Артем Каменистый – Территория везучих (страница 54)

Наконец Туристу надоело ломать комедию. Отбросив черный пучок спутанной бесполезной паутины, годной лишь для приготовления самого дешевого спека, где она является одним из ингредиентов, он, поднявшись, так же неспешно направился назад.

Дождавшись, когда тот преодолеет полпути, Пастор спокойно и громко произнес:

– Срисовали они тебя, шагай мимо нас и жди в зеленке. Только не на краю останавливайся, в лесополосу заберись, они тебя боятся.

Турист ни словом не отреагировал на приказ и начал потихоньку забирать к обочине с явным расчетом миновать группу, ни на шаг не зайдя под полог невидимости. Прошел мимо, направился к тянущейся к дороге лесополосе, даже не покосившись в сторону группы.

Пастор, стащив с плеч рюкзак, поставил его на асфальт, взгромоздился сверху, будто на мягкий стул, и, блаженно улыбаясь выглянувшему под вечер солнышку, самым безмятежным голосом заявил:

– Отдыхаем две минуты. Хочу посмотреть, чем эти ребята займутся.

– Полисовские? – деловито спросил Гномик, присаживаясь аналогичным способом.

– Вряд ли, скорее всего, случайно подвернулись, очень стеснительные и не торопятся выходить. Но проверить их не помешает, это запад, на западе толпами бродить не принято, и нормальные люди открытые места стороной обходят, а эти забрались зачем-то в капкан и сидят, чуть ли не у всех на виду. Интересно глянуть, кто тут такие смелые. А вот и они. Какие нетерпеливые мальчишки, рано я их похвалил за неторопливость.

Взглянув туда, куда Пастор таращился, не переставая, Карат увидел, как из-за обшарпанной автозаправки выходят двое. Идут осторожно, непрерывно оглядываются, и хотя с такого расстояния детали разглядеть не получается, нет сомнений, что это нормальные люди, а не зараженные. У тех моторика и манера перемещения иная, кто видел их хотя бы раз, движущихся ни с кем не перепутает.

Парочка шагала быстро, по всему видно, что им сейчас не по себе. Участок и правда открытый со всех сторон, незаметно сюда никак не подобраться. На их месте Карату бы даже в голову не пришло приближаться к дохлому лотерейщику, развалившемуся посреди просматриваемой с разных направлений дороги, но у парочки на этот счет другое мнение. И ладно бы, находись они под таким же покровом невидимости, так нет же – обычные ребята, видно их прекрасно, ничего сверхъестественного за ними не наблюдается.

Странные или тупые.

Расстояние быстро сокращалось, и вскоре Карат разглядел парочку во всех деталях. Юнцы, которым едва двадцать стукнуло, и дело тут явно не в индексе возраста – так оно и есть. Вырядились, будто в военный поход отправились: не какой-нибудь рядовой камуфляж для рыбаков-охотников, а настоящая форма непонятной армии со знаками различия, наколенники, навороченные разгрузки, обвешанные не слишком впечатляющими штуковинами, включая ножи, фонари-шокеры и прочее в таком духе. У одного даже кастет виднеется – явно самодельный, начищенный до блеска, что глупость несусветная – в солнечный день может выдать издали. За спинами уплощенные рюкзаки с множеством кармашков, в обвязках закреплены клювы, выкрашенные в радикально-черный цвет какой-то хитрой краской, уж очень похоже на воронение металла, оттого на древесине выглядит неестественно.

Что касается оружия поприличнее, с этим у парочки все плохо. Под такую коллекцию мишуры им полагаются автоматы или винтовки с богатым обвесом, но ничего подобного не наблюдается. Банальная двустволка далеко не современного дизайна у одного, второй с арбалетом – явный ширпотреб, прихваченный в каком-нибудь специализированном магазине, торгующем не слишком крутыми штуками.

Ну, или крутые вещицы успели подмести до этих парнишек – лучшее добро в доступных местах долго бесхозными не валяется.

Не дожидаясь приближения парочки, Пастор неспешно поднялся, взгромоздил рюкзак на плечи и произнес:

– Подойдем шагов на двадцать, отсюда будет плохо слышно.

Обнаглел до такой степени наглости, что собрался подслушать разговоры мальчишек? Что ему до этой молодежи? Карат и без лишних слов может все о них рассказать – насмотрелся на таких вдоволь. В Улей их занесло недавно, повезло с ходу попасть в Полис или другое не самое плохое место. Там маленько пообтесались и вообразили себя самыми крутыми во вселенной чуваками. А крутым в спокойных местах делать совершенно нечего, если уж промышлять, так всерьез, по-взрослому. Ну и понесло ребятишек на зловещий запад, где и твари пожирнее, и кластеры побогаче.

Если повезет, такие возвращаются быстро, и уже не такими крутыми – жизнь обтесывает. Но возвращаются далеко не все, в массе своей они слишком плохо подготовлены, в том числе и психологически, потому торопливы, импульсивны, склонны к напрасному риску и бессмысленным поступкам, не терпят над собой авторитетных старших, уверены, что их мнение – единственно верное, хотят получить много и сразу все.

