Артем Рудик – Молоко и мёд (страница 15)

Тогда я согласился. В то же время согласился и Борей, пострадавший во время Стурегги ничуть не меньше моего. Сейчас я думаю, что это была одна из главных ошибок в моей жизни. Более того, я подозреваю, что с подачи кролика история моей родной Атлантиды и произошла. Просто чтобы я охотнее присоединился к тайному правительству.

Конечно, что сделано, того не воротить, да и не вступи я в Общество, я бы не встретил Мартина. Но всё же иногда я думаю, что было бы, если бы у меня тогда вышло?

Скорее всего я бы превратился бы в Венега. Ему получилось построить свою "Божественную империю" и даже, при этом Хор-Селкет, как его звали при человеческой жизни, в конце-концов сошёл с ума и отлично вписался в компанию "тайных правителей мира". Наверно даже больше, чем любой из нас.

Даже теперь, когда его народ вымер, как и мой, он продолжал поддерживать на своих землях только ему одному видимый порядок. Такой, что даже мне, с моим опытом тайных операций пришлось несладко, прежде чем я смог проникнуть в столичную цитадель очередного его эксцентричного ставленника – Насера. И это при том, что даже скрываться для этого не пришлось. Просто даже приехать в гости к нему целое испытание. Даже если вы скорее друзья, чем враги.

Но я всё же смог выторговать у этого высокого чёрного трубкозуба немного времени для того, чтобы найти приспешника Мауи. Искать долго не пришлось. Как ни странно, неизвестного американского конспиролога, кричащего про сионистские заговоры и призывающего сбросить Израиль в море, здесь приняли куда раньше и радушнее, чем старого друга. Наверное потому, что он нравился Насеру. А сам Венег едва простил меня после моего участия в Суэцком кризисе.

Да, тогда вышло довольно неловко... Но и сейчас ситуация была довольно... щекотливой.

У меня лапы горели, чтобы наконец вычислить, где находится Мауи и припомнить ему всё, что он у меня отобрал. С другой стороны, я не мог просто взять и выхватить проклятого лося из толпы каких-то немцев, с которыми он мило беседовал в обеденном зале резиденции. Не то чтобы у меня этого физически бы не получилось. Просто я понимал, что ссориться с Хор-Селкетом ещё больше не стоит.

Так что действовать я был обязан исключительно тонко и моё проклятие позволяло мне это сделать. Гармоны могут быть удивительно мощными побудителями к действиям, причём даже к тем, в которых они участвуют исключительно опосредованно. Моя власть над их синтезом позволяла заставлять людей делать то, что я хочу. Конечно, если ввести их внутрь в правильной дозе и дождаться эффекта.

Но, это только на словах просто.

Каждый наёмный убийца знает, что человек наиболее уязвим во время трёх состояний: сна, еды и испражнений. В эти моменты человек с трудом будет сопротивляться любому воздействию, а потому, по-хорошему, есть или ложиться спать лучше всего среди тех, кому можно доверять в исключительной степени. Конечно, моя цель об этом не задумывалась. Он спокойно стоял себе с бокалом чего-то неалкогольного и рассуждал на тему устройства пирамид:

– А я вам таки говорю, что пирамиды — это не масонский сионистский заговор! Масоны и сионисты не способны были в то время построить такой величины штуковины. Ну не могли! Их просто тогда ещё не было на земле. Как профессиональный историк, я могу точно заявить, что пирамиды построили жители Атлантиды...

На словах про свою утонувшую Родину, я подошёл к нему и хлопнул по плечу. Именно в этот момент я уколол его тончайшей иглой. Хлопок по плечу нужен был именно для маскировки укола. Я спросил, изображая интерес:

– Да что вы? А зачем же жителям Атлантиды такого рода строения в Египте?

– Чтобы защитить землю от пришествия евреев, конечно! Вы разве не знаете, что дети сиона пришли к нам с космоса, в рамках альянса цветных дегенеративных народов пришельцев, которые позарились на земли великой Американо-Тартарии?

– Нет, такой версии я ещё не слышал... – я понимал, что придётся прослушать достаточное количество бреда, но я обязан был дождаться момента, когда нужный химический сигнал достигнет пусковых хеморецепторов, – Просветите меня, вкратце?

– О, ну тут придётся читать целую лекцию! – он горделиво выставил грудь колесом, – Вы, явно необычный человек, а тоже эволюционировавший в высший атлантидоидный тип, как и я. Так что что-то должны знать о Великой космической гиперрасовой войне против беженцев с Нибиру. Мой наставник Реджинальд, – при упоминании Мауи я невольно скрипнул зубами, – когда я ему рассказал свою теорию, сказал, что я абсолютно прав насчёт всех этих семитов и их происхождения.

– Надо же, а он, стало быть, большой эксперт по происхождению рас?

