Артем Каменистый – Цвет ее глаз (страница 47)

Что успеть? А то – я не имею права выходить из этого помещения в одежде, принесенной Маргарет. Это и правда безразмерные мешки. Точнее, может и размерные, но размер у них явно не мой. Я гораздо меньше, чем люди, для которых предназначено это убожество.

Наверное, это полковник Лазарь придумал, или кто-то вроде него. Решили меня уморительным пугалом выставить. Вон, Маргарет мою одежду сразу унесла и уверена, что просить ее вернуть бесполезно, я даже заикнуться об этом не попыталась.

Почти уверена, что у них тут настоящий заговор против меня.

Значит, придется поработать ножницами быстро и грубо. О! Удача! Тут женские комплекты имеются с юбками вместо брюк. Юбки конечно страшнее атомной войны, но у меня будут ножницы, машинка, ну и головной мозг никуда не делся.

Плод фигового дерева они получат, а не пугало. Может мне и безразличны интересы Азовского Союза, но Цветник позорить никому не позволю.

Ну и себя – само собой.

И да, если не скромничать с ножницами, можно укоротить юбку чуть-чуть выше последней нормы приличия. Ноги у меня достойные, не стыдно показывать, если верить теории, мужские взгляды в первую очередь устремятся именно на них и огрехи, которые я никак не успею устранить, останутся незамеченными. Ну а эту хламиду мы в талии заузим, тут подошьем, а тут сделаем ниже. Получится дешево, почти вульгарно, но что мне еще остается при столь остром дефиците времени и возможностей?

Люди тут на вид не привередливые, должно сработать.

Я им покажу мешок с картошкой…

Глава 17

Званый обед

К тому моменту, когда за мной пришли, я уже почти закончила. Торопливо поправила последние мелочи, так что задержалась минут на десять всего – не больше.

Десять минут – не такая уж и страшная цифра, к тому же чуть-чуть опоздать для женщины естественно. Но с этим надо играть очень аккуратно, ведь если получится не чуть-чуть, то это уже не просто женщина, а женщина не ценящая чужое время, что неуважительно, в первую очередь, по отношению к себе, и относиться к ней будут соответствующе.

Ну я и умничка, за такой смешной срок совершила почти невозможное – превратила грубое подобие одежды в нечто, что почти не стыдно носить. Фантастический результат.

На этот раз меня сопровождал не полковник, что само по себе уже почти прекрасно. Почему почти? Потому что за мной послали кваза, если бы Маргарет не предупредила об этом заранее, я бы ни на миг не усомнилась, что заявился мой избранник собственной персоной.

Очень может быть, что кандидатуру провожатого подобрали не случайно, а с целью начать меня приучать к этим монстрам. Разумный ход, я ведь измененных до этого видела лишь по телевизору или не ближе нескольких десятков шагов и во всех случаях испытывала негативные эмоции.

На них невозможно смотреть без содрогания.

По пути мне стоило труда держаться с невозмутимым видом. Складывалось впечатление, что этого кваза выбрали из многих из-за максимальной уродливости. Желтушная кожа свисает складками на деформированном лице; челюстной аппарат сильно раздулся, причем несимметрично; мясистые губы не смыкаются, в щели между ними прекрасно видны массивные острые зубы; переносица истончилась, а нижняя часть носа наоборот резко расширилась, ноздри такие, что еще чуть-чуть, и скворцы смогут устраивать в них гнезда. Естественно, фигура тоже изуродована. Плоть будто перетекла наверх, безобразно раздув плечи, которые под свой тяжестью заставили спину неприглядно выгнуться. Уж не знаю, где под такое тело отыскали форму, но она не совсем подходит – на горбу сильно натянулась, массивные бедра едва пролезли в штанины, а на голенях ткань наоборот свободно болтается.

В общем, о нехороших особенностях этого кваза можно еще много чего рассказать, но зачем, ведь и без слов понятно, что он тот еще урод.

Красавчиков среди них не бывает.

А еще у квазов ужасный голос. У зараженных там все по другому устроено, не по человечески, у измененных не все так плохо, но разница с обычными людьми все равно колоссальная. Слышала от других, что если чудище говорит, то вблизи все понятно, но чуть отойди, и до ушей донесется лишь бессвязное урчание. Сама с таким явлением не сталкивалась, но верю.

Ведь как урчат мертвяки – знают все.

Или для меня здесь особая честь, или тут так принято, но и на этот раз идти пришлось исключительно под землей. Все те же сыроватые коридоры с режущим глаза освещением. Еще немного и я начну слезно скучать по солнечному свету.

Место, куда мы пришли, по ощущениям тоже располагалось под землей. Обстановка здесь куда скучнее, чем в моем жилище – никаких ковров или хотя бы затертых дорожек, полы голые, как и стены, двери металлические, грубо выкрашенные черной краской.

