Арсений Алмазов – «Принуждение» к правопорядку. Книга вторая. Упорядочение хаоса (страница 6)
– Пожалуйста, Геннадий Федорович, прошу вас!
– Спасибо… Иван Васильевич, безусловно, прав в отношении необходимости поддержки малого и среднего бизнеса. Это действительно – требование времени, к тому же ряд мероприятий уже спланирован Правительством. Прав, за исключением, с моей точки зрения, одного обстоятельства. В условиях проявляющихся кризисных явлений в мировой экономике я считал бы целесообразным имеющиеся внебюджетные средства сосредоточить на завершении строительства социальных и инфраструктурных объектов. Есть опасность, что в будущем году бюджет на эти цели придется урезать. Таковы тенденции нашей экономики. А для поддержки таких, в настоящих условиях малозначащих отраслей промышленности, мне кажется, Ивану Васильевичу нужно было бы более тщательно подойти к поиску и обоснованию источников финансирования…
Геннадий Федорович говорил монотонно и политкорректно, но было ясно, что он категорически против необоснованного выделения каких бы то ни было средств для поддержки конкретных направлений, пусть они и самые перспективные. Рынок сам должен себя регулировать, считал Соскобов. Премьер в вопросах здравого смысла безоговорочно доверял Геннадию Федоровичу, более того, делал ставку в социальном развитии страны на его личную концепцию, поскольку интуитивно считал ее наиболее верной. Поэтому дальнейшие разговоры относительно источников финансирования проекта Еремина были для него практически бессмысленными. Преждевременными. На это нужны большие деньги, которых в настоящий момент в бюджете нет. Если бы они появились сверх бюджета, другое дело.
Решение напрашивалось. Придержав в себе на время симпатию к своему первому заму, председательствующий бесстрастно произнес:
– Иван Василич, не могу не согласиться с Геннадием Федоровичем. Я вас прошу проработать финансовый аспект предложенных действий по оздоровлению малого и среднего бизнеса. Другими словами, нужно как следует поискать источник финансирования. Внебюдженые средства оставим в резерве. Месяц на проработку достаточно будет? – Председатель Правительства вопросительно поднял брови, глядя поверх очков в глаза Еремину.
Тот невозмутимо кивнул, хотя внутри начинало подниматься бесполезные в этой ситуации злость и возмущение… Проект, что называется, «зарезан», а «проработка финансового вопроса» – это лишь для проформы. Ну что же, сам виноват, не смог вовремя найти подходы к этому педанту Соскобову, черт бы его побрал! Что называется, не доработал! Чеши теперь репу, что делать, откуда бабки брать на, казалось бы, стоящее во всех отношениях дело.
Глава 3. Конъюнктура алмазодобычи
Ивану Васильевичу Еремину очень нравились выгоды, которые ему предоставляла государственная служба в интересах отечества. Еще надо умудриться освоить то, что полагается ему и его семье на законных основаниях!
Одно из существенных преимуществ «слуг народа» по сравнению с представителями самого народа, заключается в здравоохранении. Когда ты «трудишься» в номенклатуре, меньше риска заболеть чем-нибудь неизлечимым. Система профилактики и раннего предупреждения опасных болезней здесь на высшем уровне. К тому же вся мировая медицина вне зависимости от ее стоимости стоит на страже драгоценного здоровья российского крупного чиновника и иже с ним. В «закромах страны» предусмотрены на это соответствующие расходы – как на профилактику, так и на то, если, не дай бог, кто-нибудь «из своих», из родных, заболеет!
Как-то пришлось Еремину грыжу брюшной полости вырезать. Решил как-то повысить свой уровень физической подготовки, но не рассчитал заложенного в организме потенциала и спустя пару месяцев интенсивных занятий заработал грыжу. Для операции предпочел немцев. В процессе – понял, что не ошибся выбором. Все сделали, как следует. Умеют же, чертовы арийцы! То ли было на ком потренироваться, иронично рассуждал Иван Васильевич, то ли на самом деле такая аккуратная нация?.. Все до мелочей предусмотрели! Правда, счет за операцию и сопутствующее медобслуживание был немаленький! Ничего, родное государство оплатит, в бюджете предусмотрены затраты на такое лечение «слуг народа». Тем не менее, молодцы. Пользу принесли, большое им спасибо!..
