Арно Штробель – Игра в месть (страница 13)
— Не выйдет, Фестус. Мы уже говорили. — Фрэнки старался говорить медленно, терпеливо. — Иди домой.
— Фестус хочет в банду, — упрямо повторил тот. Перевёл взгляд на Ману. Расплылся в улыбке. — Красивая девочка.
Купфер и Фоззи прыснули. Ману изо всех сил сдерживала смех.
— Спасибо, мило. Но тебе правда лучше уйти.
— Хочу в банду.
— О! Идея! — Фоззи вытер слёзы и подмигнул остальным. — Устроим вступительный экзамен. Идёт, Фестус?
— Идёт.
— Слушай внимательно. Сколько будет дважды пять?
Купфер прикрыл рот ладонью, давясь от смеха.
— Оставьте его в покое, — попыталась Ману прекратить забаву.
Фоззи отмахнулся:
— Брось. Он сам хочет.
Ухмылка Фестуса расползлась шире.
— Да. В банду.
— Вот видишь. Итак, дважды пять?
Мальчик поджал губы, наморщил лоб и уставился вверх с таким видом, будто решал задачу всей жизни. Несколько секунд тишины. Потом улыбка вернулась, и он гордо объявил: — Два-пять.
Фрэнки не выдержал — его накрыло общей волной хохота. Даже у Ману дрогнули уголки губ.
— Два-пять! — простонал Фоззи, сгибаясь пополам. — Парень — бомба!
— Теперь в банду?
— Нет, — сказал Фрэнки, когда снова обрёл дар речи. — Правда не получится.
Фестус выпятил нижнюю губу. — Но… Два-пять…
— Нет. Иди домой.
— Эй. — Фоззи понизил голос и потянул Фрэнки за рукав. — Отойдём. Есть идея.
Обернулся к Фестусу: — Подожди секунду. Нам надо посовещаться.
Трое пошли за Фоззи в штаб-квартиру. Он развернулся, бросил быстрый взгляд наружу и зашептал:
— Мы принимаем Фестуса.
— Что?! — Купфер вытаращил глаза.
Ману и Фрэнки переглянулись.
— Ты рехнулся?
Фоззи оскалился.
— Отнюдь. Будет умора. Мы его примем. Но только после испытания на храбрость.
ГЛАВА 10
17:43
В двух метрах от шлюзовой двери, на уровне глаз, висела рыжая полосатая кошка. Голова зажата в проволочной петле, закреплённой на трубе под потолком. Пасть застыла полуоткрытой, мёртвые глаза таращились в стену — тусклые, пустые, уже ничего не видящие.
Шея изодрана свежими глубокими ранами. Животное нанесло их себе, когда билось в агонии.
— Боже мой. — Йенс отшатнулся. — Кто на такое способен?
— Тот же, кто скармливает людей крысам, — ответил Франк.
Он посмотрел на Мануэлу. Та осела на корточки, прижала ладони ко рту и мелко тряслась всем телом. Сквозь стиснутые пальцы пробивалось одно и то же — «О боже… какой ужас…» — раз за разом, монотонно, как заевшая пластинка.
Франк подошёл к ней.
— Ману?
Она отняла руки от лица. Глаза красные, мокрые, широко распахнутые.
— Джимми, — выдохнула она.
— Что?
— Это… это Джимми.
— Кто такой Джимми?
Она медленно повернула голову к мёртвому животному.
— Мой кот. — Голос надломился. — Это мой кот.
Рыдания накрыли её, и она уткнулась лицом в ладони.
— Дерьмо, — процедил Торстен.
— Бедное животное, — тихо произнёс Йенс.
— Я не об этом. — Торстен указал на дверь. — Вон.
К середине металлической створки был приклеен лист бумаги. Чтобы остальные могли прочитать написанное, Торстен ухватил проволочный трос повыше головы мёртвого кота и отвёл тушку в сторону. Мануэла всхлипнула.
Франк прочёл:
— Какая задача? Никто ни о чём не предупреждал! — голос Йенса зазвенел от обиды.
— Попробуй объясни это Фестусу. — Торстен разжал пальцы.