Артем Рудик – Приятель (страница 34)

После всего увиденного, я вряд ли мог сказать, что прошёл через ад в прошлом, так, через финские бани разве что. Но даже я понимал, что пусть Звезда и оступилась, предав, она точно не заслужила наказания такого масштаба, растянувшегося на многие годы. Никто такого не заслуживает. Кроме, может, самого Майского Цветка. Он бы и дня с собой не вынес.

— Ты мне сказала, Звёздочка, что я самый умелый мужчина в твоей жизни и с другими у тебя ещё никогда не получалось достигнуть пика. — продолжил Цветок, — И по тебе это было видно. Ты оказалась без сил после пяти разгрузок подряд. В ту ночь мы зачали нашего первого ребёнка. Того, который из-за твоего образа жизни и слабости к алкоголю и на передок, постиг выкидыш. Ты ведь из-за этого рассталась с тем парнем, да? Или просто прибежала ко мне через пару дней, потому что твоё тело стало от меня зависимым? В любом случае, было бы смешно, если бы ты с ним осталась, и этот ребёнок родился бы. У тебя, милая, отличная способность заставлять омежек растить сильные гены. Да, Антон?

Молчать было более невозможно, но и выходить на эмоции нельзя. Я был готов пойти ва-банк на его же поле, понимая, что это рискованно, и это всё будет очень большой ложью, и всё же стараясь сохранить ледяное спокойствие, чтобы добиться нужного эффекта. Благо я прекрасно знал, как мыслят такие как Цветок. Правда в том что я всю жизнь боялся стать таким же и, в то же время, общество настойчиво пыталось научить меня думать именно так.

Мне очень хотелось, чтобы Звезда поняла, что именно я хочу сделать и не затаила бы на меня после этих слов смертельную обиду, но я всё же сказал:

— Ты сказал очень много слов о доминировании и прочем, но ты не знаешь всей правды. Ты думаешь, что я недостоин, потому что рощу чужого ребёнка, но ты растил сразу двух. Конечно, она тебе этого не рассказывала, но рассказала мне: и тот выкидыш, и Роса, это не твои дети. Звезда была тебе не верна, поскольку исправно симулировала удовольствие с тобой и хотела скинуть на тебя заботу. Ты же говоришь, что она профи в том, чтобы заставлять омежек растить чужих детей. Вот она и заставила одного. Тебя. Очень глупо полагать, что будет по-другому, когда вся сила твоих генов в лёгкой залысине и уродливых глазах разного размера. Или, может, ты считаешь сильными генами пробивающуюся у тебя австралопитекскую монобровь? Список твоего уродства можно продолжать бесконечно. Видел ли ты хоть один из этих признаков у Росы? Невооружённым взглядом же видно, что это не твоя дочь. Знаешь, если бы ты действительно был тем альфой, которым себя считаешь, ты бы не занимался насилием и покупкой женщин за деньги и власть. Как тогда. Сам же сказал, что выиграл огромную сумму.

Глаз Цветка дёрнулся, он недовольно растянул рот на одну сторону и глянул на Звезду, та с ледяным спокойствием подтвердила:

— Это правда. Ты был очень богат, а в моём животе только-только появлялся ребёнок от мужчины, который от меня вот-вот ушёл бы. Я всего лишь воспользовалась случаем, — кажется воительница прекрасно поняла, что такие слова порежут Цветка сильнее тысяч пустых оскорблений, которые как раз скорее показывают его силу и власть.

— Ха, но извивалась ты как в последний раз! — пошёл в контратаку мой оппонент.

— За те деньги, что у тебя тогда были любой из твоих головорезов в этой комнате, извивался бы даже больше. Наверное, они и сейчас так делают, нет?

Цветок фыркнул:

— А я ведь тебе доверял, Звезда. Я ведь тебя любил и хотел тебе счастья. А ты со мной вот так? Помойная продажная дрянь, в которой нет ничего святого! Предательница! Молодец, смогла обмануть самого умного мужчину на пустошах. Все вы женщины, умеете только обманывать и ноги раздвигать. Вот ты, Антон, за неё, зная всё это, на смерть сражаешься?

— Я знаю, что тебе это слово незнакомо, но я её люблю. Не вопреки, не благодаря, а всю целиком. За то, что она делает меня лучше, чем я есть. А чтобы стать лучше, не жалко и жизнь положить.

— Ну ты и олень. Рога у тебя, верно, ветвистее моих, — он подхватил со своей половины восемь фишек и бросил мне, — Вот, забирай и протез, и свою старую неликвидную и меркантильную давалку. Ты видимо и правда будешь кайфовать, когда она пойдёт искать палку покрепче.

Я взглянул на Звезду, всё ещё прижатую к полу. На одно мгновение в моей голове мелькнула мысль и сразу же отпала. Нет, так я поступить не мог…

— Без Росы мы не уйдём, — процедил я.

— "Без Росы мы не уйдём" — передразнил меня Цветок, — Я оставляю девочку себе как моральную компенсацию, пусть она и не моя дочь, но она может быть полезной… Как минимум она похожа на свою мать и у меня есть шанс не вырастить её куртизанкой, а вот у вас…

Я придвинул все свои новообретённые фишки вперёд:

— Ставлю всё. Ва-банк.

