Артем Савенков – Тень в Зеркале (страница 3)
Глава 4. Улика из прошлого
Архив городского управления полиции пах временем. Не тем романтичным запахом старых книг, что витал в кабинете Орлова, а затхлым, пыльным духом подвалов, спрессованных судеб и забытых протоколов. Флуоресцентные лампы мерцали, отбрасывая резкие тени на бесконечные стеллажи с папками. Здесь хранилась история городского безумия, преступлений и трагедий, аккуратно подшитая и расставленная по полкам.
Ирина шла по центральному проходу, ее шаги гулко отдавались в звенящей тишине. Она чувствовала себя чужестранкой в этом царстве бумаг, нарушителем покоя. Мысль о блокноте Орлова и таинственных инициалах «И.С.» не давала ей покоя всю ночь, превращая сон в беспокойное метание между кошмарами и явью.
«Сомова? Редкий гость,» – хриплый голос прозвучал из-за стойки регистрации. Из-под нее появилась седая голова в толстых очках – хранитель этих катакомб, Аркадий Семеныч. Он работал здесь, кажется, с момента постройки здания.
«Аркадий Семеныч, мне нужно дело годичной давности. Возможно, два,» – Ирина постаралась сделать голос ровным, деловым. – «Все, что связано с инициалами И.С. Ищу возможную связь с текущим делом об убийстве Орлова.»
Старик поднял на нее свои блеклые, увеличенные линзами глаза. В них мелькнуло что-то – удивление? Испуг? – и тут же погасло.
«И.С.? Год назад?» – он пробормотал, отворачиваясь к древнему компьютеру. Его пальцы с толстыми, искривленными суставами неуверенно застучали по клавиатуре. – «Было… было такое дело. Громкое. Очень громкое.»
Ирина почувствовала, как у нее похолодели пальцы. «Громкое? Что за дело?»
Аркадий Семеныч не ответил, уставившись в монитор. Потом тяжело вздохнул и поднялся.
«Следуйте за мной. Бумажная копия. Оцифровывать не стали… по просьбе семьи.»
Он повел ее вглубь архива, в самый дальний угол, где папки были особенно толстыми, а пыль лежала нетронутым слоем. Он потянул за торчащую металлическую ручку, и тяжелая полка с скрежетом отъехала в сторону. За ней находились стеллажи с делами, помеченными красными метками – «Засекречено» или «Особый учет».
Старик, кряхтя, достал с верхней полки объемистую папку. На серой картонной обложке было аккуратно выведено черной тушью: «Дело № 347-Б. Инцидент с И.С.».
Ирина взяла папку. Она была тяжелой, не только физически, но и метафизически. Гнетущее предчувствие сдавило ей грудь.
«Можете работать в четвертой кабине,» – кивнул Аркадий Семеныч и удалился, его шаги быстро затихли в лабиринте стеллажей.
Ирина села за маленький стол в глухой, звуконепроницаемой кабине. Лампочка под зеленым абажуром бросала на стол желтоватый, неестественный свет. Она медленно, почти нерешительно, открыла папку.
На самой первой странице лежала фотография. Черно-белая, криминалистическая. На ней была запечатлена молодая женщина. Темные волосы, разметавшиеся по полу, правильные, тонкие черты лица. Глаза закрыты. Она была мертва. Рядом на паркете валялся пистолет.
Ирина замерла. Дыхание перехватило. Она знала это лицо. Она видела его каждый день в зеркале. Это было
Она судорожно схватила первый лист – справку о смерти.
«Сомова Ирина Викторовна, следователь отдела по расследованию особо тяжких преступлений. Дата смерти: 14 декабря, прошлый год. Причина смерти: самоубийство, огнестрельное ранение в висок.»
Мир поплыл у нее перед глазами. Зеленый абажур, пыльный стол, буквы в протоколе – все смешалось в кашу. В ушах зазвенело. Она сжала виски пальцами, пытаясь остановить головокружение.
Это было невозможно. Она же здесь. Она дышит, она чувствует холодную поверхность стола под пальцами, она слышит собственное бешеное сердцебиение. Она – Ирина Сомова.
