Артем Оноприенко – Заметки на полях твоей жизни (страница 21)

Алексей показывал мне город. Не тот, что видят туристы. А тот, в котором живёт он.

– Вот здесь, – он указал на здание с колоннами, – я впервые понял, что хочу быть архитектором. Мне было десять лет. Отец привёл меня на выставку.

– И что ты почувствовал?

– Восторг, – он улыбнулся. – Здания были живыми. Они дышали. Говорили.

– Как сейчас? – я посмотрела на него.

– Да, – он кивнул. – Как сейчас.

Мы прошли через парк. Сели на скамейку у пруда. Утки плавали в воде. Дети кормили их хлебом.

– Расскажи о своём городе, – попросил Алексей.

– О Томске? – я удивилась.

– Да. Где ты выросла.

Я задумалась. Вспомнила узкие улочки. Деревянные дома. Запах сирени весной.

– Там тихо, – начала я. – Все знают всех. Если ты упал – поднимут. Если заболел – принесут суп.

– Это хорошо, – сказал он.

– Иногда душно, – я вздохнула. – Все лезут в твою жизнь. Спрашивают, когда замуж. Когда дети.

– Как моя мать, – Алексей усмехнулся.

– А ты хочешь детей? – спросила я вдруг.

Он замер. Посмотрел на меня. Долго.

– Не знаю, – сказал он наконец. – Может быть. Когда-нибудь.

– С кем? – я не удержалась.

– С тобой, – он сказал это так просто. Будто спрашивал, который час.

Моё сердце пропустило удар.

– Со мной? – повторила я.

– Если ты захочешь, – он взял мою руку. – Если мы дойдём до этого.

– Дойдём, – сказала я тихо.

– Ты уверена?

– Уверена, – я посмотрела ему в глаза. – Если ты будешь рядом.

– Буду, – он поцеловал мою ладонь. – Всегда.

Вечерело. Солнце садилось. Небо окрасилось в оранжевый цвет.

– Пора, – сказал Алексей. – Тебе в общежитие.

– Да, – кивнула я. – Уже поздно.

Мы пошли обратно. Молча. Но это было хорошее молчание.

У входа в общежитие он остановился.

– Завтра? – спросил он.

– Завтра, – подтвердила я. – В библиотеке.

– В шесть?

– В шесть.

Он наклонился. Поцеловал меня. В губы. Долго. Нежно.

– Спокойной ночи, – прошептал он.

– Спокойной ночи, – ответила я.

Он ушёл. Я смотрела ему вслед. Пока он не скрылся за углом.

В комнате Маша ждала меня. С коробкой пиццы.

– Ну? – спросила она, когда я вошла. – Как прошло?

– Хорошо, – ответила я. Села на кровать.

– Только хорошо? – Маша протянула мне кусок. – Расскажи.

– Мы были в кафе, – я взяла пиццу. – Потом гуляли. Он показал мне свой город.

– И?

– И он сказал, что хочет детей, – я откусила кусок. – Со мной.

Маша подавилась кофе.

– Что? – она закашлялась.

– Детей, – повторила я. – Со мной.

– Это серьёзно, – Маша вытерла губы. – Вы вместе только две недели.

– Я знаю, – кивнула я. – Но это не меняет того, что он сказал.

– А ты? – Маша посмотрела на меня. – Ты хочешь?

– Не знаю, – я пожала плечами. – Может быть. Когда-нибудь.

– Ты влюбилась, – Маша улыбнулась. – По-настоящему.

– Да, – я улыбнулась в ответ. – По-настоящему.

– Я рада за тебя, – Маша обняла меня. – Но будь осторожна.

– С Дашей?

– С Дашей, – Маша кивнула. – Она не отступится.

– Пусть пытается, – я отодвинулась. – Мы справимся.

– Вы, – Маша поправила. – Не ты. Вы.

– Да, – я почувствовала, как внутри что-то тёплое разливается по телу. – Мы.

Ночью я открыла дневник. Свет лампы освещал страницу. Ручка скользила по бумаге.

«Сегодня мы были в кафе. Вдвоём. Без тетради.»

Конец ознакомительного фрагмента.