Аркадий Глазырин-Уральский – «Необыкновенные похождения Аркадия из России». Том 2 (страница 26)

Слава: Четыре года подарил я лагерям

Холодной пол, зелёный лес

Хор: Тадам-тадам

Слава: Четыре лета был я пищей комарам

Хор: ТАДАМ-ДАДАМ ТАДАМ-ДАДАМ ТАДАМ-ДАДАМ

(Пауза без слов и музыки)

Слава (один): Послать бы всё, буквально всё…

Ко всем ху**м… И сесть на поезд, что поедет в Магадан…

Хор: ТУ-ТУ!

В процессе исполнения хор создаёт рабочий шум, мешает щебень в носилках лопатами.

Вот прототип этой песни, которую я напел вчера на балконе под шум дорожных рабочих, укладывавших асфальт. Тупо на телефон.

Буквально сходу получилось.

По-моему так необычно и КОНТРАСТНО.

После этого как бы “блатняка” (хотя на самом деле никакой это не “блатняк”, а так, сопливая песенка про вожатого и пионерлагерь) переоделись и погнали дальше обычную программу.

Можно в конце дополнить словами:

— Я так-то вожатый. Иногда бывает, что на неделю зарядят дожди, дети ходят по корпусу, мёрзнут, тоскливо смотрят на тебя, и возникает ощущение, что они не отдыхают, а отбывают наказание. А ты их стережёшь…

17.06.2017 г.

Приложение Сара (Сценарий номера)

Номер-ржач из одесской серии

Разговорный номер для 3 человек, с выходом “всех кто будет” на исполнение песни в конце.

Голос за кадром: Специально для Одессы был сделан голосовой ассистент Сара. И вот што с этого получилось.

Действие: Сцена, еврей с пейсами и Айфоном в руках.

Под еврея сделан Мясников, он общается с телефоном:

— Сара, подскажи, у нас какой сегодня курс доллара?

Сара: — А мы продаём или покупаем?

Мойша: — Сара, мне нужен просто курс доллара. Я ещё только решать буду — в закуп мне его или торговать.

Сара: — Ну так как решите, так и спросите. У меня селёдка жарится…

Мойша: — Сара! Хорошо! Какой сегодня курс доллара на покупку?

Сара: — Значит, таки, решили покупать? (звук сковороды)

Мойша: — Да, Сара, да, я решил покупать доллары!

Сара: — А оно надо ли?

Мойша: — Сара, а ты что, считаешь, что не надо???

Сара: — Ну сами-то подумайте. Нефть растёт. Её не хватает. Зима холодная, плюс санкции Ирану, да ещё этот чёртов танкер у берегов Китая…

Мимо проходит другой еврей (Давид), здоровается и интересуется:

— А можна я у ней спрошу?

Мойша: — Да пожалста!

Давид: — (Спрашивает что-то на муве, а в ответ тишина).

Мойша: — Там надо добавлять обращение “Сара” в начале.

Иначе не ответит. Она у меня такая…

Давид: — Ах… Вон што… — Сара, (Спрашивает на муве, где находится колхозный рынок в Одессе).

Сара отвечает на русском: — Колхозный рынок в Одессе находится на Проспекте Димитрова, 13.

Давид: — (Удивляется и снова спрашивает её что-то на муве,

но теперь уже совсем не про рынок).

Сара отвечает на русском: — Колхозный рынок в Одессе находится на Проспекте Димитрова, 13.

Давид: — (Новый вопрос на муве, но уже не про рынок и не про то, что было во второй раз).

Сара отвечает на русском: — Колхозный рынок в Одессе находится на Проспекте Димитрова, 13.

Давид (тяжело вздохнув): — Что-то её заело…

Мойша: — Не в этом дело, Давид, она всегда про рынок отвечает, если в Одессе на муве спросить [и даёт ближайший].

Мойша: — Кстати, мне тут Сара советует доллар не покупать, а продавать. А Вы как считаете, Давид?

Давид: — Хм… (достаёт свой Айфон, такой же точно как у Мойши, и говорит в него) — Сара, привет! По-быстрому: как думаешь, доллары сейчас нужно покупать или торговать?

Сара: — А кто спрашивает?

Давид: — Мойша.

Сара: — Скажи ему, что доллары надо возвращать.

Давид (протягивает телефон): — Мойша, Вы слышали?

Мойша: — Что???

Давид: — Ну что Сара сказала.

Мойша: — Ой, простите, тут такое место, с него ничего не слыхать. МожЫте сами попробовать.

(меняются местами)

Мойша: — (отчаянно шевелит губами)

Давид: — (делает ему движения, показывая, что он ничего не слышит)

Мойша: — (снова шевелит губами)

Давид: — Предлагаю поменяться местами (меняются)

Мойша: — Таки што, Давид, Вы убедились?

Давид: — Мойша, у меня сложилось ощущение, что Вы меня дурачите, Вы просто шебуршите губами, но ничего через них не выдуваете. Эту шутку я показывал Вам в восьмом классе.

Мойша: — Вот именно, Давид! И Вы до сих пор не вернули мне те польские фломастеры. Восемнадцать штук!