Арлин Мэй – Бабочка в янтаре. Развод в 45 (страница 2)

– Тетя Лена, я так рада, что вы приехали!

За ужином разговоры текут легко. Родители Александра, несмотря на достаток, поражают скромностью и простотой. Они трогательно заботятся о сыне – видно, как много он для них значит. И они искренне рады, что у него наконец появилась «нормальная личная жизнь». На кухне, когда мы с Анной Алексеевной моем посуду, она выпытывает подробности. Мне нечего скрывать, и я рассказываю все: и как познакомилась с их сыном, как сбежала от него замуж за Максима, как жила и с чем столкнулась в последние два месяца. Женщина гладит меня по голове, словно маленькую, и утешает.

– Мы так за Сашу переживали, – признается она. – Он же у нас один сын. Неудачный брак, борьба за Верочку, на первом месте работа… А ему уже шестой десяток пошел, плохо одному. И вдруг он встрепенулся, ожил. Это все благодаря вам, Леночка.

Я краснею, но внутри разливается тепло.

Мы расставляем чашки и зовем остальных пить чай.

Александр держит мою руку под столом, и мне спокойно. Я интересуюсь здоровьем родителей, а также справляюсь, как Верочка учится.

– Русский с литературой – мои любимые предметы, с матемой тоже норм. А вот с инглишем у меня ужас, – признается она. – И с репетитором у меня не сложилось – ничего не понимаю.

– Хочешь, я с тобой позанимаюсь? – предлагаю я. – У меня, правда, нет опыта подготовки к экзаменам, но школьный уровень английского потяну.

– Было бы здорово! – восклицает Верочка.

– Договорились, – киваю в ответ.

Вечер проходит в удивительно уютной атмосфере: простые разговоры, домашняя еда, счастливый смех. Я смотрю на Александра и понимаю: несмотря на богатство и статус, он остался нормальным мужиком: без пафоса и налета вседозволенности, которые появились у моего бывшего мужа.

Возвращаясь домой, ловлю себя на мысли: а может, Саша прав и нам стоит съехаться? Ведь в сорок пять все еще возможно…

Глава 3

Праздники закончились, а вместе с ними исчезла и легкая эйфория. Все возвратилось в привычное русло.

Я почти не вспоминаю о муже. Годы, проведенные с ним, – будто другая жизнь, которой я когда-то жила. И в этой безумной гонке мне все же достался приз: мои дети. Я рада, что они приняли мое решение. С Машей, как и прежде, созваниваемся каждый день. Она помогает мне с реставрацией мебели и опять начала писать чудесные пейзажи. Кирилл пока живет с отцом и разрывается между нами. Сын зависит от мужа и не может так просто разорвать отношения. Да и не нужно. Макс – его отец. Хотя то, как он поступил со студией, купленной для Кирилла, – подло. Но я все еще наивно надеюсь, что Рита отдаст и квартиру, и деньги, а свекровь перепишет дом на внуков. Это наследство моих детей – не хочется, чтобы оно досталось хищницам.

Я же каждый день благодарю родителей за дачу, которую оставили мне в наследство, и провожу все свое время в мастерской. Реставрирую мебель, снимаю видео для блога и параллельно переделываю гостиную. Сейчас она скучно-белая, выдержанная в шведском стиле: простые линии и минимум мебели. Диван и стулья перетянуты темно-зеленым бархатом. А мне не хватает ярких красок и тепла.

– Все гениальное – просто. Чтобы обновить комнату, не нужно тратить безумные деньги, достаточно добавить аксессуары, – делюсь я с подписчиками на камеру. – Мне нравятся белые стены – это чистый лист, который можно разбавить любым цветом. Например, повесить шторы теплого песочного цвета, на диван положить бежевый плед, добавить подушки с бежево-зеленым рисунком. Но старайтесь не пестрить и не используйте больше трех основных цветов. Кстати, если нет ковров и подушек, то цветовой переход можно поддержать картиной. Не умеете рисовать – берите трафарет и творите! Получится просто, но эффектно.

На фоне белых стен песочный и приглушенная зелень смотрятся уютно и создают гармонию. Гостиная оживает на глазах. На круглом столе лежит белоснежная ажурная скатерть и стоит фарфоровый чайный сервиз в зеленый мелкий цветочек. Я смешиваю разные стили, современность с ретро, и мне это нравится. Подписчики тоже в восторге. В комментариях читаю предложение редактора одного из домашних телеканалов: он приглашает снять на моей даче передачу о переделке. Я перечитываю сообщение и улыбаюсь. Как говорил мой папа: «Везет тому, кто везет!»

Но есть и одна ложка дегтя: нужно посетить врача и сдать анализы. Поэтому на следующий день с утра пораньше я выбираюсь в город.

В районной поликлинике новый ремонт и вежливый персонал, но пахнет антисептиком, как в детстве в школьном медкабинете. Молодая врач-терапевт внимательно слушает меня, а потом задает вопросы:

– Когда у вас были последние женские дни?

– Э-э… – замираю я. – Может, два или три месяца назад. Они последний год нерегулярны.