Звонко постучав в нее толстенными ногтями лишь чуть-чуть не дотягивающими до того, чтобы их можно было называть когтями, кваз утробно произнес:

– По приказу полковника Лазаря доставлена Элли.

В двери загремело, она медленно распахнулась, монстр обернулся ко мне, указал на проем:

– Иди туда.

– Благодарю, – сумела выдавить из себя ровно без ноток страха и отвращения.

Надеюсь, монстр не заметил, каких усилий мне это стоило. Нелегко оставаться тактичной рядом со столь омерзительным созданием. Да, я понимаю, что этот человек ни в чем не виноват, что каждый иммунный рискуют стать на него похожим, но до чего же гадко смотрится.

Дальше меня повел один из часто попадающихся в подземельях «черных солдат». Ну из тех, которые прячут лица за непроницаемыми шлемами. Далеко идти не пришлось, конечной целью пути оказалась большая комната шагах в ста от охраняемой двери. Как это принято у западников – без малейших красивостей, из мебели лишь массивные стулья окружавшие длинный стол. За ним расселись одиннадцать таких же скучных, как и все остальное мужчин, и мне стоило огромных усилий не вытаращиться на двенадцатого.

Того, который сидел во главе стола.

Вот он, несомненно, не скучный. И к тому же – не совсем человек. Кваз, но кваз откровенно ненормальный, если к ним вообще применимо понятие «ненормальность». Даже восседая на стуле, он кажется невероятно высоким, а плечи настолько разошлись вширь, что за ним втроем можно спрятаться. Спина искривлена, как это почти всегда бывает у измененных, но это выглядит почти естественной деталью, раздувом и без того непомерно развитой мускулатуры.

Мускулатура – тема для долгих описаний. Если коротко – человеческая в сравнении с ней вообще не имеет права называться мускулатурой. Очевидно, изменения серьезно затронули опорно-двигательный аппарат добиваясь его максимального усиления. Вся эта гора мяса и сухожилий не могла удержаться на нормальном или близком к нормальному скелете, кости явно видоизменились, стали другими: улучшенным, укрепленными.

По самым скромным прикидкам, весу в этом создании не меньше, чем в трех, а то и четырех нормальных мужчинах. К тому же не стоит забывать о прибавке – помимо зеленой формы (это сколько же материи ушло прикрыть ходячую гору) на кваза был надет очень тяжелый с виду бронежилет созданный специально под его анатомические особенности. Затянутые в черную ткань пластины частично прикрывали грудь, бока и линию, разделяющую тело посередине по вертикали. Всем известно, что у развитых зараженных уязвима верхняя часть позвоночника, измененных это тоже касается, вот и пришлось мастерам учитывать.

Голова, конечно, тоже уязвима, но ее ничто не прикрывает – или здесь не настолько опасная обстановка, чтобы сидеть в шлеме, или он ее не бережет.

На голову старалась не коситься. Она у него настолько… она такая, что… Бррр! Если вспомнить кваза, который меня сюда привел, то чего это я так придиралась к его внешности? В сравнении с этим уродом он чуть ли не симпатяшка.

Одиннадцать человек и чудовище собрались здесь в том числе и для того, чтобы поесть. Об этом свидетельствовали тарелки, поставленные перед каждым местом, а также подставки с салфетками.

«Черный солдат», встав у порога, приглушенным из-за шлема голосом отрапортовал:

– Азовская доставлена.

Полковник Лазарь, развернувшись, небрежно взмахнул рукой:

– Присаживайся, Элли, мы тебя уже заждались.

Стараясь держаться как можно непринужденнее, направилась к единственному свободному стулу. При этом один из незнакомых мне людей присвистнул:

– Это откуда же азовские такую прекрасную форму достают?

– Заглохни уже, азовские здесь вообще не при делах, – с несвойственной ему грубостью произнес господин Лазарь, и больше никто ничего не сказал.

Складывалось впечатление, что мое появление прервало оживленную и, возможно, напряженную беседу. Люди еще не остыли, им хочется продолжать осыпать друг друга грубыми словами, но только не в моем присутствии.

Лишь только я уселась, как двери за спиной распахнулись, один за другим зашли четыре человека в черных комбинезонах и такого же цвета фартуках. Обходя стол, они накладывали в каждую тарелку ломти жареного, вареного, тушеного и, по-моему, даже печеного мяса, а посредине ставили чуть ли не тазы с нарезанной колбасой и копченостями. Немаленькая комната тут же наполнилась резким ароматом невообразимой смеси специй. Их во все блюда, похоже, килограммами добавляли.

Меня не обделили, даже более того – обслужили одной из первых. Я, с трудом сдерживаясь, чтобы не завизжать от астрономического ужаса, старалась не вытаращивать глаза на груду мяса, дымящегося перед носом. Нет, я вовсе не вегетарианка, но поймите меня правильно – столь непомерного количества достаточно, чтобы кормить весь Цветник целый день (да еще и на утро останется). Нам такую пищу дают не так уж часто и всегда понемногу, этого вполне достаточно.