Другое преимущество бытия в номенклатуре – быт налажен лучше, чем даже у господ времен царизма. Спасибо советским функционерам – в свое время постарались, организовали, а нынешние правители улучшили и развили: тут тебе и дачи, и машины, причем с проездом безо всяких пробок, и пайки, и подарки, и энтертейнмент, и решение многочисленными помощниками всевозможных бытовых проблем… Всего не перечислишь. Оказывается, все у нас есть, на хорошем уровне, причем не только тебе хватает, но и помощникам из простых смертных, то есть тем, кто все это обеспечивает! После перестройки все в этом плане только улучшилось: финансирование в таких вопросах не принято ограничивать.
Но увы, без недостатков ничего не бывает! В том числе – и в работе слуги народа. Как, например, сегодня. Перед тобой стопка бумаг с полметра толщиной, и на каждой надо резолюцию поставить. Любим мы, черт побери, бумаготворчество! В документах, которых надо и свое ценное мнение отразить, и мнение Правительства – Премьер делегировал, так сказать, свои права, халтурить нельзя… Тут хочешь – не хочешь, а читать надо, несмотря на то, что секретариат тебе и так и сяк все расскажет, и разжует, и наизнанку, если надо, каждую бумажку вывернет. Ничего не поделаешь, здесь нужно лично самому Ивану Васильевичу напрягаться, в таком ответственном деле лучше дважды не перепоручать…
А как же! Во-первых, когда несколько раз прочитаешь документ, содержание откладывается на века, профессиональная привычка. А содержание документа, как известно, отражает суть происходящих событий.
Во-вторых, как показывает практика, часто надо иметь свое личное мнение, а не мнение секретариата. Мало ли, кого и зачем они там протежируют или чего и почему лоббируют… хоть и свои люди, специально отобранные…
В-третьих, после личного прочтения в высококомпетентном чиновничьем мозгу Ивана Васильевича формируется единственно правильное решение по документу, обусловленное сутью и, что интересно, формулировками документа, даже если они и отражают эмоции составителя. А иногда даже именно формулировки имеют решающее значение, когда речь идет, например, о чьей-нибудь посторонней экспертизе правильности принятого решения… В общем, работа с документом – это искусство.
Поэтому Еремин не слишком часто прибегал к помощи помощника-секретаря, который бы комментировал документы, представленные для подписи. Иван Васильевич внимательно просматривал отраслевые отчеты налоговой инспекции, вникая в основные цифры… Стоп! Что это такое? То ли память подводит, то ли совсем рядом происходит нечто весьма любопытное, возможно, с криминальным следом. Если в советское время ежегодная добыча алмазодобывающей промышленности исчислялась тремя и более миллиардами «зеленых американских рублей» в год, то сейчас, согласно отчету налоговой инспекции, судя по налогам, добыча отрасли теперь почти вдвое меньше. Даже если закрыть глаза на сомнительность законности приватизации, перераспределившей государственные предприятия алмазодобычи в карманы специально отобранных «очкастых частных собственников», все равно, налицо снижение объемов более чем вдвое. А по достоверным, хотя и косвенным, сведениям Еремина – объем алмазодобычи за последние годы – напротив, должен был существенно возрасти.
…Полгода назад Иван Васильевич исключительно по долгу службы, а не по велению души, так как не чувствовал в себе охотничьей косточки, был в Якутске на медвежьей охоте, и там ему, в относительно тесном кругу – собралась компания в русской бане – встретился представитель фирмы среднего пошиба, занимающейся алмазодобычей. Ну, язык у того – точно, без костей! Только и делал, что болтал – хвалился, как у них, да и у него лично, хорошо. Заодно и проинформировал, что производство по сравнению с его бытностью в социализме увеличилась на треть. Еремин развивать этот контакт не стал – рискованный какой-то субъект, – но информацию об объемах производства алмазодобывающей промышленности к сведению принял. Интересные факты и нюансы Иван Васильевич любил запоминать. На всякий случай. Он не исключал, правда, что сведения могли быть и не вполне достоверными…
А сейчас во время работы с документами внезапно возникшие подозрения, да и собственно свою память, надо было проверить – вдруг его дезинформировали, или он сам что-нибудь не так понял, перепутал! Иван Васильевич набрал номер помощника, проверенного в течение долгих лет и в различных рабочих ситуациях человека. Спокойно, без фанатизма попросил навести справки. Но сказал так, что помощник понял (как-никак, не первый год работы вместе!), что информация нужна в кратчайшие сроки, точная и всеобъемлющая.
Через пять дней у Еремина на столе лежала папка, документы в которой полностью подтверждали его подозрения. Иван Васильевич даже в какой-то степени за себя порадовался, убедившись в очередной раз в правильной избирательности и остроте своей памяти и сообразительности.