Артем Рудик – Пурград (страница 34)

Даже разговаривали они с помощью голосовых модуляторов. Так, при нашем появлении в центре круга живых мертвецов, владелец Пурполимер спросил меня своим механизированным хрипящим голосом:

— Мистраль… Мы ждём объяснений. Почему этот наглый террорист и бандит ещё не пойман?

Я решил, что буду говорить как есть, а потому заявил:

— Он слишком везуч. И всегда умело скрывается из нашего поля зрения!

— Мы дали "Гончим" полный доступ к системам нашей корпорации… — укоризненно сказал представитель Пурполимер.

— Даже имея некоторую информацию о его нейроимпланте, мы не можем точно сказать где он. Чип в его голове взломан и скорее всего больше не числится в ваших системах отслеживания.

— Как это возможно? Наши чипы имеют многоуровневую систему защиты. Обойти её без корпоративной помощи…

— Я буквально вчера видел, как ваши импланты взламывали чёртовы хиппи в не самом богатом районе города. Не говоря уже о том, что Фалькону скорее всего помогает один из ваших директоров.

— Почему же он ещё не арестован?

— Мы узнали об этом вчера и ещё даже не успели провести проверку…

— Нет времени на проверки. Если среди моих людей есть предатель, вы должны его вычислить не считаясь с побочным ущербом. Мои убытки могут быть многим больше, если он продолжит действовать ещё хотя бы день. К слову о предателях, как насчёт лазутчика среди "Гончих"? Он также помогает преступнику, но вы его всё ещё не поймали.

— Это действительно играет Фалькону на руку. Благодаря предателю он знает о наших действиях всё. Но внутриведомственные проверки пока не дали результата. Согласно им, весь младший состав чист. А командному я полностью доверяю. Особенно учитывая, что он, включая меня и пана Леванта, включает всего шесть человек.

— Верно, — подтвердил Левант, — сомневаться в том, что командиры нашей частной военной компании верны Правительству, нельзя. Желай кто-то из них вашего свержения, он бы явно смог реализовать свой план, пользуясь нашими ресурсами. Если никто из них всё ещё не пытается вломиться внутрь купола, беспокоиться не о чем.

— Вы должны не допустить даже мысли о том, чтобы кто-то сюда вломиться! — гаркнул владелец Мара-Медикал.

— Если вы вдруг хотите сменить поставщика военных услуг… — стоило Леванту только произнести эти жуткие слова, как тут же любой гомон со стороны глав корпораций прекратился.

Все затихли, чётко понимая, что без "Хаунд Милитари Корп" им не выжить. Завладев полным вниманием всех важных зверей, владелец "Гончих" продолжил:

— Мы делаем всё возможное для того, чтобы урегулировать ситуацию. Пока это выходит не слишком складно, но дело делается. Мистраль, могу вас заверить, прекрасный командир, но он не совсем в полной мере видит ситуацию. Возможно, ему стоит познакомиться с Основателем…

— Если это, конечно, действительно будет мотивировать спасать положение несколько активнее…

Глава Пурполимера явно обдумывал предложение Леванта, и несколько минут молчал, чтобы затем заключить:

— Если вы считаете, что это не нарушит режим секретности, установленный вами же, то я думаю, что это возможно.

— Мистраль знает о всех прочих секретных проектах. Не вижу причин, почему бы ему не познакомиться и с настоящей природой мимезиса… — фенек хитро сощурился и украдкой взглянул на меня, — Сынок, не мог бы ты встать поближе?

Я подошёл к Леванту так, что мы теперь оба стояли точно в самом центре комнаты. Он что-то ввёл на своей наручной панели и пол под нами двинулся. Мы стали уезжать куда-то вниз на лифте-платформе, оставляя Правительство наверху. Платформа двигалась неспешно и потому отец моей возлюбленной решил пояснить мне, куда мы вообще направляемся:

— То что ты сейчас увидишь, сынок, видело не более пары десятков зверей до тебя. И мы должны сделать так, чтобы Фалькон до этого не добрался. Это наша главная цель, понимаешь? Даже не так. От этого зависит выживание всего города.

— Всё настолько серьёзно?

— Поймёшь, когда лично поговоришь с ним. Ты, главное, не удивляйся тому, что услышишь от Основателя. Всё же, он многое пережил. А ещё он не от мира сего. Буквально.

Лифт наконец выехал из шахты и мы оказались в небольшом помещении, напоминавшем по антуражу лабораторию без окон и дверей. Свет здесь был приглушённым: всего пара ламп "ночного" света. Оттого, особенно ярко светилась голубая жижа в огромном чане, что располагался в самом центре комнаты. В ней лежало… существо. Живое. Звероподобное.

Это была разбухшая масса плоти, огромная, по виду так несколько тонн весу. Тело было покрыто шерстью, но различимые животные черты едва улавливались. Разве что в небольшой, относительно остальной массы, "растекающейся" морде. Пасть была искривлена и перекошена. Один глаз будто "сползал" относительно другого.

