Артем Рудик – Териантропия, стихи и апокалипсис (страница 16)

Ну а вижу себя, Что себя сохраняет. — И для капищ огня, Нужно больше, Чтоб снова одним стали мы, В отражении богов острия. — И в преддверии иной старины, И в стремлении к истоку вселенной, Я навечно срастаюсь с гиеной, В предвкушений величия тьмы!

Фенек 2-22-А

Клык на камень нашел, Растираясь в пыль. Зверя режут ножом, Расцветает полынь. — Мясом полон мой дом, Я охотничий сын. Зверя кровь, кипятком, В моей вене, бензин. — Изменён мой геном, Я детёныш пустынь. В моём сердце гнилом, Ты навечно и сгинь! — В моём мозге дурном, Копошиться латынь. Своим хрупким ребром, Порождал героинь. — Но не стать мне отцом, Не дожить до седин. В моё сердце, свинцом, Только облик зверин. — Мне охотник, ружьём, Оборвет мой зачин. Убегал я, как мог, Да попал в формалин! — Клык на камень нашел, Растираясь в пыль. Зверя режут ножом, Расцветает полынь.

Лань 3-21-А

Хотел бы я в лесах стерильных, Как раньше, в прошлые века, Там прыгать-бегать ланью сильной, Со следа сбив злого стрелка. — Но нету боле елей стильных, Ветви запутались в рогах, И все копыта крепит гирей, Теперь плутаю там, во снах. — Вольеров, стойла и пера, Меня темница плотно сжала, Я раб их, знающий блага Цивилизаций одеяла, Что закрывают все начала, Самих понятий бытия! Быть может я там, вне орала,