– Онкология у родных была? – допытывается врач, и я киваю, коротко сообщая про маму.

– Елена Павловна, я направляю вас к гинекологу и даю список расширенных обследований. Анализы надо сдать в ближайшее время.

– Думаете, это серьезно? – уточняю я, чувствуя, как немеют пальцы.

– Пока ничего не утверждаю. Но учитывая семейный анамнез… Отнеситесь к своему здоровью со всей серьезностью. Время в вашем случае имеет значение.

Я выхожу на улицу, а ноги словно ватные. Мороз обжигает лицо, но мне не больно. В голове бьется лишь одна мысль: «Неужели у меня то же самое, что было у мамы?»

Я с ужасом думаю о том, что будет с моей жизнью, планами, домом, с Александром. А главное – как я оставлю детей?

Но вовремя себя одергиваю: еще ничего не известно. Главное – вовремя обратиться к врачам. Мама ведь долго тянула с обследованием, пока не стало поздно. У меня есть шанс.

По дороге домой сворачиваю в маленькое кафе и беру любимый «Наполеон» – как утешительный приз. Открываю соцсети и просматриваю странички детей и близких. Зачем-то захожу на страницу мужа и вижу новый статус: «В отношениях». На фото он и Рита, загорелые и счастливые на фоне океана. Макс выглядит прекрасно, словно скинул десять лет, но все равно видно, что он намного старше избранницы. Он беззаботно улыбается в камеру, будто не было измен и предательства, не было наших ссор и развода, не было двадцати трех лет брака.

Я вроде бы отпустила ситуацию, но все же до конца забыть не могу. Я прожила с этим человеком много лет и знала его другим. Мне тяжело оттого, что он выкинул наши отношения на помойку, что поверил наветам женщины, которую знает всего лишь год. Картинка улыбающегося мужа и его любовницы больно бьет по самолюбию. А еще ранит подпись: «С любимой женщиной на Мальдивах. Я наконец-то свободен и абсолютно счастлив». Словно до этого он жил под гнетом и его держали на цепи.

В этот момент звонит телефон. На экране высвечивается «Свекровь». Я снимаю трубку, хотя не желаю общаться с той, кто во время нашего с мужем разлада ни разу мне не позвонила. У Ираиды Степановны, как всегда, голос властный, с капризными нотками:

– Елена, нам нужно серьезно поговорить. Срочно приезжай домой! – требует она.

– К вам домой? – машинально спрашиваю я, хотя ехать никуда не собираюсь.

– Я переехала в ваш дом, – уточняет свекровь. – К Максиму.

Она кладет трубку, даже не выслушав мой ответ. Все как обычно. А я смотрю на экран и размышляю, стоит ли мне с ней общаться.

Глава 4

Я долго сомневалась, нужен ли мне разговор со свекровью, но все же еду. Тем более бывший муж еще отдыхает, и встреча с ним мне не грозит.

Дом, где мы прожили столько лет с мужем и детьми, одновременно притягивает и пугает. Мою машину на КПП пропускают беспрепятственно, и я подъезжаю к забору.

Калитка открывается старым ключом, знакомый двор встречает тишиной. Территория идеально вычищена, ни одной лишней вещи. У меня возле гаража стояли лопаты и электрический снегоуборщик. У высоких елей висели качели, на поляне возвышалась детская горка, были вбиты столбики для сетки – мы с детьми иногда играли в волейбол. Сейчас двор выглядит пустым. И чужим.

Дверь открывает сын: замученный и взъерошенный. Кирилл готовится к экзаменам.

– Ма! – обнимает он меня. – Ты как раз вовремя, хоть выдохну.

Мы идем на кухню. В доме пахнет борщом и свежей выпечкой, а за плитой колдует девушка лет двадцати пяти – румяная фигуристая блондинка с хитрым прищуром и характерным говорком.

– Это Лида, – представляет ее сын. – Помощница бабушки.

Хочу добавить: «Очередная» – но воспитание не позволяет. Свекровь каждый год меняет помощниц по хозяйству, которые заодно выполняют роль ее компаньонок, сопровождая по магазинам и театрам. Судя по тому, что Ираида Степановна притащила новую помощницу с собой, она решила осесть в доме Макса надолго.

– Лид, это моя мама, – поясняет Кирилл.

Лида приветливо кивает:

– Здравствуйте. Борщ готов, пирожки с мясом только из духовки. Садитесь, пожалуйста.

Кирилл шепчет мне на ухо:

– Теперь у нас хоть поесть можно нормально.

Я смотрю на него и улыбаюсь, хотя внутри все переворачивается. Мне пришлось покинуть дом и оставить здесь сына. Я понимаю, что он уже взрослый, но не настолько, чтобы жить одному. Поэтому мы пришли к компромиссу: сын переедет в двухкомнатную квартиру вместе со мной, как только будут оформлены документы, а пока поживет с отцом.

– Кир, как давно бабушка сюда перебралась? – спрашиваю сына, когда мы покидаем кухню.

– Перед Новым годом приехала, познакомилась с Ритой и осталась. А потом началось: каждый день тявкаются как собаки, – сообщает мне Кирилл.