Почти атрофированные лапы существа тоже не внушали симпатии. Их было штук пять и все маленькие, сухие, почти "втянувшиеся" внутрь остальной биомассы. Там, где у существа из-под густой рыжей шерсти проступала кожа, под ней было ясно видно что-то чёрное и мерзкое будто…

— Опухоль, — сказало нечто, довольно приятным бархатным мужским голосом, — Я ныне весь одна сплошная раковая опухоль. Это моё проклятие. Проклятие "Основателя".

— Ты… вы… что, прочитали мои мысли? — у меня дыхание перехватило от страха перед странным существом.

— Это не так сложно, учитывая что прямо сейчас внутри тебя есть и часть меня. В каком-то смысле я и вовсе твой родитель. Отец всех звероподобных горожан. Основатель.

— Так мимезис… — я пытался осознать смысл сказанного.

— Часть меня. Вернее продукт жизни моих раковых клеток.

Если бы я позавтракал, меня бы точно стошнило прямо на месте. А так разве что голова закружилась и в горле нарастало противнейшее ощущение подступавшего позыва. Существо произнесло:

— Все люди испытывают отвращение к моему нынешнему облику. Я и сам его испытываю, так что тебе нечего стыдиться. Если хочешь знать, я не выбирал быть живой фабрикой ваших превращений. Когда-то я был красивым и молодым зверем, вольным делать что угодно и менять свой облик как заблагорассудится. А теперь…

— …Основатель оказался обездвижен своими мутациями, и даровал возможность превращаться нам всем. — закончил пояснение Левант.

— Верно. И всё это вина ЭГМ. Она сотворила со мной это и заперла меня здесь. Она превратила меня в биооружие, призванное уничтожить всё обезьянье в человеке и вывести вас на новую ступень эволюции. Знаю, о чём ты думаешь, Мистраль. Удивляешься, почему я говорю об этом электробоге "она". Что же… Я застал её ещё в юности, когда та ещё была живым человеком. Выдающимся учёным, чьей судьбой было даровать человечеству новое рождение. Жаль, что тогда, ради вас, мне пришлось пожертвовать своей свободой.

— Так ты… не человек? — спросил я, — Сколько же тебе лет, если ты являешься первоисточником мимезиса?

— Сложно сказать, сколько мне ныне. Я давно перестал считать года. Да здесь, собственно, их и не посчитаешь особенно. А вот то, что я не человек, ты верно подметил. Я действительно никогда не был человеком и пришёл из иного мира. Можешь, для простоты, мнить меня пришельцем, хотя это не совсем верно. Раньше я был лисом. Представителем иной цивилизации. Единственное напоминание о том, в тех запретах, которые великодушно мне разрешили ввести.

— Поэтому нельзя использовать присадки для превращения в Vulpes Vulpes? — высказал предположение я.

— Да. И мы максимально ограничиваем количество собакоподобных видов, оставляя их только в пределах Аркадии. Чисто из уважения к Основателю. — подтвердил мою догадку Левант, — Если быть честным, то всё наше общество сейчас существует только потому, что он даровал нам правила выживания.

— ЭГМ хотела устроить зелёную утопию, где все люди будут равными и устремляющимися в светлое будущее зверьми. Чтобы повсюду наступило равенство, братство и взаимопомощь, как в какой-нибудь хищной стае. — тихо произнесло существо в чане, — Но она быстро поняла, что даже с помощью мимезиса не сможет исправить человеческую природу. Только сменить её обёртку. И потому покинула своё главное творение и ушла в тень. А вот я действительно дал вам те основы общества, которые помогают обществу выживать.

"Но гораздо больше помогают выживать конкретно тебе." — невольно пронеслось в моей голове. Я тут же осёк собственные мысли, вспомнив, что Основатель может их слышать. Правда, было уже поздно. Он сказал, снисходительно:

— Думаешь, что полезно мне, не будет полезно людям? Мои правила помогают городу выживать уже долгие века! Социальная стратификация, антропофагия и жадность — всё это имеет свою причину и необходимость. Вы едите друг друга, не только чтобы экономить ресурсы и, в особенности мимезис, но и чтобы городом было проще управлять. Для этого же существует внутривидовая конкуренция. Хищники правят травоядными и элитизируются на основании права сильного. Это помогает нам поддерживать строгий порядок. Поэтому же в правительстве сидят старые богатеи. В городе просто не найти никого другого, кто бы так же ратовал за сохранение статуса-кво. А без него, я просто бы не смог обеспечить всех сывороткой. Люди бы разбрелись кто-куда, "растеклись" и вымерли. Никакого порядка и контроля!

— Это же причина, по которой до сих пор существуют бесшёрстные, — продолжил пояснение Левант, — Они тоже нужны обществу для выживания. Если бы бесшёрстные не добывали радиоактивную руду, которая способствует постоянным мутациям опухолей Основателя, то мы бы лишились мимезиса вовсе. Ибо с пушистыми радиация творит крайне неприятные вещи. Такие, что и горожан не напасёшься на хоть какую-то выработку руды.