни.

— Ты не охренел? — Дима опешил от такой наглости.

— Солидарен. — Кивнул я. — Пока что ты видишься нам как плохой актив. Потому твоя судьба будет решена голосованием.

Антон, как я ему и наказал, вместе с девушками отсиживался в шатре, но из-за непосредственной близости костра к лазарету, наверняка весь разговор слышал. И стоило мне объявить, что у нас сбор, он выбрался наружу, в уже опустившуюся на лагерь ночную темноту.

Катя тоже объявилась. Ее навык скрытности давно прекратил свое действие, потому она, почему-то, торчала в моем шатре. Надо бы запретить ей туда лазить. Но сейчас это не так важно.

— Дим, привяжи его остатками веревки к столбам смотровой вышки, а нам всем надо потолковать.

— Пошли, ловелас недоделанный. — Поднял он за шкирку проступающей тканевой подкладки поддоспешника Леонида и повел в дальний край лагеря, к вышке, находящейся на северо-западе от костра.

Я приказал всем собраться у огня, нагреть еды, если кто голоден, и негромко обсудить происходящее сегодня. Как только я вернусь, устроим обсуждение. Несмотря на то, что Леонид был изможден, несильно ранен, я решил предпринять дополнительные меры безопасности, потому пошел вслед за Димой, который уже завел руки новоприбывшего за спину, усадил его под одно из трех массивных бревен, и привязал его кисти к столбу.

Я же, наклонившись, применил упрочнение на веревках. Вот, оказывается, какой навык у меня. С подковыркой. Вроде бы и использую по прямому назначению, без каких-то выкрутасов с инвентарем. А работа, ради которого я его использовал сейчас — это удержание в заложниках другого человека.

— Слушайте, а это обязательно? Ну, типа, гляньте на меня. Я ж не опасный! — Взмолился Леонид.

— Это мы еще выясним. А пока тут посиди. — Объяснил я необходимость «карантина».

— Ну серьезно, вы же не станете меня убивать? Да?

— Не болтай. — Шикнул на него Дима.

— Да как я могу не болтать, если вы сейчас пойдете думать, что со мной делать! Нифига, я не хочу тут подохнуть, я думал вы мне поможете! — Начал он говорить быстро и сбивчиво, видимо, поняв, чем все это запахло.

— Уж постарайся. — Выдохнул я.

— Давайте так, я хочу остаться здесь, а когда все это закончится, и мы вернемся на Землю, я вам всем дофига денег отвалю. Кучу! Я очень-очень богатый! Ну?

— Боюсь, твои представления о нашей дальнейшей судьбе слишком оптимистичны. — Неопределенно ответил я, махнул Диме, мол, пошли, и отправился к костру, оставив Леонида наедине со своими мыслями.

Вернуться обратно он задумал. Ну, ну… Будто бы это возможно. Будто бы уничтоженная промышленность восстановится волшебным образом, а большая часть населения, погибшая в результате апокалипсиса — оживёт. Незамутнённый идиот…

Рассевшись кругом, мы впервые за… не знаю, даже, сколько дней, собрались всем составом. Антон уже почти выздоровел — своевременная помощь пошла ему на пользу. Варя, пусть и передвигается на сделанных мною костылях, вела себя уже гораздо активнее. Молчит, разве что, все время, и хмурит лоб. Женя тут тоже, выглядит немного устало, но это гораздо лучше, чем ее вид вчера. Остальные были в порядке и в целом, можно сказать, что мы неплохи. Все относительно, но скоро мы сможем одновременно выполнять больше работ.

— Варь, — обратился я к девушке, — как твои ноги?

Волшебница немного удивилась такому вопросу, ведь планировалось обсуждать Леонида, но все же ответила, пусть и немного подумав:

— Спасибо всем… Не могу сказать, что я капец как счастлива, но раны зарастают.

— Несчастлива она! — Мягко пожурила девушку Женя. — Ты мне теперь жизнью обязана, да и всем остальным. Помнишь, когда мы тебя отбивали? Почти все получили раны.

— Помню… — Мрачно ответила она.

— Так вот, только с тобой я столько сил потратила! Потому что воли к жизни у тебя нет, Варь, соберись, ты нужна нам!

Я тоже припомнил ту свалку. Было тягостно. Ночами вспоминал несколько раз уже ту яму с трупами, и свои руки, перемазанные в крови. Словно это я виновен в смерти тех, кто лежал в огромной братской могиле. И рана на боку иногда ноет. Мне очень повезло, что ущерб был минимальный, едва жирок пробило. Больно, но совсем не смертельно, даже заражения не подхватили. Не то, совсем не то, как досталось Варе.

— Если найдете, куда мою огненную магию притулить, я уже готова работать. — Согласилась она. — Хренушки вы моей смерти дождетесь, негодяи, я вас всех тут еще переживу! — Приободрилась девушка.