– Конечно. Он смог даровать мне атлантидоидный тип, это же просто невероятно! Такого уровня расовая наука была мне раньше не ведома! Это же просто пик развития человеческой природы и смешения её с первобытным арийским духом!

– Да и даже у нас её до такого уровня не довели, – сказал один из немцев, заставив меня вспомнить, какую идею Трамонтаны я ненавижу больше всего.

– А что насчёт Атлантиды? – спросил я, – Раз "наша" "раса" — это пик и они могли строить громадные кошачьи уши посреди пустыни для защиты от пришельцев, то, где же она теперь?

– Вы звучите как дремучий скептик, далёкий от настоящей науки, – сказал он разочаровано, будто бы я должен был быть изначально в курсе хотя бы части его теорий.

– Может и так, но вы же меня просветите? – я внутренне молил, чтобы химический сигнал дошёл быстрее.

– Ну тут же всё совсем очевидно! Только дурак не знает, что семиты были агентами рептилоидов и инфильтрировались в среду атлантидян, защищавших арийскую империю Американо-Тартарии. Они как бы подло и изнутри разрушили Атлантиду, затопив её. Пирамиды оказались отключены и началась Гиперрасовая война, в результате которой арии оказались подчинены В награду рептилоиды дали своим верным семитам власть над этим миром. И те настойчиво переписали всю историю. Никто, например, не знает, что Штаты никогда не были колонией, это изначально был свободный белый народ деградировавших беженцев из Атлантиды.

– А вы-то откуда это знаете?

– Ну как? Я же учёный! Вот, например город Атланта, в Джорджии, очевидно, что он назван в честь утонувшего города. Да и Атлантический океан в честь него назван. Да и английский язык, из которого, очевидно, произошли все языки мира, произошёл от языка атлантидян. Там всё по семантике понятно! – лось ещё выше задрал нос.

– Жаль у нас в Аненнербе таких серьёзных специалистов не было, – сказал ещё один немецкий атташе, – С нашими ресурсами, мы бы, может, откопали бы и Атлантиду, и Гиперборею...

Пока он говорил, проклятый вдруг поменялся в лице и схватился за живот:

– Ох, что-то... Что-то мне вдруг поплохело, – лось чуть ли не позеленел. Мой план работал как надо.

– Давайте я вас провожу до уборной, – предложил я, – Надо аккуратнее пить местные напитки.

– Да, буду благодарен, – сказал он, а затем кратко обратился к немцам, – Ох... извините господа, я вернусь к вам.

Я провёл его до заранее разведанной туалетной комнаты. Открыл её, свиснутым у охраны Насера, ключом и пропустил перед собой страдальца, чей рвотный центр сейчас горел от поступающих сигналов. Пока он опустился над рвотной раковиной, исторгая всё содержимое желудка, я прикрыл дверь и снова закрыл её на замок. Теперь в помещении были только мы вдвоём.

Лось был теперь даже куда более уязвим, чем если бы он спал или ел. Тошнота эффективно ослабляет даже самых крепких и здоровых, а ещё абсолютно мешает думать о чём-то ещё, кроме того, что из тебя выходит. Даже если выходить уже нечему и ты просто отхаркиваешь воду.

Я подошёл к своей жертве и положил ему руку на голову. Допрос начался:

– И так, буду краток, времени у меня не так много. Но и у тебя не слишком. Ещё минут пять, и ты начнёшь харкать кровью. Через десять умрёшь от внутренней кровопотери. Если хочешь получить антидот или хотя бы не искупаться перед смертью в том, что ел сегодня на завтрак... Лучше сразу отвечать на мои вопросы. Ясно?

Он страдальчески поднял на меня глаза:

– Э-э-э...

Я счёл это утвердительным ответом. Он быстро достиг необходимой кондиции, когда уже никто в здравом уме не способен сопротивляться:

– И так, мне плевать, что у тебя и твоего босса Реджи за дела в Египте. Пусть ты приехал, чтобы убедить Насера взять реванш за шестидневную войну или ещё для какого мелкого пакостничества США и Израилю. Вообще плевать. Я хочу знать только то, где я могу найти твоего босса и что он планирует делать.

– Я... Буэээ... – его продолжало сурово рвать, – Я не могу...

– Неправильный ответ. – я надавил на его голову, прижимая её ко дну рвотной раковины, – Подумай ещё немного, – он так ослаб, что и дёргаться особо не мог, а когда я позволил ему вернуться в нормальное положение, на его лице помимо рвоты была ещё и кровь, – Время твоё истекает...

– Ладно... Бл... Ладно... Я скажу! Буэ... Скажу! Кхе-кхе... Он в Городе Мёртвых! Вкхе! В Варанаси!

Варанаси... Значит Мауи решил заглянуть в гости к Суховею. Надо бы и мне навестить панголина.

Я отпустил голову проклятого:

– Ну всё, это всё, что мне нужно было знать.

– А... Бле... Анти... Вуе... Антидот? – он уже еле дышал.