Аркадий Глазырин-Уральский – «Необыкновенные похождения Аркадия из России». Том 2 (страница 27)

Смущённый Давид разводит руками. У него нет слов. и фломастеров

(Мимо идёт женщина)

Обрадованный этим Давид (меняя тон и Тему):

— Нына, у нас тут электронная Сара, она отвечает за любые вопросы. Хочите попробовать?

Нына: — А што? Сара! Что сейчас делает мой муж?

Сара: — Ваш муж сейчас спит с другой женщиной.

Нына (в зал): — Таки ваша Сара дура — у меня нет мужа.

Сара: — Потому-то его у Вас и нет, шо он спит с другой женщиной.

Нына: — Хорошо, Сара, что я должна сделать, штобы этот муж появился у меня?

Сара: — Надо жарить селёдку и варить борщ.

Нына: — И всё??????????????

Сара: — Да. Всё. Они как тараканы — приходят на запах еды. И остаются там пока она не закончится. Имей ввиду — каждая следующая кастрюля борща продлевает [даже самый безнадёжный] брак ровно на один день.

Нына: — Но…

Сара: — Никаких НО! Легендарная Шехерезада спасла свою голову тем, что варила султану супы. Всё время новые. На самом деле книгу правильнее было бы назвать “1001 суп”.

Нына: — “50-ят оттенков борща” ©???

Сара: — Да, Нына, да. Нот тока семь. Но каждый раз из них складывается уникальная музыка. Так же и с супами. Корми мужа и не доводи его до кипения. А то сбежит как то молоко.

Нына: — Сара, погоди. А что, в гареме у султана никто не умел варить борщ???

Сара: — Да, Нына, никто. Султан закупал наложниц пока не попадалась та, что умеет варить борщ. Дальше гарем вставал на STOP и закуп прекращался. К месту суп золото.

Финал: на сцену к Давиду, Мойше и Ныне выходит мужская часть Шоу “Уральские Пельмени” с Айфонами в руках.

Все в костюмчиках, шляпах, пейсах.

Некоторые со скрипками и альтами.

Выстраиваются в ряд и начинают исполнять модернизированную пейсню Эдиты Пьехи “Песня остаётся с человеком”, где вместо слова “ПЕСНЯ” поётся слово “ПЕЙСЫ”.

Пейсатые ребята во главе с Ныной, которая несёт жезл тамбурмажора* и командует парадом, исполняют пейсню “Пейсы не прощаются с тобой” и все дружно уходят со сцены вон под неё, блистая туфлями, пейсами и гордясь собой.

(В версии для компании Pepsi они затем выходят снова, но вместо ПЕЙСЫ поют ПЕПСИ. Одеваем их в ростовые фигуры бутылок Pepsi-cola, 7-up, Mirinda и т. д., и с этого получаем рекламный ролик внутри концерта)©.

* Направляем камеру на жезл, приближаем его и видим, что с краёв “Т” висят импровизированные пейсы, а наверху её по центру закреплён половничек. Вместо пейсов можно подвесить две селёдки — так проще для понимания. Надо в Екатеринбурге тестить оба варианта и выбирать тот, что окажется смешнее.

21.04.2018 г.

Полночная ода Акибе

Ночь, Улица, Трамвай, АкибаНочь, Улица, Трамвай, Акиба

Бессмысленный кровавый цвет

Живи ещё хоть тыщу лет

А всё равно иного нет

Умрёшь, рецикл и всё сначала

Всё повторится вновь, как встарь

Ночь, в ней дуговая тень трамвая

Акиба, Вайнера, Январь

Январь 2015 г.

PS Кстати, Пьеро в Буратине это пародия на Блока.

Почему Гоголь сжёг 2-ой том “Мёртвых душ”

На самом деле закончил он эту поэму в полной мере.

НО… Во второй части Николай Васильевич под нехороший коньяк “прикололся” и вставил в самом конце “продающий текст” о том, что-де “каждый дочитавший досюдова обязан немедля сжечь свой экземпляр данной книги, после чего он должен рассказать о ней минимум 13-ти людям, всячески нахваливая при этом книгу, а иначе его ожидают страшные кары, проклятье небес падёт на его голову”.