Мой соперник ухмыльнулся:

— А ты не умеешь принимать милость, да? Не умеешь оценивать риски и уходить, когда взрослые дяди очевидно тебя переигрывают? Даю последний шанс, оленёнок, так как вы двое мне теперь не упёрлись. Уходи или пожалеешь.

Я настойчиво продвинул фишки ещё дальше. Цветок злобно оскалился:

— Конченный идиот, ну будь по-твоему…

Он продвинул все свои фишки и начал раздавать карты. У него открытый туз, у меня девять и восемь, суммарно семнадцать… очень плохой расклад для того, кто идёт в ва-банк. Хуже и не придумаешь… Эйри молчал. На моём лбу проступил холодный пот, я судорожно метал взгляды между раскладом и колодой. Брать или… Дышать стало тяжело. Три жизни зависело от моей грёбанной удачи. От удачи неудачника!

Понадеявшись на то, что у Цветка там слабая карта, я решил не добирать. Он с улыбкой перевернул закрытую карту. Король. Блек, мать его, джек. Кажется, сам мой противник нисколько этому не удивился и лишь довольно откинулся на стуле:

— Видишь? Боги благоволят МНЕ. Удача благоволит МНЕ. Вся эта чёртова вселенная крутится вокруг МЕНЯ. Я доминант, я альфа, я главный. А ты просто убогий отброс, которому стоило принять мою милость. Видишь ли, закон джунглей не победить. Сильный есть слабого. И вас обоих ждёт весёлое время в моих руках. Я отыграюсь на ней за годы лжи и на тебе, просто потому что ты мне противен, — он встал и отряхнулся, обращаясь к своим людям, — Ну, мужики, проводите наших гостей в подготовленное для них место.

Он кажется уже собрался уходить, пока я пытался в принципе переварить произошедшее. Но тут по моей руке прокатился знакомый импульс. Эйри брал контроль. То что произошло дальше было исключительно сюрреалистично. Моим протезом Эйри схватил тяжёлые керамические и стал метать их по одному, будто пули. Расслабленные сектанты, сдвинувшиеся со своих постов, после моего поражения не ожидали такой атаки.

Эйри был исключительно быстр и смертоносен. Первая фишка влетела Цветку в глаз с такой скоростью, что на меня брызнула кровь, а сам "альфа" рухнул на спину, вопя и хватаясь за заполненную месивом и осколками глазницу. Он, кажется, единственный, кому повезло пережить попадание Эйри. Сектантов опоссум косил с исключительной точностью, точно также пробивая крошащейся тяжёлой керамикой глазные яблоки и перебивая что-то в мозгу. Я едва успевал поворачиваться, чтобы опоссум наводился на новую цель. Бойня длилась считанные мгновения.

Вскоре в комнате осталось всего трое живых, не считая самого Эйри, он подкинул в руке оставшиеся фишки и на сей раз сказал в слух:

— Всё ровно как я и планировал, приятель! Глупо было позволять мне дотянуться до лучших снарядов в этой комнате.

Я слегка дрожал. Да, убивать с помощью Эйри было для меня не ново, но, кажется, я никогда не смогу к этому привыкнуть. Особенно к крови. Я машинально вытер щёку, на которой осталось то, что брызнуло из глаза Цветка. Пахло отвратительно.

Наш пленитель валялся на полу, держась за пробитый глаз. Опоссум произнёс:

— Я специально не стал его убивать. Подумалось, что Звезда захочет сделать это сама. Думаю, она заслужила, приятель…

Прежде чем сама Звезда, всё ещё связанная, что-либо смогла ответить, заговорил Цветок, надрывно постанывая:

— Вы не можете меня убить!

— А я думаю, что могу. — Эйри, появившийся у меня на плече, беззлобно улыбнулся, — Нельзя прощать угрозы своим друзьям. И нельзя допускать, чтобы они повторились…

— Да не трону я вас, если вы меня отпустите, — Цветок слегка поднялся, всё ещё держа руку на кровоточащем месиве, — А вот если вы меня тронете… — он задрал рукав свободной руки, продемонстрировал, как под его кожей мигает какой-то огонёк, — Это активируется… моя страховка. На такой случай.

— Собрался взорвать эту вечеринку, да? — Эйри шутил даже в такой ситуации.

Цветок злобно оскалился, как скалятся зажатые в угол звери:

— Этот чип связан с системой жизнеобеспечения в наших… капсулах для сна. Все взрослые последователи, кто доверил себя нашему культу, спят в них. И если меня убить…

— …умрут и они. — закончила Звезда, к тому моменту уже каким-то образом освободившаяся от пут и поднимавшаяся на ноги, — Шантаж достойный главного ублюдка пустошей.

— Это ещё не самое лучшее, дрянь. Ведь у всех этих тысяч людей есть дети, над которыми мы благодушно взяли заботу. Представляешь, что будет, когда они останутся и без секты, и без родителей?

Моё сердце сжалось. Это будет настоящий коллапс. И для города, и для самих детей, сломанных в секте, а теперь и вовсе брошенных в дикий мир пустошей.