Арно Штробель – Чужой (страница 17)

Тишина. Вдвоём — и тишина. Как непривычно. Обычно Джоанна не выдерживает и минуты, чтобы что-нибудь не спросить.

— Мы познакомились на блошином рынке.

Неужели сказал вслух? Джоанна берёт чашку и садится наискосок. На расстоянии.

— Вот как, — роняет она, осторожно отпивая.

Так безразлично, что приходится заставлять себя продолжать.

— Я перехватил у тебя из-под носа маленькую шкатулку. Ты была здорово зла.

— Вот это я вполне могу себе представить.

— Потом подарил её тебе. Ты не хотела брать — пока не сказал, что купил специально для тебя.

Ещё глоток. Обхватывает чашку обеими ладонями, словно греется.

— Когда это было?

— Девять месяцев назад.

— А с каких пор мы якобы живём вместе?

Якобы.

— Полгода. У тебя была крохотная студия, моя квартира мала для двоих. Стали искать — и нашли этот дом.

Не договорив, осекаюсь.

— Договор аренды. Джоанна, мы оба его подписали. Он в зелёной папке, в шкафу в гостиной.

Спрыгиваю с табурета, не дожидаясь ответа, и почти бегом — в гостиную. Пульс частит. Если она увидит обе подписи… А вдруг и он исчез?

Открываю верхнюю правую дверцу. Зелёная папка на месте. Джоанна вывела маркером «ВАЖНОЕ» на этикетке. Рука подрагивает, когда достаю её.

Где-то посередине. Листаю, уже боясь, что документ пропал, — и нахожу. Вытаскиваю из файла, переворачиваю. Выдыхаю. В нижней трети последней страницы, рядом с датой, — обе наши подписи.

Джоанна встречает скептическим взглядом.

— Смотри, — кладу лист перед ней. — Видишь?

Она скользит по документу глазами и тут же поднимает их.

— Подписи сделаны разными ручками.

Да что ж такое.

— У каждого была своя, Джо. Что тут удивительного?

— Мне объяснять, что ты мог дописать это когда угодно?

Ладонь с грохотом опускается на стойку.

— Можно усомниться в чём угодно — даже в том, что видишь собственными глазами. Но подумай. Если бы всё было подделкой — фотографии, договоры, гости, дружба с Элой… Представляешь масштаб? Зачем мне это, Джо?

Снова этот взгляд — недоверие, замешанное на гневе. Но к ним примешивается нечто новое, чего не удаётся прочесть. Будто она знает больше моего. И это почти высокомерно.

От отца. По её рассказам, он…

Мысль вспыхивает молнией.

— Твой отец!

— Что? — Растеряна. — При чём тут мой отец?

— Ты рассказывала ему обо мне. Долго не хотела, но всё-таки рассказала. Позвони ему. Он подтвердит.

Её взгляд не даёт покоя. Скрывает что-то. Чувствую. Но сейчас главное — чтобы она поговорила с отцом. Ему поверит.

— Ладно. Позвоню.

Расцеловал бы за одно это слово.

— Спасибо.

Привычным движением тянется к телефону на полке. Берёт — и тут же кладёт обратно.

— Сел. Дашь свой?

Достаю смартфон, протягиваю.

Набирая номер, она — к моему удивлению — снова опускается на табурет. Ждал, что уйдёт в другую комнату.

Жду, унимая дрожь. Это будет прорыв. Стоит отцу подтвердить — и отрицать станет невозможно. Да, она меня не помнит. Но когда рассеется это чудовищное недоверие — всё изменится.

— Привет, пап. Это Джо.

Голос жёстче обычного.

— Хорошо, спасибо, а ты? — Короткий смешок. — Значит, как всегда… Спасибо, передай привет… Нет, не звонил. Бог с ним.

Долгая пауза.

— Пока не знаю. — Взгляд в мою сторону. — Поговорю с Эриком.

Сердце колотит в виски. Впиваюсь в её лицо. Снова тот самый взгляд — и Джоанна поднимается, выходит из кухни.

Смотрю вслед. Почему именно сейчас?

Дверь в прихожую затворяется. Если выйдет из дома…

Отгоняю мысль. Отец наверняка что-то сказал — то, что она хочет обсудить без свидетелей. Или уговаривает вернуться. Там ведь Мэттью.

Порываюсь пойти за ней — и останавливаюсь. Пусть чувствует, что доверяю.

Дверь открывается.

Наконец.

То, как Джоанна смотрит на меня, обрушивает всё — прежде единого слова.

— Когда я назвала твоё имя, отец не понял, о ком речь. Он не знает никакого Эрика.

https://nnmclub.to

 

ГЛАВА 11

 

В Мельбурне начало десятого вечера, и папа снимает трубку лишь после седьмого или восьмого гудка. Значит, у нас гости — при посторонних отец отвечает на звонки крайне неохотно.

— Привет, пап. Это Джо. — Я стараюсь, чтобы голос не выдал напряжения.

— Джо, родная! — На заднем плане голоса, смех. — Ну, как ты?

— Хорошо. А ты?