Дальше там шло наиподробнейшее описание тех самых кар с использованием “Вия” материала первой и второй части. То есть была сделана качественная такая завязка на написанное ранее. Это была воистину гениальная идея!

Таким образом Николай Васильевич задолго до Пелевина изобрёл "одноразовую книгу с самоликвидатором”, и эту книгу можно было печатать бесконечное количество раз.

Интернета в ту пору ещё толком не было, планшетов тоже. Так что без вариантов — бумага, бумага и ничего кроме бумаги.

Дальше Гоголь два или даже три дня беспробудно “бухал” цвёл. В его душе благоухали сады, по безоблачному небу Санкт-Петербурга стройными косяками летали дикие куры, он уже видел в Санкт-Петербурге метро, причём, одна из станций в нём носила название «Гоголевская».

В общем, на радостях Николай Васильевич мало того, что солидно пережрал-сс, так ещё и попробовал заначенный от женыокеанский мескалин, после чего, сидя у камина, полез читать свежий экземпляр своей же рукописи, и тут привиделись ему все те ужасы, которые он сам и описал.

Показалось ему, что слева за ним сидит сам Сатана, а огромный чёрный кот проворно жарит кошечку в камине мясо на шпаге и предлагает ему вино любой страны на выбор, да ещё и партеечку в кости.

Кот! Ему! Вино и кости!

Николай Васильевич в тот вечер был в доме совершенно один и поэтому решил, что поскольку никто больше этого не видит, то можно спокойно поиграться со своими фантазиями, получив что-то вроде контролируемого сновидения.

Поэтому он привстал, вежливо поклонился и поздоровался с котом, сказав ему:

— Приветствую Вас, уважаемый Кот!

На что тот ответил ему кивком, плюхнулся в кресло, задорно подмигнул, истошно проорал в ночи:

— За здравие живёшь!!! — после чего опустошил рюмку и закусил сарделькой.

По батарее постучали. Из зеркала трюмо недовольно высунулся и посмотрел на Гоголя престранный тип.

Тут Николай Васильевич засмеялся, но смех его прозвучал издевательски. Кот с опаской взглянул на собеседника, а затем ему за левое плечо. Коту и в голову не могло прийти, что Гоголь издевается над самим собой, представляя какой долгий и далёкий путь проделал этот дивный экстракт кактуса от Маракайбо до Санкт-Петербурга, и обещая себе, что больше ни-ни, и тем более одновременно с коньяком.

— Вы что-то несуразное, воля ваша, написали, — сказал в тишине появившийся из пустоты ночной гость, мужчина лет так сорока в домашнем халате и туфлях с загнутыми кверху носками, — вас не поймут, над вами потешатся будут, да ещё и психопатом назовут. Ведь получается так, что вы же сами первым и нарушили свои страшные предупреждения и навлекли на себя те кары, которые сами и описали, вызвав к себе Сатану. Во всяком случае вот он я перед вами, и это факт.

Произошедшее столь сильно смутило Гоголя, что он извинился перед Сатаной за ложный вызов и немедля сжОг второй том «Мёртвых душ» в том же камине.

— Уверяю Вас в этом!

Второй том был, с этим никто и не спорит, но его не стало.

И тому существует самое надёжное доказательство — пчёлы. Они видели всё это и старательно передавали информацию о случившемся из поколения в поколение, донеся её в конце концов до меня.

Впоследствии Николай Васильевич силился убедить себя, что всё произошедшее с ним в ту ночь было лишь следствием употребления вытяжки из заморского кактуса, он неоднократно брался написать второй том заново, но каждый раз силы оставляли его, и рука с пером будто отсыхала, когда он воспоминал про кота с рюмкой и шпагой.

Да ещё из зеркала высовывался тот странный тип и говорил ему:

— Не сметь! Руку оторву!

12.06.2018 г

Концепция этикетки как наклейки

“Первые сорок лет в жизни мальчика самые трудные” ©