Артем Рудик – Териантропия, стихи и апокалипсис (страница 8)

Где последний мой ломоть? Вы прибьёте лишь себя, Лиса трудно уколоть!

Per aspera 22-23-ТЕ

Волны с грохотом хлещут борта, На них скачет упрямый драккар. Жизнь, по сути – игра в дурака, Где ты падаешь, словно Икар. Мы с усилием бились с волной, Получая по сердцу удар. Мы пытались ужиться с собой, Только плата взималась за дар. Боги бросили нас – это грех, Только скажешь об этом богам? В морской соли засолен наш мех, Наше тело ломилось от ран. Мы уверено клали наш путь, Через бури, доверяюсь сердцам, Только в них лишь эмоции, муть. Верить нам надо крепким когтям. Они выручат в сложном бою, Они вскроют железный капкан И на море оставят в строю, Наш слабеющий, сгорбленный стан. И не важно, где дом кораблю. И не важно, где дом нам. Доведём мы свою ладью К дальним, сказочным берегам!

Memento mori 23-23-ТЕ

Сегодня не мой день — Я наверное буду убит, Мне на уши – мрачнеющий бит, Мне на душу – угрюмая тень. Где-то в поле шуршит ячмень, Мне хотелось бы в нём утонуть, Только кто мне подскажет путь? Я умру точно как Диоген. От того, что устану жить, Я разрушусь как Карфаген. Не спасёт меня лисий ген, Не спасёт и волочья прыть. Вековечный мирской тлен, Вековечный людской быт — Я от них буду саваном скрыт, Я от них скроюсь в ворохе вен. И мой внутренний зверь сыт, И у нас славный теплообмен, Только всё равно выйдет рефрен: Я наверное буду убит!

Anima vilis 24-23-ТЕ

Я плетусь по обочине жизни — Мне красивые псы скалят зубы. Моё сердце и хвостик пушисты, И молитву скулят лисьи губы. — И я разве похож на поэта? В мире, где даже гении грубы И в поэзии вымерли руны, Место есть первобытным эстетам? — Вы цивильные все, сразу видно: От мозолей до раковых клеток, Изживает родная планета Иждивенцев реклам общепита. —