Арно Штробель – Мёртвый крик (страница 52)

— Хм… — Макс помедлил. — В принципе, возможно. Только зачем? И зачем подсовывать ключ мне в карман?

— Чтобы ты, очнувшись, нашёл Ноймана.

— И всё-таки — зачем? Какая в этом выгода?

— Вот это и есть главный вопрос. Так, мысль вслух.

— Любопытно, как поведёт себя Фогт, когда узнает о фотографиях.

Макс долго раздумывать не стал.

— Если я в нём не ошибся — наложит в штаны. Похоже, он крепко сидит у жены под каблуком.

— Те, кто с ним беседовал, тоже отметили: держался сдержанно, едва ли не робко.

— Посмотрим, надолго ли его хватит.

К дому Фогтов они подъехали в

13:44.

На сей раз дверь открыла не дочь, а жена — Кристина. Узнав Макса, она широко распахнула глаза и отступила.

— Что вам здесь нужно? Я вызову полицию!

— Полиция уже здесь. — Бёмер протянул удостоверение. Кристина уставилась на корочку с явным замешательством.

— Но я думала, его разыскивают?

— Перед вами старший комиссар уголовной полиции Макс Бишофф. Подозревали несправедливо — улики были сфабрикованы.

Только теперь Кристина заметила, что запястья Макса стянуты пластиковой стяжкой.

— Тогда почему он связан?

— Потому что у меня в машине нет ножа. Будете так любезны принести — я его наконец освобожу.

Она прищурилась.

— Покажите-ка ещё раз ваше удостоверение.

Бёмер снова протянул документ. Кристина чуть подалась вперёд и принялась изучать его так дотошно, будто и впрямь могла отличить поддельное от настоящего.

— Мы хотели бы поговорить с вашим мужем. Он дома?

— Нет. А что? Что вам от него нужно?

Лгунья из неё была никудышная.

— А это кто? — рядом с матерью возникла дочь Фогта. Неле, припомнил Макс.

— Это не для тебя, — отрезала Кристина. — Иди к себе.

— Но это же тот мужчина из интернета. Убийца. И он связан.

— Нет, солнышко, он не убийца. Это было…

— Но он связан.

— Да, это… ты не поймёшь.

— Сказать папе, что этот мужчина опять к нему пришёл?

Кристина побледнела.

— А ну марш в дом.

Неле надула губки, развернулась и скрылась в глубине коридора. Макс и Бёмер молча ждали.

— Ладно, он дома. Я просто хотела, чтобы его оставили в покое. Он только что узнал, что Алекса, его старого приятеля, убили. Этот психопат…

— А откуда он, собственно, об этом знает? — лицемерно поинтересовался Макс. — В газетах и в сети — ни слова.

— Понятия не имею.

— Так мы можем с ним поговорить? — вмешался Бёмер.

— А он обязан с вами разговаривать?

— Нет. Но я могу вызвать его повесткой как свидетеля. И вас заодно.

Эта перспектива понравилась ей куда меньше.

— Ладно уж, проходите.

Они вошли, но Бёмер задержался в прихожей.

— А теперь — нож, будьте добры.

Минуту спустя Макс уже растирал ноющие запястья. Гостиная выглядела точь-в-точь как в его прошлый визит. Фогт лежал на диване и торопливо приподнялся, едва они показались в дверях.

Макс пробирался через хаос из кукол и пластмассовых игрушек, разбросанных по полу. Наконец они с Бёмером преодолели препятствие и встали плечом к плечу перед поднявшимся им навстречу хозяином.

— Господин Фогт, у нас несколько вопросов о Лене Нойман, — начал Бёмер и покосился в сторону входа, где плечом к плечу замерли Кристина и Неле. — Полагаю, лучше говорить с глазу на глаз.

— Неле, иди к себе, — велела Кристина.

Сама с места не двинулась — даже когда дочь скрылась.

Бёмер вопросительно взглянул на хозяина дома. Тот пробормотал:

— Всё в порядке. У меня от жены секретов нет.

— Уверены? — переспросил Макс. — И всё же — лучше наедине.

Кристина двинулась по той же узкой тропинке между игрушками, которую только что одолели гости.

— Есть вопросы — задавайте. Иначе уходите.

Бёмер примирительно поднял ладони.

— Хорошо. В прошлый раз мать Александра Ноймана сказала нам, что вы, господин Фогт, около четырёх лет назад состояли в связи с Леной Нойман.

Воцарившаяся тишина легла на уши густой, вязкой кашей. Макс и сам не заметил, сколько прошло, прежде чем Кристина процедила:

— И что? Я в курсе. Муж рассказал.

Лжёт скверно, отметил про себя Макс.

— Тогда почему вы соврали мне, когда я задал тот же вопрос? — обратился он к Маркусу.

По лицу Фогта было видно, чего стоит оторвать взгляд от жены. Так, должно быть, мышь смотрит на змею.

— Ах, я… это потому, что…

— Потому что ему было стыдно, — снова вмешалась Кристина. На лбу у мужа выступили капли пота. — Кто же добровольно признается, что трахал последнюю шлюху, пока его жена сидела дома с дочерью? Об этом не любят рассказывать — потому что понимают: тем самым выставляют себя свиньёй.

— Вы, кажется, забыли, — резко перебил Макс, — что речь по-прежнему идёт о жизни моей сестры. Нойман похитил её, и сейчас она, вероятно, сходит с ума от страха — потому что сидит на тикающей бомбе. На бомбе, которую он уже не сможет обезвредить, потому что мёртв.