Ну запад им и выписывает полный список напастей, уж чего-чего, а такое добро он раздает, не жадничая.

Парочка явно не за головой Карата охотится. Им эту голову можно получить лишь единственным способом – если кто-то принесет на блюдечке с голубой каемочкой.

Более нелепых головорезов вообразить трудно.

Гордый собой обладатель дробовика присел на колено на подходе к туше и начал поворачиваться из стороны в сторону, держа оружие на изготовку. Зачем он это делает, находясь посреди обширного открытого пространства – тайна великая. Объяснить ее можно только тем, что в кино такое когда-то видел и счел, что способ зрелищный и применим к любой ситуации.

Если даже из ближайших зарослей выскочат зараженные, он ничего им не сделает по банальной причине – его оружие на таком расстоянии бесполезно, придется выждать, пока приблизятся. Но паренек о подобных мелочах не задумывается.

Второй встал рядом с ним и тоже попытался изобразить контроль над территорией.

Обладатель дробовика, завидев это, обиделся на плагиат и высказался с возмущением в голосе:

– Ты что творишь?! Не тормози, шмонай давай! В темпе шмонай!

– Да что там теперь шмонать? Этот все спораны подмел, мешок пустой, вон, паутину выбросил, ее ветром разносит.

– Глянь мешок, он резко потрошил, мог не все вытащить. Свалить торопился, боялся чего-то.

– Ни фига он не торопился и не боялся – вообще спокойный тип. Видал, как он этого сделал? Не пойми откуда появился и втихую снял. Я первый раз такое вижу.

– Крутая тварь, небось, хорошо наварился. И прикинут по-деловому, нам бы такая снаряга пригодилась.

– Ну так пойди догони, вдруг захочет поделиться.

Ввиду несомненной абсурдности предложения его даже обсуждать не стали.

Второй, все же брезгливо поковырявшись в недрах развороченного мешка, озвучил очевидное:

– И правда пусто, я же говорил. Валить отсюда надо, хреновые здесь места, сплошные поля, мы тут у всех на виду.

– А куда валить? Опять на этих нарываться? Ну на хрен, идем на север, а там повернем.

– Чем дальше идем, тем хуже становится, поля да поля, деревьев все меньше и меньше. Может, полисовские уже свалили? Что они вообще там делают? И чего ты так их стремаешься? Они вроде не дебилы тупые, не быкуют, просто так никого не валят. Можно по-хорошему разойтись.

– А можно пулю получить. Тут запад, тут верить никому нельзя. Валим на ту сторону, там зелень погуще.

Парочка прошла шагах в пятнадцати от Карата, еще бы чуть-чуть, и задели полог невидимости.

Пастор, глядя вслед юнцам, покачал головой:

– Жаль ребят, не жильцы.

– Им один вариант – в нормальной команде пообтесаться, – сказал Гномик. – Чего их вообще сюда понесло? Уж лучше на Внешке отираться, здесь желторотым вообще ловить нечего.

То, что сектанты с явным участием обсуждают нерадостные перспективы удаляющейся парочки, Карата удивило. Это ведь потенциальные жертвы для их кровавых ритуалов – чего их жалеть? Но нет же, на полном серьезе разговаривают.

– Ладно, удачи вам, ребятишки, – подытожил Пастор, поправляя лямки рюкзака. – Уходим, а то Турист уже скучает.

Глава 19

Где скучает Турист (и скучает ли вообще), непонятно, но не похоже, что он предается скуке в хорошо просматриваемой лесополосе. Пастор не озвучивал точное расстояние, на которое тому следовало забираться в заросли, но даже Карату, постороннему человеку, понятно, что оно не должно быть настолько большим.

Ну сто шагов, ну двести. Зачем больше?

А сейчас они прошли по узкой полоске, поросшей деревьями и кустами, все пятьсот. Без единого слова шагали, но чувствовалось сгущающееся напряжение.

Что-то здесь не так.

Пастор в очередной раз нажал одну из кнопок на крохотной диковинно выглядевшей рации и не выдержал:

– Смотрим следы, надо разбираться, Турист так далеко уйти не мог, это крайняя точка.

Карат наряду со всеми начал всматриваться под ноги и бросать изучающие взгляды по сторонам. И, хотя его нельзя назвать хорошим следопытом, почти сразу указал на явно подозрительную деталь:

– Веточка сломана. Не подсохла, свежая. А вон еще одна.

Гномик, присев, кивнул на землю:

– Это не Турист топтался. Обувь не пойми какая, похожа на туфли пижонские, а вот тут оттиск каблука серьезного.

– Кровь, – коротко высказался Череп, с неописуемой гримасой приглядываясь к стволу дерева шагах в пяти дальше.

Пастор, пройдя к нему, присел и, всматриваясь вперед, в открывшийся среди кустов просвет, нехорошим тоном произнес: