Аркадий Марьин – Зодиак Улитки (страница 16)

Семён повернулся лицом к Феликсу.

– Понимаю. Но я пришёл к тебе за помощью. Ты нужен нам. Если не побоишься. То поможешь выжить и себе, и всем нам. – Семён на секунду задумался. – У тебя ведь есть родственники?

– У меня старенькая мама в другом городе. Братьев, сестёр нет. А отец пять лет назад погиб на буровой. Несчастный случай.

Снова что-то взвесив в уме, Семён сказал:

– Ты можешь помочь не только своей маме, не дав превратить её в очередную биологическую куклу, но и других людей. Возможно, твою будущую невесту, ваших будущих детей.

– У меня есть девушка, – неожиданно признался Феликс. – Юля, дочь директора театра.

И Семён в ту же секунду присвистнул.

– Поворот, однако. – Задумавшись, он снова отвернулся.

– Её сегодня увезли в клинику Муруганы. Операция на сердце назначена на сегодняшний вечер, – решил всё выложить Феликс. – Утром случился приступ и Лопатыч, наш бригадир, вызвал скорую помощь, вместе с которой в театр и приехала Муругана. Странно всё это, – он пожал плечами.

– Горки становятся всё круче и круче, – тряхнул шевелюрой Семён. – Получается, тебе есть кого спасать. Рыцарь в доспехах.

– Ну, типа того. Так что, Семён, давай, говори, что нужно делать. Я так понимаю, что теперь буду вместо Юрика? Не хотелось бы отправиться следом за ним, что бы там с ним не случилось.

– Не переживай. На этот раз мы защитим своего связного. Не пропадёшь, обещаю. А все инструкции я тебе дам чуть позже. Скорее всего, завтра. И ещё кое-что получишь от нас с Баоху. То, что позволит тебе сохранить свою жизнь, если Муругана вдруг решит, что ты ей больше не нужен. А пока что вот, держи.

Семён протянул на ладони небольшой предмет, чем-то напоминающий брелок-фонарик, которым подсвечивают замочную скважину в темноте обесточенного подъезда. Белая приплюснутая таблетка с малюсеньким светодиодом, который обычно начинал светиться от нажатия на брелок большим и указательным пальцами.

– Что это? Зачем?

– С моей стороны это послужит хоть каким-то доказательством, что я не псих и говорил тебе правду. Это инструмент для определения людей, прошедших коррекцию. Нажимаешь на брелок-фонарик в присутствии человека и смотришь на реакцию его кожи.

– И что с ней будет?

– Homo correctus начнётся переливаться такими маленькими искорками. Словно кожа вдруг наэлектризовалась и чуть-чуть искриться. В некотором роде, это даже красиво. Только смотри, чтобы скорректированный не заметил, что ты его расшифровал. Не всем это нравится.

– Вообще-то, я уже знаю одного такого, – сообщил Феликс, забирая предмет и рассматривая в своей ладони.

Лёгкая усмешка появилась на лице Семёна.

– Серьёзно?

– Сегодня на монтаже декораций перед репетицией бригадир случайно поставил упор металлической конструкции себе на ногу. Башня такая с лестницей. Поставил и даже не пискнул. Потом в подсобке объяснил, что к чему. Жену его вылечила та самая Муругана, а ему ноги поменяла. Так что он теперь как новенький. Очень доволен. Улыбался даже.

Коротко кашлянув, Семён снова откинулся на скамейку и задумчиво сказал:

– Это может значит только одно. Если прошедший коррекцию не скрывает своей сущности, то либо он тебе крайне доверяет, либо у него на тебя какие-то планы. Или не у него, а у его покровителя.

Теперь уже оба знали, о каком покровителе идёт речь.

– И чем мне это может грозить? – напрямую спросил Феликс.

– Пока не знаю, парень. Надо разобраться, что задумала Муругана.

Немного помолчали, переваривая информацию.

– Поступим так, – наконец заговорил Семён. – Помимо этого индикатора, – он указал на брелок, – я дам ещё сотовый для экстренной связи. Он только на один день.

– И много у вас сотовых? – усмехнулся Феликс.

– Достаточно, – нисколько не смутившись, ответил Семён. – Я точно знаю, что все мои звонки пытаются отследить. Почему – объясню позже.

– Да я догадываюсь, – сказал Феликс.

– Хорошо. Завтра выдам новый и ещё кое-что, с чем будешь чувствовать себя гораздо защищённее. Что бы ни произошло.

– Как с Юриком?

Семён достал из кармана куртки сотовый, выданный ему Баоху, и протянул Феликсу.

– Возможно, да, как с Юриком.

– Обычный кнопочный? – слегка удивился Феликс, беря телефон.

– Я же сказал, для экстренной связи. Местоположение любого телефона определяется на раз. С владельцем посложнее, для этого нужно время. Сейчас аппарат выключен. В памяти единственный номер. Его и набирай, если что.

– А у Юрика был такой? – Феликс покачал сотовый в ладони, словно определяя вес.

– У него был свой собственный. Возможно, это и стало главной оплошностью с нашей стороны. Попробуем исправиться…

– А делать-то что? – вставая со скамейки, спросил Феликс.

– Смотреть, слушать, запоминать, – поднимаясь следом, ответил Семён.       – Завтра расскажешь, как съездил на операцию и о чём говорила Муругана, чем больше всего интересовалась. Чего хочет лично от тебя. Лады?

– Лады, – улыбнулся Феликс.

– Вот и хорошо. Только смотри, сам не нарывайся. Теперь ты у нас на особом счету.

Феликс снова нахмурился.

– На особом счету?

– Парень, – Семён изобразил лёгкую нервозность, – говорю же: объясню завтра. Ок?

– Ок, ок.

А что ещё оставалось делать? Брать за грудки Семёна и требовать, чтобы тот выложил всё как есть? Ведь он и так о многом рассказал. А Феликс понимал, насколько серьёзно он влип – по самое «не хочу». Ради своей любимой Юльки он мог пойти на многое. Даже стать лазутчиком во вражеском стане.

«Звучит-то как. Ни за что бы не поверил, скажи мне кто-нибудь об этом ещё вчера», – подумал Феликс.

– Я уйду в другую сторону. – Семён махнул рукой дальше по аллее. – С вашим Лопатычем мне встречаться вообще не резон.

– Ну, а я, тогда, обратно пошёл, – кивнул Феликс. – Репетиция заканчивается. Наверное, уже ищут.

– Ну, давай, до завтра. – Семён протянул руку.

Феликс спрятал индикатор и телефон в карман рабочей куртки и протянул руку в ответ.

– До завтра.

И разошлись. Неторопливо, не оборачиваясь.

Ваня и Аскольд уже в который раз, внимательно, файл за файлом просматривали видео с передвигающимся по торговому центру Семёном. Интересно, чего такого они упустили, глядя в четыре глаза, а Муругана – нет.

– Ну, либо я слепой, либо Семён общается в невидимым Проводником, – обречённо сказал Аскольд и откинулся на спинку заднего сиденья. – Он может становится невидимым?

– Нет, не может, – спокойно ответила Муругана.

Машина двигалась к следующему адресу в списке. Нужно проверить, велик ли улов и набрать из «обезьянника», камеры предварительного заключения, очередных претендентов на почётное звание «факела».

– Ну, а ты, Ваня, заметил что-нибудь?

– Только то, что он очень долго у витрины с очками толкался. Больше ничего. – И, выдержав небольшую паузу, добавил: – Мотоцикл у него классный.

На эти слова Муругана лишь громко хмыкнула.

– Ладно, больше в викторину играть не будем. Обратите внимание на время в верхнем правом углу на картинках. Везде оно немного отличается. Наверное, это просто от того, что камеры не синхронизированы. Но нам это и не важно. Главное – это временные отрезки, в которые Семён находится в том или ином месте.

– Откуда нужно смотреть? – Аскольд уже сидел вытянувшись, тыкая пальцем в монитор планшета.

– Выбери файл, когда он отходит от салона оптики, идёт к эскалаторам. – Муругана слегка улыбалась. Ей было приятно осознавать, что она внимательнее и сообразительнее представителей земной цивилизации. – Потом файл, где Семён в аптеке покупает ненужную ерунду и уходит из аптеки. И снова файл, где он появляется в кадре, выходя из-за эскалаторов. Нашёл?