Она лихорадочно начала листать дело. Протоколы осмотра места происшествия – ее квартиры. Заключение судмедэксперта. Показания коллег. Все сходилось на одном – перспективный следователь, подававший большие надежды, не выдержав давления работы, свела счеты с жизнью. Никаких следов борьбы. Предсмертная записка? Не найдена.
И тут ее взгляд упал на фамилию в списке родственников. Ближайший родственник: муж, Сомов Эдуард Сергеевич.
Ледяная волна прокатилась по ее телу. Пятый пациент Орлова. Муж погибшей Ирины Сомовой. Инициалы из блокнота врача сложились в жуткую, невыносимую картину.
Она отшатнулась от стола, задев локтем папку. Листы разлетелись по полу, белым веером свидетельств ее собственной смерти. Она смотрела на разбросанные фотографии, на свое мертвое лицо, и в голове у нее что-то щелкнуло.
Воспоминание. Яркое, как вспышка.
Ирина вскрикнула и отшвырнула от себя фотографию. Она вжалась в спинку стула, дрожа всем телом. Это было не ее воспоминание. Это было чужое. Но чье?
Она подняла глаза и увидела свое отражение в темном окне кабины. Бледное, испуганное лицо с широко раскрытыми глазами. Лицо Ирины Сомовой.
«Совпадение,» – прошептала она, и голос ее сорвался. – «Тяжелая работа. Стресс. Это не я.»
Но слова звучали пусто, фальшиво. Правда, уродливая и не укладывающаяся в голове, начинала прорастать сквозь трещины в ее сознании, как ядовитый гриб сквозь асфальт. И первый росток был самым страшным: если Ирина Сомова мертва, то кто тогда она?
Глава 5. Смерть Параноика
Возвращение в мир живых после архива было похоже на всплытие с огромной глубины – резкая боль в ушах, искажение звуков, давящее ощущение, что привычная реальность вот-вот лопнет, как мыльный пузырь. Ирина ехала в машине, механически следя за дорогой, но ее мысли были там, в подвале, среди листов с доказательствами ее собственной смерти. Каждый красный сигнал светофора был похож на предупреждение. Каждый взгляд случайного прохожего казался взглядом судьи.
Она пыталась выстроить баррикады из логики. Ошибка в архиве. Путаница. Может, это сестра? Двойник? Но фамилия, имя, должность… и муж. Эдуард Сергеевич. Э.С. Пятый пациент. Призрак, который теперь обрел плоть и кровь, став мужем ее призрака.
Ее спас звонок. Резкий, пронзительный, заставивший вздрогнуть. Коляшин. Голос его был сдавленным, взволнованным.
– Ирина Викторовна, выезжайте. Волков. Александр Волков. Его нашли.
– Нашли? Где? – ее собственный голос прозвучал хрипло.
– У него дома. Мертвым.
Квартира Александра Волкова была полной противоположностью кабинета Орлова. Безумие здесь было не ритуальным, не упорядоченным, а хаотичным, бытовым, паническим. Окна завешены плотными одеялами. Стены заклеены вырезками из газет, схемами, фотографиями незнакомых людей с пронзенными красной ручкой глазами. Повсюду лежали радиожурналы, разобранные радиоприемники, катушки с проводом. Пахло одиночеством, несвежим бельем и страхом.
Тело Александра нашли в гостиной. Он висел на самодельной петле, сработанной из антенного кабеля, перекинутого через прочный крюк в потолке, на которой, вероятно, когда-то висела люстра. Под ногами валялся опрокинутый табурет.
Ирина, все еще бледная и не пришедшая в себя после архива, осматривала сцену с ледяным, почти отстраненным спокойствием, за которым скрывалась клокочущая буря. Ее взгляд, острый и профессиональный, сканировал каждую деталь, в поисках фальши.
«Самоубийство,» – неуверенно произнес один из оперативников. – «Параноик. Довел себя. Боялся, что его следующего убьют после Орлова. Вот и опередил.»
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.